Чтение онлайн

Пока просматриваю странички ресторанов Москвы в соцсетях и выбираю платье на вечер, думаю о том, как же быстро у нас с ним все закрутилось. Когда я упала посреди оживленной улицы, Саша вызвал скорую помощь, и почему-то поехал вместе со мной в больницу.

«Красивой девушке была нужна помощь, я не мог пройти мимо. Ждал скорую, и гладил тебя по мягким волосам. Говорил тебе, что все будет хорошо. Я почувствовал ответственность за тебя», — сказал он после.

Я пререкалась с ним в машине скорой помощи, а он проявил недюжинную выдержку. Перед глазами вертелся калейдоскоп: Сашкино лицо, окно, деревья, опять Сашкино лицо. Закрыла глаза и услышала:

— Только не отключайся.

— И не подумаю. У меня все хорошо, — чувствую, что в горле пересохло и першит. — Воды, пожалуйста, — прошу едва слышно.

Воды у врачей скорой помощи не оказалось. Тогда Саша потребовал остановить машину возле магазина. Принес бутылку с водой, и, приподняв мою голову, напоил меня. Пила жадно, проливая жидкость на одежду, потом нащупала Сашкину руку, сжала ее и ненадолго отключилась.

В больнице меня осмотрели. Сашка все это время дожидался вердикта врачей, и только когда узнал, что моему здоровью ничто не угрожает, отправился по своим делам. А на следующий же день вихрем ворвался в палату с букетом желтых лилий, которые, к несчастью, пришлось отдать санитарке, так как у моей пожилой соседки по палате обнаружилась на них аллергия.

И потом всегда приходил с розами: мелкими, крупными, алыми, розовыми и даже голубого цвета. Я еще тогда смеялась, что удачно гармонирую с цветами, лежа на койке в больничной пижаме цвета выцветшего неба.

За две недели госпитализации Александр не пропустил ни одного дня, чтобы не появиться у меня. Признался, что в самый первый раз посетил меня в больнице только из вежливости. Просто хотел увидеть своими глазами, что все хорошо. Мы разговорились, и разговор вышел настолько непринужденным, что оба почувствовали, будто знакомы уже давно.

— Это твой голос свел меня с ума, — в пылу признался Саша.

— У меня просто отличная дикция. Как никак, учитель английского», — отшутилась я.

И он стал ко мне захаживать. Сначала болтали в палате, потом стали прогуливаться в больничном сквере. И только букет роз в его руках всегда оставался неизменным.

— Саш, хватит тратиться на цветы! Ты что — миллионер? Мне их уже некуда ставить, по всей палате расставлены. Хоть цветочный магазин открывай, — сетую, когда вижу в дверном проеме скромно улыбающегося мужчину с огромным букетом белых роз.

На самом деле мне приятно получать цветы, розы поднимают настроение, а их аромат заглушает едкий больничный запах. Просто неудобно как-то создавать человеку дополнительные траты. По Сашке видно, что никакой он не олигарх, а обычный москвич со средним достатком.

— Но не приходить же мне с пустыми руками, — неуверенно улыбается мужчина.

— Фруктов лучше бы принес, — буркнула себе под нос моя соседка по палате тетя Галя.

Но Саша услышал и смутился. И на следующий день принес большую корзину экзотики. В ней лежали манго, и папайя, и личи, и еще какие-то неизвестные мне кислотного цвета фрукты. Тетя Галя расплылась в улыбке. Она уже знала, что львиную долю всего этого великолепия отдам ей.

— Какой у тебя мужик хороший, Аленка! И цветы таскает, и корзину вон какую дорогущую припёр. Хватай его зубами, пока прохвостка Машка не увела, — предостерегла тетя Галя, когда Саша ушел.

— Какая еще Машка? — грызя сочное яблоко, интересуюсь я.

— Санитарка, молодая которая. Давно уже хахаля себе ищет, да все никак не найдет. С претензией барышня — богатого ей надобно. Только где ж их, богатых, сыщешь-то днем с огнём? А тут, надо же, сам пришел в больничку. Какой подарок судьбы! Видела я, как она торопливо марафетилась, губищи красной помадой мазала, когда Сашку твоего издали заприметила. Так что смотри в оба, мое дело предупредить.

— Хорошо, теть Галь, — смеюсь в ответ, — только Маша ошиблась, Саша вовсе не богач.

— Ага! А замашки-то барские.

— Теть Галь, уж поверьте мне. Мой босс, владелец школы английского — вот он богач. На Майбахе рассекает по Москве, костюмы на заказ шьет у известного портного, зимой с африканским загаром ходит.

— Так у тебя с боссом любовь?

— Нет, что Вы. Он женат.

— И «пральна», не нужны нам женатики. Ты бы поцеловала Сашку хоть разок, одними разговорами сыт не будешь. Мужик-то надеется, а ты его френдзонишь, — громко добавила женщина.

Подивилась словечкам, которые имела в своем лексиконе простая женщина из пригорода столицы, но задумалась над ее словами. Саша мне нравился. Он обходительный, сдержанный, внимательный. И внешность интересная: высокий, спортивный брюнет с добрыми карими глазами.

— Ты, конечно, девка видная, на актриску похожа. И фигурой Бог не обидел. Беленькая, стройная, глазищи голубые, — перечисляла тетя Галя мои достоинства, — вы с Сашкой составите красивую и ладную пару.

— Спасибо на добром слове, — улыбаюсь, — мне он нравится, если честно.

— Тогда бери быка за рога. Чего воду в ступе месить? — пожала плечами простоватая соседка.

После вечернего променада с Сашкой по надоевшему уже больничному скверу, страшно волнуясь, остановилась и поцеловала его. Впрочем, Саша не удивился, будто только этого и ждал. Долгое время я была одинокой, и уже успела истосковаться по мужской ласке и романтике.

Где-то около получаса мы целовались под мрачными окнами, слова стали лишними, мир вокруг потускнел. Время словно остановилось. Под ногами таял снег. В воздухе отчетливо кружился запах ранней весны, а в клумбе робко показались первые подснежники.

Тетя Галя смотрела на нас из окна и улыбалась. Маша прекратила полы мыть и тоже подошла к окну — взглянуть, что же такого забавного увидела несносная грубоватая тетка на улице? А увидев обнимающихся нас с Сашей, сжала красные губы в нитку, резко развернулась, споткнулась об ведро с водой, нецензурно выругалась и опрометью выскочила из палаты.

— Не по Сеньке шапка, — громко крикнула ей вслед тетя Галя и вывернула огромный кукиш.

День своей выписки ждала с нетерпением. Не в силах провести лишнюю минуту в серых больничных стенах, ушла раньше времени. На руках выписка из медкарты без точного диагноза — так и не смогли определить. Предстоял еще ряд обследований, но я старалась об этом не думать. Мысли всецело занимал Александр.