Чтение онлайн

Свет в зале медленно слабел, ровный гул человеческих голосов резко смолк.

На сцену выбежала Аня в плотно обтягивающем тело костюме, цвет которого нельзя было определить. Вероятно поверхность ткани была покрыта интерференционным, или голографическим, как говорят не знающие физики, слоем, так что в зависимости от угла освещения была зеркальной или сверкала разными цветами. Костюм создавал удивительный эффект: Аня в нем казалась полупрозрачной, как огромная сосулька, или хрустальная статуэтка, разбрасывающая в стороны кусочки радуги. До начала танца, в полумраке, Аня светилась неярким зеленовато-голубым светом ледяного тороса в лунном свете. Со сцены пахнула ощутимая волна холода, танец начался.

Музыка была то ласковой и пушистой, как свежевыпавший новогодний снежок, то ревела грозной лавиной, взрываясь столкновением айсбергов, то завывала унылой ночной вьюгой, переходящей в торжествующий хохот демонов зимней стужи. А Аня своим телом выражала все ипостаси изменчивой, прекрасной и безжалостной стихии севера. Никита сидел ошеломленный, неспособный думать, а только впитывающий ощущения и эмоции танца, который он не мог бы описать словами. Лишь позже он понял, что Аня использовала в танце движения, похожие немного на современный Никите балет на льду, когда кажущаяся неподвижность фигуристов контрастирует со стремительным скольжением и резкими поворотами, которые совершаются, как-бы сами по себе, безо всякого участия мускулов. Но танцующие на льду используют энергию движения, которой управляют незаметными для постороннего глаза тончайшими изменениями нажима коньков. А Ане удалось добиться такого же ощущения у зрителя, танцуя в балетных туфельках на совсем не скользком полу. Аня в этом танце была и доброй Снегурочкой, и злобной Снежной Королевой, и равнодушно - смертоносной Снежной Девой японских сказок, всем этим, и еще много большим, потому что под внешней холодностью и бесстрастием созданного ею образа угадывался огонь, скрытый до поры сверкающим ледником. Танец Ани не был похож на классический балет 20-го века, в котором гибкость и грация сковывались жесткой заданностью раз и навсегда канонизированных поз и движений, превращая исполнителей в подобия механических кукол. Не был он похож и на современные для Никиты, любимые им, эстрадные танцы, где движения были свободными, не скованными канонами, но в них отсутствовала мысль, идея, что превращало танцы в игру красивых, сильных, ловких, но совершенно бездумных зверей. Может быть, Анин танец напомнил бы Никите любимую и охаиваемую в начале его века Айседору Дункан, хотя Аня танцевала не босиком, но Никита никогда не слышал о такой танцовщице.

Десять минут танца проскочили как один миг для забывшего о времени Никиты, и еще долго он приходил в себя, слушая гром аплодисментов. Теперь он начал понимать, какой замечательно талантливой девушкой свела его необычайная судьба.

Аня стала ему одновременно ближе и понятнее, но и дальше, недоступнее. Нелегко стать достойным такой девушки даже тому, кто родился в этом мире, рос и учился здесь. А Никита пожалуй впервые ощутил себя на деле ископаемым, пропустившим в жизни все важное и прекрасное. И наверстывать будет ох, нелегко!

Потом Никита решил посмотреть и остальные выступления конкурса. Девушки танцевали прекрасно, но ни один танец не оставил впечатления и вполовину столь же сильного, как танец Ани. И не только у Никиты: публика в зале реагировала на другие выступления не так сильно, а по результатам в баллах, которые, в отличие от привычного Никите фигурного катания, объявили только после всех выступлений, Аня заметно оторвалась от остальных участниц конкурса.

Когда Никита вернулся домой, Аня его ждала, и встретила, как сварливая жена подгулявшего мужа:

– Явился, наконец! Эрик говорил со мной. Я только совершенно не понимаю, почему ты с этими проблемами обратился сразу к нему, а не ко мне. Даже тебе должно быть понятно, что все дело в психике, а не в болезни мозга, так что Эрик все равно не мог бы тебе помочь, а послал бы ко мне.

Никита не стал оправдываться - его сейчас волновало совсем другое:

– Добрый вечер. Я только что посмотрел твой танец Льда, и был потрясен. Это совершенно великолепно! Аня, почему ты раньше ничего мне не говорила о нем?

Почему ты не посоветовала мне посмотреть твои танцы?

Аня не была очень обрадована таким заявлением, но все-таки несколько смягчилась:

– Знаешь, как-то неудобно было рекламировать себя. К тому же, у меня кроме этого танца нет ничего достойного внимания. Но я рада, что тебе понравилось.

– Понравилось - не то слово! Я только не понимаю, почему ты бросила танцы:

ты же гениальная танцовщица.

Аня нахмурилась: - Я не люблю об этом говорить, потому что только немногие близкие друзья поняли это. Ну ладно, скажу и тебе - возможно это поможет тебе лучше понимать меня и современный мир. Хотя не знаю, сумеешь ли ты понять.

Видишь ли, в этот танец я вложила слишком много, все мысли и чувства, которые собирались годами. И получилось что-то заметное, но после... Прошло полгода, а у меня не было никакой идеи для нового танца. На следующий конкурс я опоздала, а позже поняла, что мне больше нечего сказать, что я просто не смогу создать что-то превосходящее этот танец. А делать слабее мне было уже не интересно. К сожалению, я оказалась танцовщицей одного танца. Это обычно для современного искусства: писатель одной книги, художник одной картины... Потом мне предложили работу с тобой, и это так меня увлекло, что стало не до танцев. Хотя, если бы не эта работа, я может быть и вернулась бы к танцам. Но я уже почувствовала, что могу сделать что-то значительное и в другой области. Так что больше я не танцую - мне это просто не интересно.

– Значит, ты бросила танцы из-за меня? Прости, я этого совсем не добивался.

– При чем здесь ты? Это была только моя личная проблема.

– Аня, ты прости меня, но все-таки я не могу понять до конца. Я понимаю, что у тебя был кризис, но неужели никто не мог тебе помочь? Ты ведь с кем-то работала: с композитором, балетмейстером.

– Никита, ты не понял: это был конкурс авторских танцев, я танцевала в этом жанре. У меня были учителя, был композитор, скомпоновавший по моей просьбе музыку из понравившихся мне кусочков. Но придумать танец я могла только сама. А у меня ничего не получилось.

– Аня, ты говорила как-то, что ты профессиональная танцовщица. А сегодня ты сказала, что ты оказалась танцовщицей одного танца. Я никак не могу это совместить. Ты выступала профессионально до этого танца?

– В искусстве профессионал сейчас - это тот, чья работа признана общественно полезным трудом. Лишь немногие профессионалы заняты своим искусством постоянно. Проще всего это объяснить на примере литературы.

В твое время человек писал книгу и предлагал ее издателю. Если ему удавалось убедить издателя, что его книга что-то стоит, то книга печаталась массовым тиражом. Читатель платил деньги, и уже потом мог прочитать книгу.

Недостаток этой системы в том, что потребитель вынужден был платить за товар, каким являлась книга, не зная его качества, не зная, подходит ли ему именно эта книга. А писатель вынужден был полагаться на добросовестность издателя в вопросе выплаты ему денег за книгу. Система эта была выгодна только издателям, но не писателям, и тем более не читателям. Сейчас написавший книгу посылает ее в мировую библиотеку. Естественно сетевую, так что не существует проблемы издания, тиражей, как в твое время. После чего автор старается добиться, чтобы люди его книгу прочитали. То есть всячески рекламирует свое творение, старается привлечь к нему внимание известных людей, чьи положительные отзывы значительно повышают рейтинг книги в каталоге. Чем выше рейтинг, тем больше вероятность, что книгу будут читать. Читатели дают отзывы на книги, положительные или отрицательные.