Чтение онлайн

Представив «радостный» носатый лик начальника, я заулыбалась и встала, как Сивка-Бурка, перед зеброй перехода в ожидании, когда маленький красный человечек позеленеет. Машин на проезжей части было немного, но перебегать улицу, по-хулигански нарушая ПДЦ, с кучей коробок в лапках я не стала. Дом не горит, на улице приятная погодка, духовку Конрад обещал выключить, подождать тридцать секунд не переломлюсь. К тому же не факт, что нигде не притаился скучающий обладатель полосатой палочки. Помню, Ленка рассказывала, ее как раз на этом переходе заловили, и ладно бы просто квитушку со штрафом впаяли, так еще с полчаса в машине мариновали: нотации читали и нагло пялились на коленки.

Я балансировала на бордюре, не желая пачкать туфли в газоне, таковым лишь называвшемся. Трава росла на нем редкими хилыми куртинами. Основную площадь занимала развезенная ночными стоянками машин полужидкая грязь в форме мини-хребтов.

Темно-синий джип, ехавший со средней скоростью ближе к середине дороги, вдруг резко газанул и устремился к обочине. Дальше я действовала на чистых рефлексах. Миг: глаза фотографируют нацеленную на лобовое столкновение машину с тонированными стеклами. Следующий кадр: я совершаю грандиозный скачок с переворотом назад, в глубокую грязюку газона. Машина, повалившая один из блоков бордюра, взрывает грунт колесами и исчезает вдали. Остается лишь вонь выхлопа, бешено колотящееся после выброса адреналина сердце, мысль на периферии сознания о заляпанных грязью нечитаемых номерах и ватные ноги. Я чуть не погибла! Стой я по-прежнему на бордюре, тело пришлось бы собирать по асфальту, как бракованный пазл с потерявшимися кусочками. Бильярдными шариками в пустой голове носились вопросы: кто это был? Просто пьяный дурак? Решивший с жиру покуражиться гад? Или редкая сволочь, жаждущая крови и острых ощущений?

Прохожие, случайные свидетели шоу одного актера, разделились на категории. Одни, помоложе, громко восхищались прыгучестью жертвы и жалели, что не успели заснять действо на мобильник. Другие, постарше, большей частью женского пола, бурно возмущались сволочами-мажорами, которым закон не писан, и вяло советовали вызвать полицию. Только зачем? Нет тела — нет дела. Я не смогу доказать, что едва не погибла, к тому же не видела номеров машины, а значит, нет смысла тратить время на жалобу. Только себе нервы трепать и тратить попусту время.

Какая-то сердобольная пожилая женщина в аккуратных калошках, надетых на туфли, добралась ко мне и, приговаривая что-то ласковое, воспринимавшееся сознанием как белый шум, подхватила под локоть и потянула «на сушу».

Я попыталась шагнуть и чуть не плюхнулась на газон всем телом. Туфли успело порядочно засосать в грязь. С неохотным чавканьем черная жижа отпустила конечности. Я, пошатываясь и по-прежнему насмерть сжимая пакеты с обувными коробками, выползла на тротуар. Тетушка довела меня до скамьи и осторожно усадила. Заквохтала, выспрашивая домашний адрес или телефон, все предлагала проводить-позвонить.

Я же сидела в столбняке. В голове по-прежнему было почти пусто, гулко долбилась только одна мысль: я чуть не умерла. Все яркое, волшебное, веселое, чудесное, что случилось в жизни несколько минут назад, едва не перечеркнула какая-то сволочь ударом бампера по косой. Я испугалась, сильно испугалась. Сопротивляемость шоку от непрерывного потока чудес, дарованная статусом привратника, не могла помочь справиться с обыденным ДТП. Мало ли людей гибнет на дорогах? Сегодня я чуть не стала еще одной единичкой жертвы в статистическом отчете.

— Лучик? — Голос Конрада, встревоженный и родной, уже успевший стать таковым, прозвучал над головой. Могучие руки подняли меня и прижали к груди.

Я услышала ровное сильное биение сердца вампира и… разревелась, как девчонка. Зуб не попадал на зуб, когда я, перемежая слова всхлипами, говорила:

— К-к-онрад-д-д, м-м-меня ч-ч-уть машина не с-с-била! У-у-у…

— Кто? — рыкнул вампир, и участливый тон мигом сменила нерассуждающая ярость.

— Н-н-е з-ззнаю, не з-заметила, — повиноватилась я.

Тетушка, убедившаяся, что девочка не только в шоке, а и в надежных во всех смыслах слова руках, умилилась и, смахнув слезу, собралась отправиться по делам. Я принялась сбивчиво благодарить ее за помощь.

— Деточка, да как же иначе? — искренне удивилась пожилая женщина.

Голубые, чуть выцветшие глаза в куриных лапках морщинок смотрели с неподдельным недоумением. Правильная тетенька, чья душа в мире с самой собой и с самим окружающим миром. Рядом с такими становится безотчетно спокойно, легче дышится и отступает боль. Даже вампир почувствовал тепло жизни, исходящее от собеседницы. Потому отвесил моей опекунше полупоклон и сказал:

— Миледи, примите искреннюю благодарность и восхищение тем, что для вас не существует «иначе».

Та почему-то раскраснелась польщенно и, пока шла к палатке «Овощи-фрукты», нет-нет да и оглядывалась на нас.

— Ей бы денежку дать, — вставила я, припоминая простую, чистую и небогатую одежду пожилой женщины, слишком порядочной, чтобы уметь выкручиваться и искать выгоду. — Только обидится.

— Я в карман положил, — шепнул мне на ушко Конрад, щекоча волосами.

Я тихонько поблагодарила его, скосила глаза вниз и невольно хихикнула. На ногах мужчины были лишь носки. Причем, что удивительно, по-прежнему природного серого оттенка, не имеющего ничего общего с грязью и тротуарной пылью. Словно он принесся сюда, не касаясь земли, вот и не успел замараться. Помутившееся сознание не нашло ничего лучшего, как дать команду языку ляпнуть:

— Ой, ты босиком! Как же здесь оказался?

— Почувствовал, что очень нужен тебе, Лучик, — коротко ответил вампир, баюкая меня на руках, как маленькую. Я, уткнувшись носом в его подмышку, все еще вздрагивала, но слабее. Паника пятилась и отступала. Наверное, испугалась клыков спасителя.

— Кроссовки в пакете, примерь, — предложила я другу, завозившись в его объятиях.

Пока никто из окружающих не смеялся и не задавал дурацких вопросов. Главным образом потому, что завороженно, выворачивая головы, уставились на красавца-мужчину, носившего даму на руках, вот и не замечали недокомплекта обуви у галантного кавалера.

Убедившись, что приступ громкой истерики схлынул, так и не успев как следует разыграться, Конрад легонько чмокнул меня в висок и приземлил на скамейку. Сам сел рядом и занялся примеркой. Кроссовки оказались впору. Попутно вампир выслушал мой более подробный рассказ о несостоявшемся наезде и нахмурился:

— Мне это не нравится. Часто такое случается?

— Нет, тем паче здесь часто гаишники дежурят, водители знают и не лихачат, чтоб на штраф не налететь, — отметила я. — Наверное, кто-то из залетных развлекся. Машина с виду дорогая, только я марки определить не могу, не разбираюсь в них.