Экс
Шрифт:
И с собой тащить не вариант. Допустим, Ветров взвалит на спину тело Вэра, а дикарку уболтает вместе пойти... За свою шкуру тогда Антон и ломаной полушки не даст. Волочить тушу индейца, приглядывать за аборигенкой (а приглядывать за красоткой он будет - не монах ведь) и еще контролировать окружающую обстановку? Простите, суперменов здесь не водится. Через пятнадцать минут марш-броска с одним телом на спине и... другим под боком, Антон устанет и отвлечется настолько, что вооруженного инсургента или хищника с двух шагов не увидит. А если вдобавок и ливень начнется, тогда вообще караул, сливай воду. Разве что чуйка подскажет, но на нее чрезмерно рассчитывать глупо. Иные альтернативы надо рассматривать - более полезные для жизни и здоровья.
С телом Вэра попроще - ветками закидать, за несколько часов падальщики не доберутся. А вот куда аборигенку приткнуть? Предложить вместе прогуляться до точки сбора? Согласится ли? Не факт. А заставлять - нет, извините, не к Антону. Да и если согласится - способна ли физически, ведь она что-то про упадок сил намекала. Правда, Ветров не отказался бы ее и на закорках прокатить. Да, что там не отказался - с превеликой радостью прокатил бы, прижал бы покрепче... Стоп! Отставить фантазии! Та же хрень, что и с транспортировкой трупа. Нет, девушка, конечно, легче весит, чем индеец, и Антон особо не устанет, но... отвлекать будет куда круче. Если Ветров вдвоем с Вэра, будучи настороже, умудрились на стаю свордеров налететь, то с фигуристой красоткой на закорках... Антон в пасть свордера залезет и не заметит.
Оставить тут? Как-то не по-людски. Тварей плотоядных в лесу - тьма тьмущая, а прибрежный участок для разного зверья сейчас, сто процентов, словно медом намазан. Кровь, куски мяса, притом в количестве неимоверном. А у девушки оружия нет. И не факт, что 'пением' спасется. Плюс по части сепаратистов неизвестно, тоже, не ровен час, ошиваются неподалеку - нашумели, как уже отмечалось, разведчики изрядно. И постреляли, и гранаты повзрывали. Набегут инсургенты, увидят полуголую красотку... и дальше, сами понимаете, что случится.
Впрочем, отношения мятежников с аборигенами - терра инкогнита, неспроста же девушка в подобном виде по лесу бродит. Явно привычный вариант одежды. Вдруг сепаратисты... адаптировались... к зрелищам?
Тьфу, что опять в голову лезет! Антон мотнул головой, в очередной раз встряхивая мысли. Если дальше так пойдет, то жест станет 'визитной карточкой'. И наверняка окружающие будут подозревать, что у Ветрова контузия...
Антон негромко чертыхнулся. Вэра погиб, старшего больше нет, принять решение и скомандовать некому. Раньше просто было: слушай старшего и выполняй. А тут ломай мозги...
Так и не приняв решения, Ветров вернулся к девушке. За время недолгого отсутствия экса, ничего не изменилось. Туши свордеров никуда не делись, красотка оставалась на прежнем месте. Только позу сменила - она уже поднялась и стояла, опершись на обломок скалы. И не сказать, что вид девушки от перемены позы проиграл. Скорее - наоборот. Поневоле засмотревшись, Антон сглотнул. Черт! Что-то мысли об одном, право слово, хуже маньяка. Надо в ближайшем увольнительном до Монтевиля скататься и с первой попавшейся девицей в постели покувыркаться, а то уже мозги набекрень. Стоп, отвлекаемся, пялимся чуть в сторону, на пейзаж, а не в декольте, и общаемся с аборигенкой... без посторонних фантазий.
Правда, о чем с ней говорить и вообще, что делать, Антон не придумал, поэтому задал универсальный вопрос:
– Вы в порядке?
– Спасиибоо. Ужеэ луучше.
– Не ранены?
– Неэт.
– Чем-то помочь?
– Не нуужноо, спасиибоо.
– Воды?
Аборигенка покачала головой.
Универсальные, общечеловеческие вопросы иссякли. Ветрову ничего не оставалась, как в сто пятый раз почесать макушку. К счастью, Антон не забыл, что он военнослужащий, не просто погулять вышел, а в боевом рейде, и перевел разговор в конкретно-прикладное русло:
– Извините, не представился... Рядовой Ветров, разведзвод первого батальона Седьмой Этанской бригады, форт Стоун. А вас как зовут?
– Сооллиаанаа.
– Ага, - крякнул экс, соображая, какие из гласных звуков не грех пропустить. Получалось что-то вроде Соллианы.
Очевидно, догадавшись о затруднениях собеседника, девушка утонила:
– Моожноо Солаа.
– Ясно.
Неожиданно аборигенка сложила руки перед собой и коротко поклонилась Антону. Попутно продемонстрировав другой ракурс декольте. Гораздо более выгодный, на непросвещенный взгляд экса. От увиденного мысли разбежались игривыми зайцами. Или, если учесть содержание, кроликами. Ветров окончательно растерялся, сглотнул и выдал глубокомысленное:
– Э-э...
– Блаагодаарю заа спаасениие.
– Да, ладно, чего там...
– засмущался было Антон, но взял себя в руки, снова вспомнив, что он не турист, а разведчик на боевом выходе: - Сола, а вы из какого рода? И вообще, что случилось, как вы здесь оказались?
Ветров рассчитывал на развернутый ответ, практически рассказ, пусть не очень длинный, но содержательный. Из которого экс узнал бы о жизни аборигенов больше, чем из лекций и вводных вместе взятых. Однако девушка покачала головой и тихонько произнесла:
– Скороо здеэсь буудет... лаваайнаа.
– Что будет?
– недоуменно переспросил Антон.
Сола на секунду задумалась и сказала:
– Моолниии без доождяа.
– Молнии без дождя...
– тупо повторил Ветров, а потом сообразил: - ЭМ-буря, что ли?
Девушка ничего не сказала, не кивнула, лишь улыбнулась, но так, что стало понятно - угадал. Осознав ближайшую перспективу, экс не выдержал и чертыхнулся. В его оправдание, следует заметить - вполголоса:
– Твою мать! Мало мне приключений, еще этой холеры не хватало, - и уже громко поинтересовался: - А когда начнется буря, то есть... лавана?
– Лаваайнаа... череэз аауутл.
– А?
– Пооловиинаа чаасаа.
Антон облегченно выдохнул. Время есть, пусть и не очень много. Пока можно не снимать разгрузку и не избавляться от оружия и боеприпасов. В бронежилете и защите, слава конструкторам, металлических деталей нет. А 'роулс', в принципе, в последнюю очередь отбрасывать необходимо - когда молнии чуть ли не по макушке шарашат.
– Тыы доолжен чувствооваать, - произнесла Сола.
– Чего чувствовать?
– не понял Ветров. Общаясь с аборигенкой, что он стопроцентно ощущал, так это себя - едва ли не полудурком. Постоянно то что-то недопонимал, то терял нить разговора. И приходилась повторять, уточнять, переспрашивать. Выглядело глупо. При этом панибратское обращение на 'ты' к Антону со стороны дикарки казалось вполне естественным. А он, в свою очередь, отчего-то испытывал потребность называть Солу на 'вы'.