Чтение онлайн

Это все я.

И я использую гнев, отвлекаясь на ее слова, чтобы сделать то, что необходимо.

Я хватаю ее сзади за шею и прижимаю к грязной земле, а сам сажусь на колени, зажимая ее крошечное тело между ними. Я обхватываю ее шею предплечьем.

– Можно было сделать это тихо и легко, - бурчу я сквозь стиснутые зубы.

Ее приглушенный, сдавленный крик леденит мою кровь, но я крепче сжимаю ее, лишая кислорода.

– Пошел ты ...
– сипло выдавленное оскорбление из пережатого горла стихает, как и ее сопротивление.

Когда она теряет сознание, я медленно отпускаю ее. Быстро проверяю, дышит ли она еще, а затем переношу вес на пятки и провожу дрожащей рукой по влажным волосам. Я низко натягиваю капюшон, который откинулся во время борьбы, и встаю на ноги, таща за собой ее обмякшее тело.

Внезапно вспыхнувшие огни отбрасывают на стоянку желтое свечение. Черт. Разбудил соседей. Я быстро переношу Келлера в багажник своей машины, прежде чем укладываю женщину на заднее сиденье, решив, что она может быть достаточно травмирована. Лучше не запирать ее внутри с мертвым телом.

Я проскальзываю на водительское сиденье и мчусь, удаляясь от склада. Я не включаю фары, пока не оказываюсь в нескольких кварталах от того места.

Все прошло удачно.

И небрежно.

Необходимо серьезно подойти к сопутствующему ущербу. У меня есть строгое правило касательно возвращения на место преступления - никогда не делать этого, но прямо сейчас нельзя было остаться замести следы. У нас недостаточно времени, чтобы устранить улики. А это значит, что я должен буду вернуться туда, чтобы убедиться, что ничего не осталось.

Даже свидетеля.

Я откидываю капюшон и бросаю взгляд на заднее сиденье. Черт, сегодня нарушено слишком много правил.

Поездка в Фолл-Сити проходит слишком быстро, не давая мне времени подумать. Я паркуюсь в гараже на две машины и опускаю дверь, прежде чем заглушить двигатель. Устало проведя рукой по лицу, я еще острее чувствую каждый синяк и ушиб, которые болезненно ноют, когда адреналин ушел.

С медлительностью, которая не соответствует моим тридцати шести годам, я выбираюсь из машины и опускаю спинку переднего сидения. Она все еще без сознания. Есть шанс, что девушка не вспомнит, чему стала свидетелем, или как я выгляжу. Паника, стресс и шок - всего этого достаточно, чтобы повлиять на память.

Да. Шанс.

С таким же успехом можно назвать его риском.

Я и прежде решался на подобный риск, но в этот раз зашел слишком далеко, чтобы поставить под удар все, даже ради сохранения жизни одной женщины.

Эта лицемерная мысль наотмашь бьет меня по сознанию.

Хорошо. Лучше быть умным лицемером, чем глупым.

Решившись, я подтягиваю ее к себе за ногу и поднимаю на руки. Я несу ее в единственное место, в котором, уверен, ее никто не услышит, и где она может шуметь сколько душе угодно.

Подвал.

Подземная комната была позже добавлена к дому. Ни на каких чертежах подвал не был обозначен. Это было запрещено. Вот почему он был идеальным местом. Никто даже не подозревает о его существовании. Снаружи его невозможно распознать, и есть только одна дверь, которая ведет внутрь, и нет дополнительного выхода.

Я тащу ее вниз по винтовой лестнице ко входу, и мне приходится прислонить ее к железным перекладинам, чтобы достать ключи. Она стонет во сне, этот прерывистый звук действует мне на нервы.

Все неправильно.

Полное дерьмо, вот что это такое. Я сделал опрометчивый выбор. И теперь, столкнувшись лицом к лицу с последствиями, сожаление тяжким грузом давит на мой желудок.

Я торопливо отпираю дверь и втаскиваю ее внутрь.

– Это место не было предназначено для тебя, - говорю я, хотя она, вероятно, меня не слышит. Однако мне было нужно услышать эти слова и поверить, что я не зашел слишком далеко.

Первая из комнат подвального помещения абсолютно пустая, площадью всего десять на десять футов, ничем не вызывающая интерес. Это же была центральная зона подвала, которая будет обнаружена, если кто-нибудь случайно найдет дорогу сюда.

Она начинает шевелиться в моих руках, прежде чем я опускаю ее на пол.

Черт. Я не могу позволить ей просто бродить здесь. Я убедился, что подвал непроницаем изнутри, но до этого момента не было возможности проверить. Ещё нет.

Это место было предназначено для заточения нечисти и демонов. Не для женщин, которые нападают на незнакомцев ночью.

– Не делай глупостей, пока я не вернусь, - предупреждаю я.

Импровизация - не моя сильная стороны. Я планировал годами, продумывал все детали, а эта женщина все портит. Кто она, черт возьми? Откуда взялась?

Я опускаюсь рядом с ней на пол и откидываю темные спутанные локоны, открывая ее лицо. Меня обдает волной узнавания, я словно акула, кружащая по воде в поисках источника крови.

Я видел ее раньше.

Но я не знаю где именно, а углубляться в прошлое подобно прогулке по минному полю. Один неверный шаг - и я подорвусь. Я храню свое прошлое в тайне, так же как держу этот подвал запертым и спрятанным от чужих глаз.

Я выхожу, запирая за собой дверь.

Найдя наручники и цепь, я открываю дверь в подвал и вижу, что она все еще спит. Затем вбиваю железный шип из своей коллекции в цементный пол.

Эти на скорую руку сделанные оковы будут удерживать ее, пока я не решу, что с ней делать. Она просыпается от стука молота, и я, не теряя времени, снимаю с нее ботинок и пристегиваю кольцо наручника к лодыжке, прежде чем она полностью приходит в себя.

Пока я проверяю цепь на прочность, она стонет, прижимая ладони ко лбу.

Я чувствую толику облегчения, когда оставляю ее, связанную и пойманную в ловушку, и начинаю подниматься по лестнице. Я отошел от подвальной комнаты достаточно далеко, но меня, словно марионетку за нити, тянет назад. Шепчущий голос манит меня подойти ближе, соблазняет заглянуть и проверить ее. Причинить боль.