Джинния против!
Шрифт:
– Дай сюда, о маленький наглец. – Акиса выхватила табличку и мигом прочла вслух: – «Ты за редкостную красоту попал в ряды избранных. Тебя ожидает престижная работа в сладостных условиях». Хм, дальше буквы стерты, глина – вещь ненадежная…
– Что это значит? Он польстился на престижную работу в сладостных условиях и бросил нас? – запаниковала я, но, подумав, признала, что Миша бы так никогда не поступил, и немного успокоилась. – Откуда у тебя эта табличка?
– К кому ты обращаешься? – подняла бровь и усмехнулась Акиса.
Я завертелась: ребенка рядом не было.
– Где оно?
– Кто?
– Дите! Куда делся мальчишка?
– Ай, я что ему, мама, чтоб за ним следить?! Убежал с нашими деньгами…
– Как ты можешь думать о материальном, когда у меня опять украли возлюбленного? – риторически всплеснула я руками. – Что он там говорил… Не бросайте нуждающуюся в помощи овцу, наверное, это значит, что мы должны помогать по пути всем страждущим. Аза добро боги вернут нам Мишу. Ура!
– Какая у меня наивнейшая сестра… Разве они вернули моего Яман-бабу?
– Ой, прости, прости, мне стыдно! Как я могла забыть о твоем горе…
– Вай, подумаешь, – досадливо отмахнулась Акиса. – Ни один мужчина не стоит моих слез…
Врала, конечно, потому что эти самые слезы предательски дрожали у нее на ресницах, и я поспешила вернуть ее к своим проблемам. Помогая другу, забываешь о собственных неурядицах, правда?
– Но что нам делать с закодированной частью таблички? Мальчик сказал, когда прочтете все, узнаете. А давай спрашивать у всех подряд, может, кто и разберет?
Грамотных оказалось ничтожное количество. Один человек. Мы мучили его минут десять. Он тоже ничего не смог прочесть, но все пытался пригласить Акису к себе в дом рабыней для мытья ног. Видимо, это тоже своего рода «престижная работа в сладостных условиях», но джинния не сдалась. Мужчина ушел в недоумении, наверное, сумма, которую он ей предлагал, была и впрямь велика…
– Я полетаю, о сестра моя, – раздумчиво решила Акиса. – Поищу твоего стража порядка с высоты небес орлиным взором. А ты жди здесь, может, он не захочет эту работу и вернется. А может, и…
Это «может» кольнуло сердце как спица, которая… много чего может проколоть. Я села прямо в пыль на обочине и опустила голову на колени. Мысли были как одна, горькие и печальные… О моем любимом! Все о нем и о нем, о нем и о нем! Или это из какой-то попсовой песенки? Ах, ну неважно, главное, что соответствует душевному настрою…
Акиса вернулась скоро, минут через десять. Одна, как и тогда, когда я три с половиной часа прождала их с Мишей в кафетерии. Правда, сейчас ожидание было коротким, но, в отличие от прошлого раза, она даже известий о нем не принесла.
– Плачь, о злосчастная, – его нигде нет! А можешь и не плакать, пошли на площадь, он придет туда наверняка, если еще жив. Но если и нет, то там мы хотя бы попробуем спросить, где искать его тело…
Нет, я не упала в обморок, не потеряла дар речи и даже не дрогнула от таких развернутых перспектив. На душе почему-то вдруг стало удивительно спокойно. Нет, разумеется, когда ваш жених исчезает бесследно, хорошего в этом мало, но взгляните с другой стороны…
Это ведь уже не Черный Ирем, Миша сыт, не в плену, и мы где-то рядом. К тому же текст глиняной записки успокаивал, это ведь скорее приятно работать «в сладостных условиях»? Сама бы не отказалась от такой, если, конечно, там не что-то сверхаморальное…
Короче, мы пошли. И не пожалели! Потому что первым человеком, которого мы увидели на подступах к городской площади, был пожилой гадальщик. Он зазывал посетителей и не казался чрезмерно обремененным заказами…
– Вот кто может помочь нам с расшифровкой текста!
– Воистину, – согласилась Акиса, хмуро сдвинув брови. – И пусть его предсказания будут точны, или я за себя не отвечаю…
– Ой, ну зачем ты так? Давай сначала вежливо спросим. Если нет, тогда уж… по ситуации…
Гадальщик поднял на нас глаза. Они были бледно-голубые и как будто смотрели сквозь тебя.
– Эм… гм… Здравствуйте. Мы хотели бы узнать…
– После того как самому царю нашему Гильгамешу приснился сон о предстоящей битве с каким-то неотесанным волосатым дикарем и о том, что этот дикарь станет его лучшим другом во веки веков, он не поверил. Но, когда сон сбылся, мудрый Гильгамеш ввел профессию ясновидцев! И царь наш нынешний, Энмендуранна, это правило не отменял. Хочешь заниматься ясновидением, купи лицензию! Я вот купил и плачу налоги…
– Мм, очень хорошо, но все же я просто хотела спросить…
– Мы, правда, толкуем только сны царей, ведь они дети богов и будущие боги, разве кто-то осмелится сказать, что сны простых смертных чего-то значат? А у царя что ни сон, то пророчество. Вы слышали о том, что ему приснилось в прошлый раз? Поучительнейший рассказ о будущем государства, если к власти придут рыжие суслики…
– Кого интересует будущее государства, а тем более сусликов?!! – отпихнув Акису, взревела я. – Люди хотят знать лишь о себе и своих близких. Им, как и мне, глубоко безразлично, что за белиберду видел сегодня во сне ваш царь! Где мой Миша?
– Эй, поосторожнее со словами. – Гадальщик испуганно огляделся и сунул под потертую глиняную книгу еще более старые разрисованные кости. – В божественных снах государя кроется будущее каждого его подданного. И ваше тоже…
– Если мне понадобится узнать свое будущее, я обращусь к бабке-гадалке. У нас есть одна, она гадает на кошачьей шерсти, поэтому у нее кот уже весь лысый ходит, общипанный до хвоста, – вдохновенно продолжала орать я, несмотря на то что джинния уже пыталась оттащить меня в сторонку. Вокруг начинал потихонечку скапливаться народ…