Чтение онлайн

Одна из последних новинок Panerai — Luminor 1950 Regatta 3 Days Chrono Flyback Titanio

— Что вы считаете главным достижением в вашей вполне исключительной карьере?

— Исключительной? Бросьте. ( Иронически улыбается.) Я не думаю о своей карьере в таких терминах, как «самое важное» и «исключительное», — это был только опыт. Конечно, Panerai был моей жизнью. Конечно, так было не всегда — но последние пятнадцать лет дали мне уникальную возможность выстроить и развить этот бренд. Вот почему я рассматриваю Panerai как самую важную часть моей карьеры. У меня есть семья, у меня есть много других вещей, но если говорить о работе, то именно Panerai. Однако на моем уровне трудно провести четкую линию между частной жизнью и работой — все смешано.

— Как вы начинали? Как придумали концепцию Panerai?

— В самом начале, когда мы готовили план, мы мечтали быть именно тем, чем стали сейчас. На моем столе были только одни часы (модель в стальном корпусе диаметром 47 мм. — « Эксперт» ) — и больше ничего. И я помню, что примерно через месяц, работая только с этими часами, потому что бренда толком еще не было, я написал три страницы плана — не буклет, а только три страницы. И на этих трех страницах было то видение, которому мы следовали.

— Тогда размер ваших часов — знаменитые 47 миллиметров — был революционным. Почему вы были уверены, что это сработает?

— Когда вы прикасаетесь к какому-либо предмету, вы должны получить эмоции — только в этом случае вы захотите взять его. И наша задача в том, чтобы дать вам такое качество предмета, за которое вы бы захотели заплатить. Когда я впервые взял в руки старые часы Panerai, передо мной словно открылись два окна. Я понял: эти часы — нечто особенное, вы можете либо ненавидеть их, либо любить. И это дало мне смелость и уверенность в том, что с ними можно сделать что-то стоящее. И я немедленно осознал, что часы должны быть такими. ( Показывает современные Radiomir 47 мм на своей руке.) Мне говорили: «Ты сумасшедший! Что это?! Это же настенные часы на запястье!» О’кей, говорил я, — это моя страсть, и я попытаюсь это сделать. Таков был мой стимул не сдаваться и продолжать.

— Насколько важно для Panerai быть итальянским брендом и при этом производиться в Швейцарии?

— С самого начала в Panerai была заложена именно эта комбинация, потому что концепт был итальянский, дизайн был итальянский, но технологии пришли из Швейцарии — механизм, части корпуса, из которых собирают часы, и так далее. Страсть — итальянская, технологии — швейцарские, потому что их не найти в другом месте. Вот еще один пример, Cartier — это французский бренд, но их часы тоже делаются в Швейцарии.

Один из этапов Panerai Classic Yachts Challenge

— Что значит для Panerai производить собственный мануфактурный механизм?

— Это очень важно. Нельзя иметь такой бренд, как Panerai, — с таким уровнем цен, с таким позиционированием на рынке — без разработки собственного механизма. Те претензии, тот уровень качества, которые у нас есть, не предполагают иного пути. Я не могу предлагать вам нечто, стоящее не одну тысячу евро и при этом произведенное не мной и не под моим полным контролем. Вы должны знать, что внутри этого корпуса скрыто нечто замечательное, я обязан дать вам нечто особенное, нечто эксклюзивное. Вы не захотите покупать наши часы, если мы поместим в них то же самое, что и у всех остальных. Мы делали это — покупали механизмы, — но мы тут же трансформировали их для собственных нужд и превращали в эксклюзивно сделанные для Panerai. С самого начала мы работали над созданием собственного механизма, и теперь у нас складывается полная линия механизмов in house, которая дает нам массу практических возможностей.

— Фактически у вас две модели и две коллекции на их основе — Radiomir и Luminor. Но ваши клиенты год за годом сохраняют поразительную верность марке и продолжают покупать новые вариации этих моделей. И это исключительный случай в часовой индустрии. Как вам это удается?

— Вот поэтому они так хорошо и продаются — люди хотят увидеть, в чем разница! Все перед вашими глазами. Если вы знаете собственный бренд, если вы знаете потенциал ваших часов, если вы знаете рынок — это не так легко, но и не так сложно, как можно ожидать. Но должна быть ясная идея и четкое видение, нужно знать, что делаешь. А потом мы просто скрещиваем пальцы!

— Кто ваши конкуренты — внутри и вне Richemont Group?

— Все. Нужно стараться понять все бренды, учиться у всех — это помогает создать и поддерживать то отличие, что составляет суть твоего бренда. У маленьких брендов есть некоторые идеи, которых нет у других, у больших брендов есть такие бизнес-модели, которых нет у других. Весь рынок должен рассматриваться как пространство таких знаний — поэтому нет смысла спрашивать о каких-то специфических брендах. Когда предлагаешь свой продукт, самое главное — удовлетворить потребности клиентов, и вы должны понять и сформулировать их для себя. Но нужно внимательно следить за тем, что делают другие.

— Но есть большая разница между брендом типа Panerai и брендом типа Cartier.

— Да. Но когда Cartier продает одни часы, это значит, что я продаю на одни часы меньше. У вас есть пять тысяч евро, и вы хотите их потратить — вы идете по улице и делаете выбор. Вы можете пойти по правой стороне Столешникова переулка, а можете — по левой. Если вы идете по правой стороне, у вас одни возможности, по левой — другие. И я должен суметь так привлечь вас на мою сторону, чтобы вы оставили даже мысль перейти на другую. Если рассуждать в терминах позиционирования на рынке, то наши конкуренты — это Rolex, Audemars Piguet, иногда Omega и другие. Но необходимо быть более восприимчивым, представляя своего клиента, идущим по улице, и образ Столешникова тут хороший пример.