Чтение онлайн

Доктор Ступарь имел высокое положение, т.к. занимал пост советника по науке и первого секретаря посольства. Интересно, однако, что Кузнецов, по-видимому, был его руководителем, т.к. нередко поправлял ученого, если тот был неточен в рассуждениях на деликатную тему. Доктор Ступарь всегда подчинялся этому холодному и пронизывающему взгляду. Даже на той ранней стадии отношений я считал, что Кузнецов, являясь всего лишь третьим секретарем, был фактически старше д-ра Ступаря по партийной иерархии и, скорее всего, был сотрудником КГБ.

КГБ имеет неограниченную власть по контролю за жизнью советских граждан и ему поручены организация и проведение внутренней программы "слежка за друзьями и соседями". КГБ также руководит программами шпионажа и подрывных операций Советского Союза в мировом масштабе.

Число присутствующих на этих ежемесячных встречах вашингтонского отделения АОМ обычно составляло от пятидесяти до ста ученых и инженеров, многие из которых работали на такие федеральные агентства как Национальное бюро стандартов, Артиллерийская лаборатория ВМФ, Комиссия по атомной энергии, Национальная администрация по аэронавтике и освоению космического пространства а также Армию, ВМФ и ВВС. Обычно ученые и инженеры, присутствовавшие на таких встречах, держались подальше от русских.

У меня всегда складывалось впечатление, что сам д-р Ступарь интересовался только вопросами развития науки, а к политике и ситуации в мире проявлял интерес только в силу должностного положения в посольстве. Я уверен, что он очень компетентный металлург. (Д-р Ступарь как - то упомянул, что его дед также был металлургом.)

Однажды он сказал мне, что очень хочет вернуться домой в Москву. Ему нравилась жизнь в городе, где он родился, и он очень скучал по старшему сыну.

Доктор жил в США с женой и младшим сыном. Его старший сын в возрасте пятнадцати лет учился в техническом училище в Москве. Позднее я убедился, что его сын в Москве должен был служить гарантией того, что отец не уйдет на Запад и не будет выступать против советских порядков. Доктор Ступарь вернулся домой после завершения своей командировки.

По мере дальнейших встреч я мог видеть, что д-р Ступарь и Александр Извеков были не только очень умными людьми , но и хорошо работали вместе. Во время одной из встреч осенью 1963 года Извеков сидел по одну сторону от меня, а д-р Ступарь - по другую в большой гостиной здания Американской ассоциации университетских женщин. Они стали задавать мне специфические вопросы, которые касались образования, однако я полагаю, что у Извекова было с собой скрытое звукозаписывающее устройство. Вероятно они хотели прослушать мои ответы по возвращении в посольство, чтобы проанализировать как я отвечаю на вопросы.

К тому времени стало ясно, что они замышляли. Они тогда уже приняли решение попытаться завербовать меня в качестве секретного агента для работы на Советский Союз. Этот осенний вечер был начальным этапом долгого процесса, в результате которого они пришли к выводу, что я могу и буду работать на них.

Подводя итоги на тот момент можно сказать следующее:

Для русских стало ясно, что я с симпатией отношусь к ним. Это было видно как по моему благожелательному отношению к ним на встречах, так и по тому, что я нашел время для посещения их посольства.

Я продолжал охотно отвечать на их многочисленные вопросы, относящиеся к моей работе. Я все ещё был вице-президентом и главным специалистом по науке компании "Вэлъю Энжиниэринг".

Я охотно высказывал им мое мнение по мировым событиям и положительно относился к советскому народу и его правительству.

О чем я им не рассказал, так это о моих постоянных контактах по поводу всех этих дискуссий с представителями ФБР. Фактически с самой первой нашей встречи я заподозрил, что эти русские пытаются разрабатывать меня, и сообщил свое мнение одному из членов исполнительного комитета АОМ, который ранее запрашивал ФБР о целесообразности приема доктора Ступаря в члены АОМ.

Вскоре после этого меня посетил человек с мягкими манерами и гладкой речью, который представился агентом Федерального бюро расследований. Он пришел прямо в мой кабинет в компании "Вэлъю Энжиниэринг" с тем, чтобы обсудить вопросы конспирации, т.к. с того времени я должен был информировать его обо всех моих контактах с советскими представителями. Этот сотрудник ФБР произвел на меня сильное впечатление как хорошо образованный человек. Его подход к делу был квалифицированным и деликатным и я сразу же почувствовал к нему расположение. Мы коротко обсудили мою работу в качестве вице-президента компании "Вэлъю Энжиниеринг". Я сказал, что наша компания принимает участие в секретных технологических разработках по ракетам, и, по моему мнению, советские представители пытаются меня разрабатывать с целью вербовки. Рекомендации, изложенные мне сотрудником ФБР, отличались простотой и заключались в том, что мне следовало информировать Бюро обо всех необычных просьбах советских представителей или возникающих дискуссиях, выходящих за обычные рамки.

В течение последующих нескольких лет я работал в основном с двумя агентами ФБР, которым в разное время помогало множество других агентов и специалистов. Время, которое агенты ФБР уделяли моему делу оставляло глубокое впечатление. Средний гражданин представляет себе агентов ФБР только как квалифицированных сотрудников правоохранительных органов, активно занимающихся выявлением преступников и шпионов, в то время, как они тратят очень много времени на беседы со свидетелями и написание отчетов об этих беседах. Я знаю, что досье по моему делу было очень объемным и включало множество отчетов и фильмов. Огромное количество времени потрачено на анализ стратегии советских представителей и разработку планов скрытного выявления их деятельности с целью собрать достаточные улики и доказательства, чтобы разоблачить их.

По мере развития ситуации до того момента, когда нам стало относительно ясно, каков замысел русских, ФБР начало инструктировать меня в том плане, что степень моего участия в этом деле определяется лишь моим статусом простого гражданина. Любые мои услуги должны иметь целью обеспечение безопасности Соединенных Штатов от иностранного шпионажа, и за эти услуги мне не полагается никакого денежного вознаграждения. Мне сказали также, что я не могу рассматривать себя правительственным служащим. Однако , в случае каких-либо проблем или осложнения ситуации, ФБР окажет мне любую возможную помощь. Мне объяснили, что чем больше времени я отвлеку на себя у подозреваемых в шпионаже, тем больше я помогу своей стране, т.к. время , потраченное на меня они не смогут использовать для получения информации от неподозревающих граждан или для убеждения слабых личностей в том, что они должны изменить Соединенным Штатам.

Таким образом я решил сделать мои первые шаги в темный лабиринт контрразведывательной деятельности, точно не зная , что находится впереди.

С каждой заседанием отделения АОМ Ступарь и Извеков становились все доброжелательнее. Русские постепенно и по частям собирали материал на меня в своем досье. Они знали, что я служащий компании "Вэлъю Энжиниеринг "из Александрии, штат Вирджиния, и что эта компания участвует в опытно-конструкторских разработках по ракетным двигателям и высокотемпературным материалам. Они также знали, что я пишу книгу по высокотемпературным покрытиям ракетных двигателей и носовых защитных конусов возвращаемых на землю аппаратов. Позднее они узнали, что я офицер запаса химической службы Армии и специализируюсь на химической, бактериологической и ядерной защите.( Александр Извеков и я всюду продолжали наталкиваться друг на друга, и каждая встреча вызывала удивление у каждого из нас. Например во время демонстрации шоу в отеле "Шорхэм" моя жена и я наткнулись на Извекова и какого - то незнакомого мужчину, которого он не представил. В другой раз Извеков за рулем Плимута внезапно появился на углу улицы, где я стоял, ожидая замены фары.)