Чтение онлайн

Ему хотелось сказать не избитое «я рад тебя видеть». Он с удовольствием заговорил бы сейчас стихами, как глупо и напыщенно это ни прозвучало бы. Но от переизбытка чувств не смог облечь в подходящие фразы и сотой доли своих переживаний.

Дверь приоткрылась и в проеме показалась пухленькая сестра Пирс.

— Вы уже здесь? — с улыбкой обратилась она к Кристин. — Как видите, ваш Тим благополучно поправляется.

Кристин смущенно кашлянула, но ответить ничего не успела — Глория Пирс поспешно удалилась.

Вслед за ней на пороге палаты появился врач.

— Проснулись? — Он подошел к кровати Тима, внимательно оглядел его лицо и кивнул на перебинтованное плечо. — Сильно болит?

Тим только сейчас почувствовал, что его рана тупо ноет.

— Почти нет, — ответил он, бросая многозначительный взгляд на Кристин.

— А-а, понимаю… — протянул врач, смеясь. — В присутствии красивой девушки о таких пустяках не думаешь. — Он посмотрел на Кристин и вдруг резко перестал смеяться. Его глаза сощурились. — А это не вы случайно нашли нашего пострадавшего в лесу и сняли с дерева? Ребята со «скорой» рассказали, что с ними разговаривала оказавшая ему помощь молодая особа.

Кристин слегка покраснела.

— Она, она, доктор, — ответил за нее Тим. — Эта девушка просто чудо какое-то. Буквально перевернула мое представление о женщинах.

Врач опять добродушно рассмеялся.

— Знаете, я вам искренне завидую. Сам бы с удовольствием в кого-нибудь влюбился, да не в кого.

Краска на щеках Кристин сгустилась. Она вопросительно взглянула на врача и медленно заговорила:

— А к чему вы это…

Тим вдруг отчаянно захотел подыграть доктору, повести себя так, будто они с Кристин и правда двое влюбленных, давно признавшихся друг другу в своих чувствах.

— Еще несколько месяцев назад я тоже думал точно так же, — перебивая Кристин, произнес он. — А потом вдруг случилось чудо и я встретил эту необыкновенную женщину.

Кристин метнула на него изумленно-возмущенный взгляд, а врач заулыбался и ответил:

— Надеюсь, будет когда-нибудь и на моей улице праздник.

— Обязательно будет, — заверил его Тим, с удовольствием вживаясь в роль.

Кристин сложила губы трубочкой, намереваясь что-то сказать, но врач опередил ее, обращаясь к Тиму:

— Кстати, вы уже сегодня можете отправляться домой. Отнимать вас у очаровательной спасительницы надолго не имеет ни малейшего смысла. Будете приезжать ко мне на прием. О работе, тем более о прыжках с парашютом, на время забудьте. — Он повернулся к Кристин. — А вас я попрошу привезти больному какую-нибудь одежду. Рубашка должна быть на пуговицах и с широкими рукавами.

Велев Тиму зайти через двадцать минут к нему в кабинет для получения рекомендаций, он вышел из палаты.

Тим виновато посмотрел на Кристин и молча пожал здоровым плечом.

— Зачем тебе понадобилось разыгрывать этот спектакль? — спросила она, напуская на себя строгости.

— Просто очень захотелось, — честно признался Тим. — Умоляю, не сердись! К больным и дурачкам надо относиться снисходительно.

— И к какой же категории ты относишь себя?

— К обеим. — Тим состроил смешную рожицу.

Кристин не выдержала и улыбнулась.

— Раз так, то, конечно, постараюсь быть к тебе поснисходительнее. — Она подошла к кровати и опустилась на стул.

Дурашливость Тима, при помощи которой он маскировал свое смятение, улетучилась. Он с любовью оглядел лицо своей спасительницы, как никогда прекрасное, несмотря на следы утомления. От желания сию же секунду начать самый серьезный в своей жизни разговор у него на миг зашлось сердце, но он вспомнил о просьбе врача и решил отложить разговор на потом.

— Кстати, о том, что сказал врач. Прости, что так вышло. Он и в самом деле подумал, что мы с тобой… В общем, что попросить тебя съездить ко мне домой и привезти одежду — вполне нормально.

Кристин посмотрела на него как-то странно. И Тим принялся гадать, о чем она подумала.

— Ну, не сам же ты поедешь за своей одеждой, — спокойно глядя ему в глаза, произнесла Кристин.

— Нет конечно. Кому-нибудь позвоню, — пробормотал Тим.

— Не стоит, — сказала Кристин. — Расскажи, где ты живешь и что именно тебе привезти. Я на машине.

Тим представил, что она входит в его дом, достает из его комода рубашку, из шкафа — джинсы, и эта картина показалась ему настолько привлекательной, а сама ситуация такой интимной, что возражать он не стал, лишь тихо пробормотал:

— Мне очень неудобно… Ты мучаешься сегодня со мной целый день.

Кристин вздохнула и устало улыбнулась.

— Такова, видно, моя судьба.

Тим взял ее руку, бережно поднес к губам и поцеловал.

— Если честно, мне было бы очень приятно, если бы за моей одеждой съездила именно ты, — прошептал он, рассматривая ее пальцы.

— Тогда давай ключи!

Кристин произнесла это громко и решительно, чтобы нарушить чувственную наполненность момента, к которой оказалась не совсем готова.

Она уже бралась за ручку двери, намереваясь выйти, когда Тим окликнул ее.

— Не хочу, чтобы ты ушла, не узнав одной важной вещи, — сказал он взволнованно. — Ты для меня самый близкий, самый дорогой человек на свете. Помни об этом всегда.

«Ты для меня самый близкий, самый дорогой человек на свете», стучало в висках Кристин, направляющейся по предвечернему Вашингтону к дому Тима. Она ничего не ответила ему на эти слова, так как почувствовала: если срочно не уйдет, то опять прослезится.