Чтение онлайн

Когда и почему в России было жить хорошо

В первые два президентских срока Владимира Путина государство перенаправило растущие доходы бизнеса в карманы выходцев из госаппарата и в бюджетный сектор. Возросла управляемость экономики, резко поднялся уровень жизни населения. Противники Путина объясняют рост 1998–2008 годов повышением цен на нефть. Но росшие в то время цены на нефть сыграли в этом опосредованную роль: рост простимулировали не сами нефтедоллары, а рубли, эмитированные Центробанком под их покупку. Если в 1996–1999 годах ежегодный прирост денежного агрегата М2 составлял 27% в год при отсутствующем экономическом росте, то в 1999–2008-м — уже 45% в год при росте ВВП на 7–8% в год. Финансовые органы в тот период были вынуждены увеличить эмиссию, так как в Россию поступал нараставший поток нефтедолларов. Однако в 2009–2014 годах цены на нефть и, соответственно, приток нефтедолларов стабилизировались. В результате рост монетизации экономики снова замедлился до 16% в год, то есть опустился ниже, чем в допутинскую эпоху (см. график 1). Соответственно темпы роста ВВП сократились до нынешних 1–2% в год с переходом в рецессию. Нет прироста монетизации: встала экономика.

figure class="banner-right"

var rnd = Math.floor((Math.random * 2) + 1); if (rnd == 1) { (adsbygoogle = window.adsbygoogle []).push({}); document.getElementById("google_ads").style.display="block"; } else { }

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

Экономика не может расти в условиях дефицита денег. Сокращение денежного предложения из-за стабилизации цен на нефть уже привело к началу рецессии, а западные меры по ограничению российского экспорта, которые, весьма вероятно, будут действовать параллельно с ухудшением ценовой конъюнктуры рынка, повлекут за собой быстрое и жесткое сжатие российской экономики. Резерв финансирования роста экономики за счет конвертации экспортных долларов в рубли исчерпан. Заменить его можно только ускоренной монетизацией на основе собственных резервов.

Возможности, создаваемые кризисом

Сверхчувствительность российской экономики к санкциям — прямое следствие внешнеторговой зависимости от ЕС, жесткой привязки эмиссии к доллару и преувеличенных надежд на иностранные инвестиции. Но нет худа без добра: крушение системы отношений России с ЕС и США расчищает дорогу для новой экономической и финансовой политики.

Чтобы выжить как самостоятельному субъекту истории, стране придется быстро перейти от гайдаро-кудринского врастания в мировой рынок и создания институциональных условий к самостоятельному, причем форсированному — порядка 10–15% прироста ВВП в год, — развитию за счет кратного роста инвестиций. Для этого потребуется мощный приток капитала в экономику — гораздо больший, чем простое замещение выпадающих внешних поступлений наличности в экономику. И этот капитал должен генерироваться внутри страны.

В постсоветской России была внедрена простейшая из всех возможных финансовых систем: эмиссия новых денег в экономике осуществляется покупкой валютной выручки экспортеров. Де-факто рубль обеспечен не суверенными обязательствами российского государства, а суверенными обязательствами другого государства, а именно США. Нет долларов — нет рублей.

Российские реформаторы заменили золотой стандарт долларовым. В результате долларовый стандарт оказывает такое же депрессивное влияние на экономику России, какое оказывал золотой стандарт на экономику США и других стран западного блока до 1973 года. Развитие экономики России все эти годы определяется не ее нуждами, а потребностями других стран в российском экспорте.

Но даже и эти заработанные удовлетворением чужих потребностей доллары для каких-либо целей, не связанных с прямым импортом и обеспечением эмиссии рубля, не используются. Минфин и Центробанк выводят их из оборота и замораживают (стерилизуют) в виде значительных резервных активов, размещенных за границей. Результат — хроническое недофинансирование собственной экономики. Нет ни рискового, ни долгового финансирования в каких-либо значительных масштабах, ибо львиную долю банковских активов составляют вклады и депозиты физических лиц. То есть банки в России работают как в XIX веке — сберегательными кассами.

Российским финансовым властям удалось уничтожить долг и кредит, которые со времен Адама Смита везде в мире считаются главным достижением развитой капиталистической экономики и ее двигателем. Российский госдолг меньше, чем госдолг Дании или Бельгии, почти вдесятеро ниже долга Германии и в 30 раз ниже долга США. Российский совокупный госдолг, внутренний и внешний, составляет всего 12,3% ВВП (данные на конец прошлого года), в то время как в Германии или Франции — примерно две трети ВВП. Рост долговых обязательств государства в несколько раз не приведет к серьезной нагрузке на финансовую систему страны.

Как жить без экспортных доходов

Пример жизни финансовой системы без значительных экспортных доходов и иностранной валюты демонстрируют сами Соединенные Штаты Америки. В 1973 году США отказались менять доллары на золото. Значение этого революционного для мировой экономики события до сих пор недооценено и недопонимается.

Чего добились США, отменив золотой стандарт? Они уничтожили нехватку капитала. Отмена золотого стандарта профинансировала технологическую революцию в Америке и бурный рост мировой торговли. Но в отличие от Америки большинство других стран, в том числе страны Евросоюза, Китай и, к сожалению, Россия, заменили золотой стандарт долларовым, переложив функции золота на доллар. Их развитие зависит не от их собственных оценок своих потребностей, а от поступления доллара в их экономики.

В структуре активов ФРС США иностранная валюта занимает малую долю. Более 90% активов — внутренние обязательства: облигации казначейства и ипотечных корпораций. В крупнейших экономиках стран БРИКС ситуация противоположная: подавляющую часть активов центробанков Индии, Китая и России составляют валютные авуары. Исключение представляет собой Бразилия примерно с равным соотношением внутренних и внешних обязательств. За неимением международных финансовых центров на своей территории Россия держит свои валютные активы в странах Запада (см. график 2).

России необходимо отвязаться от доллара как основы эмиссии. Нужна ускоренная монетизация на основе внутренних ресурсов.

Апологеты долларового стандарта аргументируют его необходимость угрозой гиперинфляции и задачами привлечения иностранных инвестиций. Факты показывают, что угроза гиперинфляции столь же надуманна, как и привлекательность иностранных инвестиций, которые составляют не более 7–8% всех инвестиций в экономику России. Из них значительная часть — спекулятивные финансовые инвестиции, то есть покупка собственности на российские компании или финансирование российских корпораций с офшорных счетов аффилированных лиц.

Миф об угрозе гиперинфляции опровергается российским же опытом 1999–2008 годов, когда удвоение темпов монетизации не привело к росту инфляции. Гиперинфляция становится реальностью в разрушенной экономике мобилизационного типа, такой как германская экономика 1918 года или советская экономика 1991 года. Но российская рыночная экономика не разрушена, «избыток» денег в ней приведет к стимулированию деловой активности и к росту предложения. Угрозу гиперинфляции в рыночной экономике можно превентивно купировать ускоренным ростом производства потребительских товаров и ввода жилья путем поддержки экспоненциального роста рознично-сбытовых сетей и их систем поставки отечественной продукции.