Двойник
Шрифт:
– Иногда так не хватает общения с настоящим, уверенным в себе мужчиной, сильным, открытым и не замороченным мыслями типа – а не охмурить ли мне эту богатенькую красотку, тихой сапой набившись в зятья папику-банкиру? Что вы улыбаетесь? Знаете, сколько мужиков из моего окружения ложатся спать и просыпаются только с этой единственной мыслью?! Десятки! А может, и больше, я не считала… Альфонсы! Ненавижу их всех! – обиженным тоном выпалила девушка, тяжело вздыхая.
Шедьякову показалось, что сейчас ее облегающий желтый сарафан разорвется под давлением двух высоких упругих вершинок, так четко очерченных тонкой эластичной тканью. Где-то между его ног стремительно просыпалось неукротимое, наливающееся силой буквально за считанные секунды мужское желание. В разгоряченную голову лезли сумасбродные мысли. Блестящими глазами разглядывая сидящую напротив него чудовищно сексуальную девицу, ни с того ни с сего вдруг заведшую разговоры о «настоящем мужике», Шедьяков лихорадочно взвешивал свои шансы.
А если действительно выгорит?! От такой смелой и безумной, в его жалком плебейском положении, мысли становилось совсем жарко. На лбу и над верхней губой вертухая выступили маленькие капли.
Пора было срочно охладиться, и Шедьяков с жадностью приложился к запотевшей кружке с пивом. У-ух, кайф! Пиво – настоящий напиток богов! Еще бы раков, как когда-то в юности…
– Неужели папа отпускает вас на прогулки без телохранителей? – прихлебывая пиво, поинтересовался Николай. – А как же киднепперы, бандиты и прочая сволочь?
Вдруг похитят?!
– Вообще-то, если по правде, телохранитель действительно есть, – немного подумав, ответила девушка. – Но с ним нечего даже думать о том, чтобы заглянуть в простой народный подвальчик, вроде этого чудесного бара с рыбками! Сразу, сволочь, начнет звонить папочке и докладывать, представляете?! Так что сегодня я его кинула: договорилась с заведующей, моей подругой, и убежала из магазина «Монтана» через служебный вход, села в тачку и тю-тю! Правда, я молодец?!
– Просто слов нет, – развел руками осоловевший от избытка эмоций Шедьяков.
– И не страшно? Одной-то… Люди ведь всякие встречаются…
– Ну, поэтому я и села за один столик с вами, а не вон с тем сутулым оборванцем в рваных кедах! – залилось звонким смехом непослушное банкирское чадо. – Кстати, что мы все на «вы» да на «вы»?! Меня, например, Элеонорой зовут. Можно просто – Эля. А тебя, офицер?
– Николай, – слегка опустив подбородок, представился вертухай. – Можно просто – Коля!
– А не выпить ли нам с тобой еще по бокальчику, а, Колян?! – с ходу предложила девушка, хитро прищурившись. – Знаешь, целую неделю не надиралась, а так хочется, аж жуть! Ты как сегодня, не торопишься?
– Ну-у… – вспомнив о дожидающейся его дома супруге и ее бигуди, неуверенно протянул Шедьяков. – В общем, на сегодня у меня никаких дел. Я вот уже целый час с гаком как в отпуске! Двадцать четыре рабочих дня!
– Слушай, так это просто замечательно! – приглушенным шепотом воскликнула Элеонора, оглядываясь по сторонам, как будто опасаясь, что рядом могут притаиться нанятые папочкой для слежки за хитрой, непоседливой дочуркой частные детективы. – Тогда, может, ты сходишь и возьмешь для меня еще мартини? И мороженое, если есть, а?!
– Конечно, о чем речь! – расплылся в счастливой улыбке прапорщик и, подхватив пустые кружки из-под пива, поспешил к стойке.
Вернувшись через минуту, он поставил перед девушкой бокал с мартини и шоколадку с орехами на блюдце, а перед собой – коктейль под названием «отвертка», в котором водочка составляла добрую половину.
– Бармен сказал, что вообще-то у них мороженого нет, но специально по моему заказу через пять минут будет настоящее «ассорти с вареньем», – переводя дыхание, с гордостью сообщил Шедьяков. – Ну как, подходит такой вариант?
– Колян, ты – прелесть… – пронзив вертухая многозначительным взглядом, с грудным придыханием произнесла Эля, положив на его мозолистую, со сбитыми костяшками, руку свою маленькую, теплую и влажную ладошку с безупречным маникюром. – Знаешь, я уже решила – похищаю тебя до завтрашнего утра! Ты, надеюсь, не против?..
От этих слов Шедьяков едва не поперхнулся куском шоколада, который застрял у вертухая прямо в горле.
– А… куда мы поедем? Я имею в виду…
– Если не возражаешь, то ко мне, – игриво облизав верхнюю губу кончиком розового язычка, предложила банкирская дочка. – Я живу на Каменноостровском проспекте, одна. Никуда заходить не надо – у меня, как в Греции, все есть.
Кстати, мой джип «чероки» стоит прямо напротив входа, – окончательно добила Шедьякова темноволосая бестия в солнечных очках и тихо промурлыкала что-то неопределенно-сексуальное.
– Сразу после мороженого?! – нетерпеливо уточнил прапорщик, ощущая, как натянувшиеся в районе паха брюки буквально трещат по швам от распрямившегося в его «семейных» трусах в горошек грозного мужского орудия.
– Сразу, – покорно опустила веки с длинными ресницами смазливая девчонка в сарафане и вытащила из пачки новую сигарету.
Оранжевое пламя вспыхнувшей в руке вертухая бензиновой зажигалки двумя дьявольскими огоньками отразилось в ее больших карих глазах…
Кай
Кай включил связь и молча ждал, пока говорящий назовет себя первым. Это была мера предосторожности, заведенная еще со дня организации группировки.
– Алло, Владик?! – весело донеслось из трубки. Голос, принадлежащий женщине, был таким чистым и близким, словно она сидела рядом, на соседнем сиденье. – Это я, Жанетта! Куда ты пропал, милый?! Не звонишь, не приезжаешь! Я уже стала волноваться!..
Кай, узнав голос одной из своих любовниц, которых он по очереди навещал время от времени, расплылся в улыбке, моментально поняв, что все его тягостные размышления закончились одновременно с этим звонком! Вот кто станет курьером-приманкой для Алтайца! Лучшего варианта не найти во всем Питере!
Жанка, стюардесса международных авиалиний, работающая в авиакомпании «Трансаэро» на маршрутах Санкт-Петербург – Нью-Йорк и Санкт-Петербург – Берлин, была чрезвычайно сексуально озабоченной девицей. Они познакомились в самолете, когда прошлым летом Владислав летал в гости к своему корешку – тоже бывшему рижскому омоновцу – в Германию.