Чтение онлайн

— Кристи, садись со мной рядом! — с шутливой повелительностью распорядился Альберт, ставя для нее стул. — Белый, а ну, подвинься!

Белым с первого курса прозвали Оливера Мелфаллана — отличника, до сих пор продолжающего учиться и занимающегося наукой. Отец Кристин называл Оливера надеждой университета, светлой головой и отзывался о нем с большим уважением. На самое первое занятие в Джорджтауне Мелфаллан явился во всем белом, с тех пор студенты обращались к нему не иначе как Белый. Он не обижался, так как помимо выдающегося ума обладал еще и весьма миролюбивым нравом и умел со всеми ладить.

— Ишь, чего захотел! Подвинься ему, — с напускным возмущением проворчал Белый, отодвигаясь.

Альберт, подобно лакею в хоромах вельможи, поклонился, жестом приглашая Кристин сесть. Белый простодушно рассмеялся.

Спустя минуту высокие бокалы наполнили вином и Мэри произнесла тост:

— За нашу дружную, неунывающую компанию!

Пригубив вино, Кристин с улыбкой оглядела, друзей. Сегодня здесь не было психологов, полицейских или инструкторов, а были недавние студенты, радующиеся прекрасной возможности вспомнить университетские годы. Она видела перед собой знакомых весельчаков и озорников и с упоением ощущала себя неотъемлемой частью этой шумной компании.

Интересно, понравились бы они Тиму? — подумала вдруг Кристин, и неожиданность этой мысли настолько ее поразила, что у нее запылали щеки.

Ей хотелось забыть о Тиме хотя бы на время вечеринки. Но когда первая, наиболее мощная волна ликования от встречи с товарищами по учебе схлынула, мысли о нем вновь закружили в ее голове назойливым роем.

Мне кажется, ему бы здесь понравилось, ответила она себе. Он со многими из наших наверняка нашел бы общий язык. А с другой стороны, я ведь понятия не имею, как ему нравится развлекаться, что за люди его друзья, какие качества в них он ценит. Мне до сих пор неизвестно, даже где он работает, где живет… Черт! Что за бред! Я должна о нем забыть!..

В оживленной болтовне и веселье пролетело полтора часа. Кристин, несмотря на то что в мыслях все еще пребывала вместе с Тимом в макете самолета или уплывала на волшебном корабле воображения в совместное с этим парнем будущее, принимала в общем разговоре активное участие, смеялась и шутила не меньше других.

Когда кто-то предложил потанцевать и половина присутствующих повскакивали с мест, чтобы выбрать подходящий диск, Альберт наклонился к Кристин и взял ее за руку. Его лицо посерьезнело.

Он всегда был к ней неравнодушен. Но объясниться в своих чувствах ни разу так и не отважился, потому что понимал, как относится к нему она: как к неплохому парню, готовому всем прийти на помощь, умеющему, когда надо, быть веселым и бесшабашным или твердым и решительным. Не более того.

— Летиция рассказала мне о твоем разрыве с Роландом, — произнес он медленно, глядя на ее руку в своей широкой ладони.

Кристин напряглась. Портить вечер неприятными объяснениями ужасно не хотелось. Альберт не интересовал ее как мужчина ни восемь лет назад, ни тем более сейчас, когда она не на шутку увлеклась Тимом Хеннеси.

Последовала тягостная пауза.

Как по-дурацки устроена жизнь, с грустью подумала Кристин. Мы влюбляемся в тех, кто не проявляет интереса к нам, а нами увлекаются те, к кому безразличны мы. Для чего она вообще нужна, эта жалкая, никому не нужная неразделенная любовь?

— А почему Летти нет? — Молчание следовало прерывать, и Кристин сказала первое, что пришло на ум. О том, почему ее лучшая подруга со студенческих лет не пришла, она прекрасно знала: мать Летиции именно сегодня праздновала свой пятидесятилетний юбилей.

Альберт недоуменно посмотрел на нее.

— У ее матери сегодня день рождения. Разве ты не знаешь?

— Ах да, точно, — пробормотала Кристин. — Я совсем забыла.

Врубили музыку, да так громко, что у Кристин на несколько мгновений заложило уши.

— Всем танцевать! — призывно прокричал кто-то.

И Энн, стоявшая на свободном пространстве возле тумбочки с музыкальным центром, незамедлительно вскинула руки и закрутила бедрами. К ней присоединились Белый, Мэри и еще три человека.

Кристин, наблюдая за ними, засмеялась.

— Эй вы, сделайте хоть немного потише! — предельно напрягая голос, крикнул Альберт.

Его просьбу выполнили, но Белому такой поворот событий явно пришелся не по душе.

— Ты бы лучше к нам присоединился, а не просиживал штаны и не заговаривал зубы Кристи! — громко ответил он, прекращая танцевать. — Идите сюда оба!

— Сейчас, сейчас! — ответил Альберт, смеясь. — Обязательно придем, вот только обсудим кое-что!

— Ждем! — крикнул Белый и опять самозабвенно задвигался под звуки музыки.

— Здорово, что мы решили собраться, — произнес Альберт, переводя улыбающийся взгляд на Кристин. — Все счастливы, все сияют…

— Да, — согласилась Кристин.

А он стал лучше, еще более мужественным, отметила она, внимательнее рассматривая своего собеседника. В плечах раздался, волосы подстригает короче… Прическа теперь совсем как у Тима, даже челка лежит так же… О боже! Опять я за свое.

Она разозлилась на свою неспособность управлять собственными эмоциями и дала себе слово больше ни разу за сегодняшний вечер не вспомнить о Тиме.

— Ты бы согласилась как-нибудь поужинать со мной? — спросил вдруг Альберт, и на его лице с волевым подбородком и плотно сжатыми губами отразилось смущение.

Как трогательно, мелькнуло в мыслях Кристин. А может, не отталкивать его? Может, попробовать получше узнать? Ведь он, хоть и не вызывает во мне бурной страсти, классный парень. Сильный, смелый, умный — по сути, в моем вкусе. В конце концов, совместный ужин ни к чему не обяжет ни меня, ни его. Верно ведь говорят: лучше синица в руке, чем журавль в небе…