Чтение онлайн

Пока его колеса бешено крутились на одном месте, пытаясь поднять наш мерседес — он, так же как и мой джип, закопался по уши!

— Я фигею, Клава, в этом зоопарке, — растерянно говорила я чуть позже, сидя в привычной позе на крыше своей машины. — Ну что за невезуха?

— Все в руце Божией, — безмятежно отозвался с крыши «Шевроле» батюшка Иоанн. — Ничто без его ведома не происходит, так что не нервничай, Магдалина, и отдайся на волю Божьему промыслу.

Я подозрительно на него посмотрела:

— Ты что, в семинарии и дзен изучал?

— Нет конечно, святые отцы ереси не любят, — тут же открестился он.

Я оглянулась. Нагулявшийся по полям Женька сидел на капоте, и улыбка его была точь-в-точь такой же, как у христианского священника.

— Не суетись, — спокойно сказал он. — Все идет своим чередом.

«Вот тебе раз!», — удивилась я единомыслию таких разных конфессий, и тут на дороге показалась темная точка. Она быстро приближалась, и вскоре стало понятно, что это бэтмобиль любимого. Именно так мы называли его навороченный крайслер немыслимого футуристического дизайна.

— Это что у вас тут, митинг? Вечеринка? Пати на крышах? — удивился Дэн, высовываясь из окна.

— Мил человек, вытащи нас отсюда, — с мукой в голосе простонала бабка Лукерья из Шевроле.

— Не вопрос! — кивнул Дэн и вышел из машины, и у меня сердце замерло от его красоты.

А он со скорбным видом осмотрел свой мерседес, по уши заляпанный грязью, смерил меня печальным взглядом и перевел взгляд на Шевроле.

— А это еще кто такой, извините за бестактность? — холодно спросил он, оценивающе глядя на Иоанна, скрестившего ноги по-турецки на крыше.

— Это батюшка Иоанн из Знаменского собора, — с нажимом в голосе представила я, а то знаю я любимого.

Он внимательно посмотрел на меня, перевел взгляд на священника, здорово смахивающего на оживший девичий сон, и заколебался:

— Что-то не похож ты, батюшка, на попа. Это вы так изысканно стебетесь, что ли?

— Да как не похож, рукоположен он! — возмутилась из Шевроле бабка Лукерья.

— Приходи ко мне на исповедь, аль на службу, и сам увидишь, — спокойно сказал Дэну Иоанн.

— Ладно, разберемся, — хмуро сказал любимый. — Вытаскивать придется сначала попа…

— Батюшку Иоанна! — вредным голосом поправила Лукерья — … а потом уж тебя, Магдалина.

— Береза вон там, — бесстрастно указал рукой Иоанн.

Дэн резко обернулся к нему и очень вежливо сообщил:

— У меня хорошее зрение.

— Ну и слава Богу, — торопливо закрестилась Лукерья. — Ты, мил человек, на месте-то не стой, вечереет уж.

— Магдалина? — повернулся Дэн ко мне. — Идем?

— Конечно, — кивнула я, хорошенько оттолкнулась от крыши и прыгнула прямо на него. Он поймал, отряхнул и поставил на землю.

— А мне так говорила, что не может слезть! — возмутилась зловредная бабка.

— Ловить некому было, — очаровательно улыбнулась я, и мы, взявшись за руки, пошли к березе.

— Я бы поймал, — пробормотал Иоанн.

«И потом бы Лукерья нас точно пожанила», — хмыкнула я. Не, Ванька — парень классный, нечего ему жизнь портить.

— Это что еще за крендель? — недовольно спросил Дэн, едва мы удалились от машин.

— Да говорю же — священник! Я к нему на исповедь хожу!

— К этому??? А почему я об этом только сейчас узнаю?!

— Потому что надо больше интересоваться жизнью любимой девушки! — отбрила я.

— И что он тут делает?

— Позвонил по делу, узнал, что я застряла, и кинулся на выручку. У него профессия такая — спасать, понимаешь? Нельзя ему мимо пройти, грех.

— И что, он всех прихожанок спасает? — не поверил Дэн. — Вот так днями и ночами колесит по городу и всех спасает?

— Слушай, ты чего такой ревнивый? — довольно усмехнулась я.

Он помолчал, потом признался:

— Так страшно. А вдруг ты меня бросишь и к нему удерешь?

— Не, — помотала я головой. — Он — это вообще последний вариант. Понимаешь, за него замуж выходить надо, прежде чем в постельку тащить. Так что сам понимаешь…

— А за меня ты выйдешь? — остановился он.

— Конечно, — уверенно ответила я.

— Когда? — улыбнулся он.

— Скоро. А теперь пошли, чудо, ветки надо ломать да убираться отсюда, — поднявшись на цыпочки, я чмокнула его в ямочку на подбородке и потянула за руку к березе. — Ты в курсе, что тут кладбище нехорошее рядом?

— И что?

— Ночевать тут нельзя! Убираться надо поскорее!

— Ну ты же у меня ведьма, — ехидно усмехнулся он. — Тучи руками разведешь, всех покойничков прибьешь. Я с тобой не боюсь!

— Твой любимый швейцарский нож при тебе? — перебила я его, — режь ветки, душа моя. Покойников я и сама не боюсь, меня больше бабка Лукерья беспокоит. Если ночевать останемся — она к рассвету все нервы вытреплет и всю кровь выпьет.

— А по мне, так милая старушка, — удивился он.

— Все они, старушки, милые, пока спят зубами к стенке, — мрачно процедила я.

— Магдалина, у тебя старушкофобия какая-то, — укорил меня любимый. — Вон, на Лору-Святошу вечно жаловалась, а она, между прочим, тут звонила мне, о тебе спрашивала.

— Это когда она звонила? — я аж ветки ломать перестала от изумления. Мир сошел с ума, коль Лора обо мне справляется у Дэна! В жизни б не поверила, но крестик, что висел на шее Дэна, уверял в обратном.

— Сегодня и звонила, — пожал он плечами. — Видишь, какая старушка заботливая? Все выспросила: не кашляешь ли ты, не чихаешь, обещалась в гости зайти, проведать.