Чтение онлайн

В руке фрау Эммы вспыхнул сноп света. Она направила его на ребят. Павлик прищурил глаза, а худенькая Жаннетта, уже в костюме рыжего, ответила улыбкой.

— Настоящий мальчишка! — сказала немка.

Фрау Эмма осветила фонариком один из трех огромных котлов и попросила ребят помочь ей отодвинуть его в сторону.

Вскоре все выяснилось. Котел стоял на дверце, вырезанной в полу. Фрау Эмма нагнулась, ухватилась за железное кольцо и потянула его к себе. Луч фонарика провалился в черный квадрат.

— Идите за мной, не отставайте, — сказала она, медленно погружаясь в таинственный колодец.

Вниз спускалась винтовая лестница, высеченная из гранитных глыб. Идти по ступенькам, терявшимся в глубине, было трудно. Они были скользкие, покрытые илом. Видно, здесь часто бывала вода. На самом дне колодца, справа, выступила стрельчатая арка. Нагнув голову, фрау Эмма ввела через нее беглецов в узенькую, очень низкую подземную галерею.

На самом дне колодца выступила стрельчатая арка.

— Я была у Круппке, — еле слышно шепнула Жаннетта, дернув Павлика за рукав.

— У Круппке? — не поверил Павлик.

— Да. Хотела его убить, но его не оказалось в комнате. — Жаннетта перевела дыхание и поспешно добавила: — Я стащила у него книжечку. Она валялась на диване. Хотела…

— Когда-то в этом замке жил Буш, — заговорила идущая впереди фрау Эмма. — Он и построил этот подземный ход. В нем, сами видите, много коридоров. Тут очень легко заблудиться.

— Куда он нас выведет? — спросила Жаннетта.

— На ту сторону дороги. На холм, в небольшой лесок, — ответила немка.

Ребята ни на шаг не отставали от своего проводника. Страх постепенно исчезал.

Жаннетта неожиданно рассмеялась:

— Воображаю, какую рожу скорчит Круппке, когда узнает, что мы сбежали и рыжего оставили без штанов!

Фрау Эмма остановилась. Свет фонарика коснулся ее выступающего вперед подбородка и дрожащих губ.

— Мне пора возвращаться, — проговорила она усталым голосом. — До свидания, дети, бог вам защитник. — И, прижав к груди ребят, вдруг спохватилась: — Боже мой, вы босые! Что делать?

— Не беда, — махнул рукой Павлик.

— Не волнуйтесь, — сказала Жаннетта. Ее голос звучал как никогда нежно, ласково. — Спасибо, фрау Эмма, за все. Бог и вас отблагодарит.

Немка протянула Павлику какой-то сверток:

— Это вам, дети, на первое время… — Она едва сдерживала слезы. — Уходите отсюда скорее и подальше. Выход слева. Он для маскировки завален хворостом. До свидания, мои хорошие. Дайте я вас еще раз обниму…

Фрау Эмма сделала шаг и остановилась. Ее, видно, тревожила какая-то мысль, она что-то обдумывала, колебалась.

— Возьми, Павлик… Может быть, пригодится, — сунула она не совсем решительно что-то в руку Павлин ка. — Только будьте осторожны, не игрушка это…

У Павлика забилось сердце: пистолет!

— И фонарик возьмите. Я и без него обойдусь.

Жаннетта возразила:

— Вы заблудитесь.

— Не беспокойся, девочка, я найду дорогу. И котел поставлю на прежнее место. Все будет хорошо.

Едва забрезжил рассвет, однорукий разбудил парикмахера. Он собирался еще до подъема отвезти Жаннетту к Ленгарду и заранее предвкушал удовольствие от встречи с сотрудниками засекреченного института. Он представлял себе, с каким восторгом его там встретят. «Господин фельдфебель, где вы пропадали? Почему вас не видно?» Его ведут по лабораториям. Колбы с разноцветной жидкостью. Бронзовая, зеленая, белая, черная. Пробирки с розовой пылью… Одна капля — смерть. Мгновенная или постепенная. Одна пылинка — безумный, судорожный смех, невидимый огонь, способный в течение пяти минут превратить живое существо в пепел… Один профессор Ленгард — этот бледнолицый старичок с вечной улыбкой на устах — в силах уничтожить все человечество!

Больше всего Круппке ненавидел русских и французов. «Пока эти народы будут существовать на земле, — рассуждал он, — успокаиваться нельзя». Он был в восторге от того, что именно ему выпала честь отвезти к Ленгарду Жаннетту. Он не терял надежды, что вскоре доставит туда и Павлика Черненко.

Парикмахер намылил фельдфебелю лицо и принялся править бритву.

— Быстрее, Ганс, — торопил однорукий.

Распахнулась дверь. В комнату вбежала надзирательница Берта. Она была до такой степени взволнована, что долго не могла вымолвить ни слова.

— В чем дело? — теряя терпение, закричал на нее фельдфебель.

— Жаннетта… Жаннетта пропала! — едва выговорила Берта.

— Про-па-ла?!

— Сбежала…

— Не верю! Тебе, видно, спросонья померещилось.

— Я перерыла весь дом! — Тонкие, бледные губы надзирательницы дрожали, — Она сбежала в одной ночной сорочке..

— Идиотка, подлая шкура, сова сонная! Пристрелю тебя, как собаку! — Круппке сорвался с места и забегал по комнате. — Знать ничего не хочу — девчонку мне найти, и всё!

— Она сбежала…

Фельдфебель бросился в третий взвод.

Койка Павлика пуста. Одеяло скомкано,

— Иоганн, Иоганн! — неистово затряс он рыжего.

Бородавка испуганно открыл глаза. Увидев однорукого, он машинально потянулся к одежде, но ее не было: ни на спинке кровати, ни на тумбочке, ни на полу.

— Болван, что ты ищешь? — в бешенстве закричал Круппке.

Рыжий виновато развел руками:

— Одежду. Где моя одежда?

Эсэсовец дал ему затрещину и, рыча, выбежал в коридор. Тут им овладел ужас. «Когда я вернулся в комнату, то у двери валялся какой-то молоток, — вспомнил он. — Они собирались меня убить!»