Чтение онлайн

Захар это понял по блеску глаз брата, но все же не смог удержаться с вопросом.

– А па-лео-зой – это то, что было полмиллиарда лет назад?

–О да. Как хорошо, что ты подружился с палеонтологами. С тобой можно разговаривать почти наравне. Понимаешь с полуслова.

–Но я ни разу не считал до полмиллиарда…

–И не сосчитаешь.

–А Ксения Петровна?

–Не знаю такую, но и она тоже. Сто процентов.

–Это наша классная.

–Самый классный человек Земли, запомни, не способен досчитать до полмиллиарда.

Младшенький продолжил «пытать», пораженный этим открытием:

–А инопланетяне могут? – И посчитав молчание за согласие, уточнил: – Значит, они нам всё это устроили?..

–…всё это?.. – переспросил Игорь, вынужденно опускаясь на землю. Он вспомнил лицо старца, испещренное морщинами, его попытки объяснить действие волшебства… И тут ошарашил младшего восклицанием: – Неужели старый аксакал со своим зонтом во всем этом виноват?..

Он стал наворачивать круги вокруг бочонка, на котором, поджав ноги, сидел младший. Остановился.

–Да нет, это ерунда!..

–Почему – ерунда?

–Потому что проще признать экзотическую материю, чем какое-то волшебство.

–Экзотическую материю?..

–Да. Физики утверждают, что все, что сделано из нее, обладает свойством переноса во времени. В нашем случае это уравнение с тремя неизвестными. Либо колодец, либо мячик, либо…

–Либо… – что? Договаривай!

–…либо – летучая мышь…Ты сам сказал, что так не бывает… забыл?..

–Значит, это мышка из сказки?.. На самом деле?

–Пф-ф-ф…Ты опять за свои сказки, а я-то посчитал тебя почти взрослым.

После такого фырканья Захарке стало стыдно за свои мысли о волшебной стране, за папу Карло и Буратино. Хорошо, что еще про золотой ключик не проболтался!..

Установилась тишина. Братья, каждый на свой лад, обдумывали ситуацию.

«Но как же можно так глубоко провалиться в прошлое, что даже нельзя узнать глубину?.. – думал Захар. – Как мы пролетели столько лет и не заметили?.. И почему мы пролетели не расстояние, а время? Кто это выбрал? Вот кукушка, летела сегодня на одном месте. Время шло, а она как будто висела в воздухе надо мной, маша крыльями». Это она сама решила лететь и оставаться на месте…То есть поменяла расстояние на время. А кто нам поменял время на расстояние?!»

Он взглянул на брата с вопросом на губах. Но вопрос застрял в горле, как только он наткнулся на сверкающие глаза, с любопытством озирающие окрестность…

По всему, Игорь застрял с головкой в том мире, куда не довелось проникнуть его маститым учителям при всем их опыте и мудрости. Дорожный маршрут волновал его меньше всего.

Но засевший в горле комок слов не давал покоя Захару и требовал выхода. И он, неожиданно даже для себя, выдал:

–А я знаю, какой у зонта заговор.

–Ну?

Игорь развернулся на пятке и застыл перед братом.

–Йорики-скорики-мухоморики… Вот!

Он думал, что старший слушает его, и сейчас, по крайней мере, рассмеется и снисходительно погладит его, как маленького, по голове. И что же он получил в ответ?

Листая конспект-карты, Игорь сказал:

–Ты прав, это палеозойская эра. И конкретно то, что называется двумя словами «ранний палеозой». Он включает в себя кембрий, ордовик и силур. А следующий период – девон – он как бы делит эру пополам на ранний и поздний. Мы в прошлом семестре его изучали. – Он развел руки и с изумлением добавил: – Я сдал тему на пять баллов! Но, глядя на все это…Нет, я не нахожу слов…

Все стало ясно. Игорь просто завис. Элементарно завис, как программа в компьютере. Ни один из пунктов дорожной карты не волновал его. И он не согласился бы ни за какие баллы вернуться в исходную точку времени и пространства. Ни за волшебный зонт, ни за заговорные слова, ни за глубину колодца…

Игорь был очарован. Просто-напросто заколдован звенящей пустотой и игрой цветов новой локации.

Прозрачно-дымчатая, переливчатая…Какой из эпитетов упущен?

«Ах, да – тихая».

Тихо было так, что звенело в ушах и можно было оглохнуть от случайного звука или от собственного голоса. Стояла тишина, какая на современной земле не бывает или она незаметна.

Иногда для описания нового не хватает слов. Точно так же эта пустота мира не передавалась словом «пустошь», хоть вокруг на сколько хватало глаз не было ни деревца, ни стены дома, ни скалы, ни моста, ни размытого водой маломальского овражка. Во всю грандиозную ширь ничто нигде не пучилось, не торчало, не зацепляло внимания…Ни малюсенького холмика, ни грунтового подъема, ни канавки. Ни извитого ручья, ни крупного озера… Только сверкающие лужи, подвижные песчаные наносы и редкие заросшие мхом участки. Все это, как плотная ткань, было нанизано на каменные столбы выветривания, или останцы. А те были выточены постоянной силой природных стихий из когда-то мощных скальных возвышений.

Но эта пустота казалась чем-то наполненной – словно каким-то эфиром – аж до краев с переплеском. Прозрачно-дымчатая, текуче-ползучая, безмолвно-восхитительная и…колеблющаяся, словно живая.

Игорь поднял взгляд.

Мелкие хлопья облаков, густые у горизонта, редели и растворялись в безоблачно-радужном небе. Далеко-далеко, сходясь в точку, угадывались пилообразные очертания горного хребта. Скорее, это был мираж, но выделялся он на общем фоне, как искусственная заплатка.

«В палеозое еще нет птиц, – попробовал объяснить себе странное впечатление Игорь. – Оттого всякое пятнышко бросается в глаза».

Не случайно первым ориентиром он выбрал именно этот объект, похожий на гребень из бабушкиной шкатулки. Он не знал еще, что на этом «гребенке» им с Захаром доведется побывать. Восхититься еще больше и трижды подвергнуться смертельной опасности.

…Поднимаясь, солнце изливало энергию ушат за ушатом, еще и еще. С каждым «ушатом» рождался новый, более колоритный и рельефный мир, сменяющий прежний, который еще секунду назад казался верхом выразительности.

Братья находились будто внутри громадного – на весь мир – воздушного шара, попавшего в лужу с шампунем в тот момент, когда некие силы выдернули его из лужи, осветили снаружи, да еще раскрутили вокруг невидимой вертикальной оси. Вращение это и залпы-вспышки в нарастающем излучении солнца ощущались не только зрительно, но и внутренне…