Чтение онлайн

А ведь, вполне возможно, через какое-то время нас будет уже не трое, а четверо. Или даже пятеро. Я представил себя в окружении троих детишек, глубоко женатым на Аленке и… не испытал никакой паники! Наоборот, это была очень радостная картинка.

Все. Я готов. Я определенно созрел для брака.

И для предложения.

Кольцо куплено, осталось сделать все красиво. И у меня уже есть идеи. Сегодня у меня день рождения. Великовозрастному оболтусу исполяняется 32 годика, как сказала по телефону моя мама. И самым лучшим подарком для меня станет согласие Аленки…

Блин, а ведь она, наверное, не знает о моей днюхе. Я ей не говорил. Разве что она сама как-то навела справки. Или услышала от кого-то, например, на работе.

Это косяк или не косяк? Должен ли я был предупредить ее? Может она обидеться на то, что все знали, в какой день я родился, а она не знала?

Боги, отношения - это так сложно! А с беременной женщиной - вообще атас! Реакция непредсказуема, возможны катастрофические последствия.

Если я ей сейчас позвоню и скажу: у меня сегодня день рождения… это будет глупо. И странно. Ладно, пусть все идет как идет.

Сегодня вечером я попрошу ее руки. Надо заказать мешок розовых лепестков, свечи, шампанское (конечно, безалкогольное)... Что еще? Сами розы. Миллион. Заставить ими весь дом. А лепестками засыпать кровать. Романтичный ужин. И, конечно, фейерверк! Хотелось бы, чтобы он начался после того, как Аленка скажет: “да”. В нашем случае фейерверк - это очень символично. Благодаря ему Аленка когда-то разглядела мою татуировку!

Некоторые делают предложение на людях, где-нибудь в ресторане, в кинотеатре перед сеансом или даже на стадионе. Публика хлопает, все в восторге… Но мне кажется, предложение - дело двоих. Будет лучше, если мы останемся одни, без лишних глаз и ушей. Нет, это не потому что я боюсь отказа. Чего скрывать - я уверен, что Аленка согласится. Я просто не люблю выставлять чувства напоказ.

Все будет красиво. Стильно. Интимно. И да - кровать будет рядом! Помнится, я планировал наказать дровосека. Теперь я думаю, что это было очень опрометчивое решение. А уж если Аленка на радостях сама на меня набросится - я точно отбиваться не стану.

***

Алена

Меня опять мучают сомнения. Вроде бы, все хорошо. Даже прекрасно. Вчера утром Мирон наговорил, вернее, написал мне кучу комплиментов. Весь день их перечитывала и глупо улыбалась. Надя не выдержала и спросила, что там у меня в телефоне и почему я такая довольная. Она, мол, хочет тоже самое. Но тоже самое ей не светит! Мирон - мой жених.

Как приятно повторять это про себя! Правда, немного жаль, что я по-прежнему не могу произнесли эти слова вслух.

Вечером, перед сном, я позвонила Мирону и поделилась своими мыслями по поводу детской. Когда мы с Анькой торчали перед витриной детского магазина, у меня в голове начала вырисовываться очень красивая картинка. Все в теплых светлых тонах. Много зеленого и желтого, как на весеннем лугу. Кроватка под пологом, плюшевый диванчик, пеленальный столик и стеллаж в стиле прованс. Легкие, воздушные занавески с цветочным принтом.

Я все это в красках расписала Мирону, но он меня, кажется, не слушал. Бубнил что-то невнятное в ответ. Ему что, неинтересно? Он что, не хочет обустраивать детскую? Может, он вообще передумал создавать семью?

– Там достаточно места, можно даже заказать угловой диванчик. Такой, знаешь… зефирный.

– Зефирный?
– хмыкал Мирон.

– А ты какой хочешь?

– Вот уж не знаю. Давай об этом позже поговорим.

Позже? Когда - позже? Осталось всего семь месяцев! Надо срочно обустраивать детскую!

Я слегка дулась на Мирона, но он этого не заметил. По телефону сложно слегка дуться! Можно только громко злиться. Вот завтра он приедет, и я скажу ему… Уверена, если на мне будет это самое черное боди, которое я все же купила, он меня услышит. Или наоборот - мозг отключится?

Это будет сюрприз. Я все продумала. До обеда поработаю, а потом отпрошусь у Вадима и поеду в аэропорт. Боди будет на мне, а поверх - платье с запахом. Распахнуть его - дело двух секунд. Но я не буду это делать прямо в зале аэропорта! Но сразу намекну на такую возможность. Прошепчу Мирону на ушко, когда буду его обнимать и целовать.

Потом мы пойдем к его машине, и уж там… Может, я даже начну на стоянке. Если там будет достаточно безлюдно.

Приоткрою вырез платья платье, покажу кружево и кусочек того, что под ним. Я тренировалась перед зеркалом, получилось очень соблазнительно. А уж потом, в машине… Кстати, может, стоит сразу сесть на заднее сиденье? У Мирона просторный автомобиль, и стекла затененные.

Да что со мной творится? Я умираю от возбуждения и не могу дождаться прилета Мирона. А ведь сейчас утро. Я должна умирать от токсикоза. Но нет! Меня ни капли не тошнит. Даже при мысли о дровосеке, проникающем в мое горло до самых гланд.

Боже, какая я испорченная!

***

Мирон

Самолет приземлился, пилот, как обычно, затянул речь про то, как он рад был видеть нас на борту, и что все должны оставаться на своих местах. Бизнес-класс выпускают первым, но сегодня все было очень-очень медленно. Я готов был пробить башкой иллюминатор и побежать по летному полю к Аленке!

Правда, бежать придется далеко. Она сейчас на работе.

Нас все же выпустили, багажа у меня не было, я поторопился к выходу. Моя машина осталась на стоянке, сейчас сяду и помчусь. Вызову Аленку к себе в кабинет и скажу, что увольняю ее. А потом мы поедем домой, и там я сделаю ей предложение.

Но сначала мы с ней зажжем напоследок на столе в моем кабинете. Рано об этом думать, а то из-за взволнованного дровосека мне приходится прикрываться папкой! И вообще идти неудобно. Я остановился. Уставился на какую-то страшную размалеванную тетку. Дровосек скривился и упал.

Ну вот. Другое дело.

– Мирон!
– услышал я за спиной.

Обернулся. И застыл.

Это была Ольга. В просторном платье, с заметным животиком, слегка растрепанная, что для нее очень необычно. И, похоже, уставшая.