Чтение онлайн

«Она не просто отвергнутая женщина», — подумал Ангус Соммерс, заметив промелькнувшую в глазах Эми Линдкрофт печаль.

— Потом он женился на Тине Ольсен, — сочувственно подсказала Скатарро.

— Да. Они состояли в браке шесть лет. Потом Тина обнаружила, что он с кем-то ей изменяет, и избавилась от него. Не стоит и говорить, что ее отец уволил его. Вы должны понять: Грег просто неспособен хранить верность женщине.

— Зачем вы это рассказываете, госпожа Линдкрофт? — спросил Ангус Соммерс.

— Примерно шесть с половиной лет назад, когда Грег снова женился, мне позвонила Тина с извинениями. Она сказала, что не ожидает от меня прощения, но тем не менее хочет попытаться. Она призналась, что ее доконало не только распутство Грега. Ее отец узнал, что он «доил» компанию с помощью дутых статей расходов. Чтобы избежать скандала, мистер Ольсен сам покрыл эти издержки. Тина сказала, что если это может служить утешением, то я должна знать, что в истории со своей очередной невестой, Миллисент Элвин Паркер Хаф, Грег откусил кусок, который не смог проглотить. Эта леди не промах: она заставила его подписать брачный контракт, в котором сказано, что, если брак продлится менее семи лет, он не получит ни доллара.

Улыбка Эми Линдкрофт не выражала радости.

— Вчера Тина снова позвонила, после того как увидела интервью с Грегом по телевизору. Она сказала, что он изо всех сил старается произвести на Миллисент хорошее впечатление. Срок, указанный в брачном контракте, истекает через несколько недель, а Миллисент проводит много времени в Европе, вдали от него. Последний муж, которого она выгнала, не догадывался, что происходит, пока не попытался попасть в их квартиру на Пятой авеню, а швейцар сказал, что ему не разрешается входить в дом.

— Вы хотите сказать, Грег имеет основания опасаться, что с ним поступят так же? И он может быть причастен к похищению, поскольку ему нужны деньги? Не преувеличение ли это, госпожа Линдкрофт?

— Возможно, если бы не еще один факт.

Хотя агенты ФБР были обучены не проявлять своих чувств, но «еще один факт», который с долей злорадства сообщила им Эми Линдкрофт, все-таки вызвал у них обоих сильное изумление.

Маргарет сидела на краю кровати в спальне близнецов, держа на коленях голубые бархатные платьица, купленные к их дню рождения. Она старалась отделаться от воспоминаний о событиях недельной давности, когда одевала близнецов к приходу гостей. Стив рано вернулся с работы, потому что после праздника они собирались пойти на корпоративный ужин.

Близняшки были так возбуждены, что Стиву пришлось держать Келли на коленях, пока Маргарет застегивала пуговицы на платье Кэти.

Девочки хихикали и переговаривались на своем языке, вспоминала она. Она была убеждена, что они умеют читать мысли друг друга.

«Вот почему я знаю, что Кэти жива, ведь она сама сказала Келли, что хочет вернуться домой».

Представив себе привязанную к кровати, испуганную Кэти, Маргарет готова была закричать от страха и гнева.

«Где мне ее искать? — терзалась она. — С чего начать? И что с платьями? Мне надо что-то вспомнить насчет платьев. Что именно?»

Она провела рукой по бархату, вспоминая, что цена показалась ей чересчур большой, несмотря на то что была указана со скидкой. Она посмотрела другие вещи, а потом снова вернулась к этим платьям. Продавщица сказала, сколько они стоили бы в «Бергдорфе». Потом добавила, что, как ни странно, она только что обслуживала другую женщину, покупавшую вещи для близнецов. Маргарет охнула.

«Так вот что я пыталась вспомнить! Место, где я купила платья. Продавщица. Она сказала мне, что незадолго до моего визита продавала одежду для трехгодовалых близнецов женщине, которая, похоже, не представляла, какой им нужен размер».

Маргарет встала, и платьица соскользнули на пол.

«Я узнаю эту продавщицу, если увижу, — подумала она. — Возможно, тот факт, что кто-то еще покупал одежду для трехлетних близнецов в том же магазине за несколько дней до похищения моих девочек, — просто нелепое совпадение. Но, с другой стороны, если похищение планировали заранее, предполагалось, что дети в момент похищения должны быть в пижамах и им понадобится сменная одежда. Мне необходимо поговорить с этой продавщицей».

Когда Маргарет спустилась вниз, Стив как раз пришел с Келли из детского сада.

— Все друзья были так рады увидеть нашу маленькую девочку, — сказал он наигранно бодрым голосом. — Правда, милая?

Не ответив, Келли отпустила его руку и принялась стаскивать с себя куртку. Потом что-то зашептала.

Маргарет взглянула на Стива.

— Она разговаривает с Кэти.

— Пытается поговорить с Кэти, — поправил он.

— Стив, дай мне ключи от машины.

— Маргарет…

— Стив, я знаю, что делаю. Побудь с Келли. Не оставляй ее ни на минуту, И пожалуйста, записывай все, что она скажет.

— Куда ты едешь?

— Недалеко. Всего лишь в магазин на седьмом шоссе, где я купила праздничные платья. Хочу поговорить с продавщицей, которая меня обслуживала.

— Может, позвонишь ей?

Маргарет заставила себя сделать глубокий вдох.

— Стив, просто дай мне ключи. Со мной все в порядке. Я недолго.

— В конце улицы по-прежнему стоит репортерский фургон. Они поедут за тобой.

— У них не будет такой возможности. Я улизну, прежде чем они поймут, что это я. Дай ключи.

Келли вдруг быстро повернулась и обхватила руками ногу Стива.

— Прости меня! — захныкала она. — Прости! Стив подхватил ее на руки и стал баюкать.

— Келли, все хорошо. Все хорошо.

Девочка сжала свою руку. Маргарет подняла рукав трикотажной рубашки и увидела, как рука начинает краснеть в том же месте, где была еле различимая черная с синим отметина, которую они заметили у Келли, когда та вернулась домой.

Маргарет почувствовала, как во рту у нее пересохло.

— Та женщина только что ущипнула Кэти, — прошептала она. — Я знаю. О господи, Стив, неужели ты не понимаешь? Дай мне ключи!