Чтение онлайн

— Видимо, — не стал я спорить с очевидным.

Просто с фото и видео были люди, но модифицированные, причём явно генетически. Альты, как они есть — что у нас ступор вызвать не могло. Альты и альты, альтов куча в галактике, сами видели. Просто эти, конкретные гефестианские альты были… ну просто ОЧЕНЬ похожи на наших родных светлолесцев. С массой различий — от красного оттенка кожи, до роста и общего, чрезмерно истощённого телосложения. Может, и ещё что, по изображениям не понять. Но общий «типаж» со светлолесцами прямо так и пёр. И физиономии треугольные, глаза здоровенные, уши острые и здоровенные. И выражение на треугольных физиономиях гораздо более засранское, чем у наших светлолесцев, кстати говоря. А ещё, что бросалось в глаза, внешнего полового диморфизма гефестианцы не имели вообще. То ли на наш взгляд, то ли вообще: они двуполы, детали в обзорах на это указывали. Но ни феминных, ни маскулинных деталей физиономии и тела (в одежде, без неё не показывались) не несли, вот совсем. Или несли и те, и те — и так можно сказать.

— Ладно, своеобразный привет из Светлолесья мы получили. Они себя «звездорождёнными» называют, кстати.

— Эти, красные?

— Эти — хрен знает. Светлолесцы себя называют, — уточнил я. — Ладно, ребят, давайте делом заниматься. Для начала — нам нужно продать груз.

— Оплатить сетевое подключение, капитан?

— Да, Мозг, оплати. И выход на станцию… на три дня. Даже если ничего по делу не найдём — всё равно интересно побывать внутри, — пояснил я согласно загудевшему отряду.

Вообще, конечно, сюрприз-сюрприз. Причём именно порода «жителей станции» — видимо, потомков тех самых «сбежавших с рушившейся планеты». Кстати, подтверждений мы не нашли: в обзорах создание Гефеста прямо не описывалось вообще. А косвенно выходило чуть ли не так, что сначала был Гефест, а потом из неутилизированных отходов зародилась прочая Вселенная. Скорее смешно, чем как-то ещё, но у всех свои ратоморфы в голове.

Юфлоск оказался местным, краснорожим ушастым (вроде — мужчина, но точно не понять). На сетевой вызов ответил сразу, правда одним словом:

— Ну?!

— Гну, — буркнул я.

— Гни себе не отвлекая занятых разумных, шутник! — огрызнулся Юфлоск.

— Конвертеры полевые, плазменные плавильни, гармонизаторы решётки… — начал я зачитывать список товаров.

— Есть, — прервал меня ушастый. — Но мало и дорого. Прими прайс.

Ирка прям затряслась, кивая головой, а я прайс принял, перекинув ей на терминал.

— С мало — я могу помочь, — сообщил я не всматриваясь в полученное.

— Не купив у меня? — ехидно приподняв бровь уточнил тип.

— Продав сам. Лови список, — сообщил я.

Физиономия Юфлоска нахмурилась, но, в итоге, он заржал — странным, высоким, блеющим смехом.

— Смешно. И я тебе сам отпускные цены направил, — хмыкнул он. — Но учти — обозначенные там цены сформированы в условиях ограниченного количества товаров. И…

— И вопрос цены — обсуждай с карго-мастером. В покупке ты, как я понимаю, заинтересован?

— Чего уж сейчас кривляться, — риторически высказался он. — Давай, потолкуем.

Закоммутировал я типа на Ирку, которая начала с ним азартно торговаться. Явно получая от процесса удовольствие: видимо, канализировала свою природную колючесть, причём делая нужное дело. А сам этот Юфлоск — довольно занятно. Во-первых, местные явно ксенофобы, только со своей, альтовской точки зрения. Непонятно, насколько ударенные, но точно такие: в обзорах и прочем, помимо самого юридического «второго сорта» не «жителя станции» на это были очень ТОЛСТЫЕ намёки. И этот ушастый, когда увидел мою физиономию, надулся, губу отклячил, в общем даже мимикой выражал засранство и «превосходство». Но, при этом, не напыщенный дурак — просто напыщенный. Да и с Иркой азартно торгуется, за грудку впалую ладошкой (с длиннющими пальцами и узкую, кстати говоря) хватается, глаза закатывает… И ушами жестикулирует, дошло до меня — они у него не просто подвижные, а с несколькими степенями свободы. Ну в общем — ведёт себя как нормальный человек, а не засранский ксенофоб.

Правда, на этот раз Ирка из ушастого ничего не «навыторговала». Точнее так, судя по всему, да и её комментариям, у Юфлоска была некая свободная сумма, границы которой отчётливо «прощупывались». И покупать сверх неё — он не собирался, был готов купить меньше товаров, если мы упрёмся с ценой. Ну и ладно — мы изначально маршрут брали с пристойной прибылью. Так Колючке и ответил, на отосланное сеткой «никак, Коля».

В общем — договорились, Юфлоск направил к месту стоянки Энериды каких-то рабочих. Которые оказались антропоморфными скелетообразными дроидами под предводительством типа в глухом скафандре. Что за тип — хрен знает, пассивные сканеры его скафандр не пробивали, а использовать активные не было особого смысла. Да и любопытство как причина — довольно бледный аргумент.

Появились эти типы на выехавшей в считанных метрах от Энериды платформе, причём прикрытой каким-то полимером. Более того: этот полимер этак «вырос-разложился», прилипнув к борту нашего корабля вокруг люка, не мешая ему открываться и создавая герметичный коридор до платформы.

— Что-то всё равно не хочется туда без скафандра лезть, — задумчиво озвучил Майкл.

— И не придётся, по крайней мере — с разгрузкой, — отметил я.

— Роботы?

— Они самые. Правда, станцию эту посетить хочется, а этот пластик…

— Квазиживой полимер, капитан Керг.

— Квазипластик, похоже — стандартное средство шлюзования для «гостевой палубы», где мы и находимся.

Тем временем наши роботы-шары складировали товар, тип в скафандре посветил сканером, явно изучая. Через полминуты Мозг принял коды соответствующей суммы драхм, а роботы бодро погрузили груз на платформу. Я было удивился тому, насколько бодро — «скелетики» эти были типовыми, недорогими, урезанными в функционале и не из элитных металлов и полимеров. Но вскоре сам понял — половина Же. К которым генератор Энериды внутри корабля добавляет ещё пол Же, до нормали, но вне её — тяжесть половинная.

— Кстати, может быть, пониженная тяжесть изначально введена из-за кораблей, — задумчиво произнёс Андрюха, которого вид погрузки натолкнул на схожие мысли.

— А зачем? — заинтересовался Клемент.

— Хоть опять устраивай экзамен, — проворчал я, вызвав несколько очень жалобных стонов. — Очень немногие из кораблей, только малые и специализированные, приспособлены для посадки на планеты. Теоретически — сесть-то смогут, но взлететь не смогут вообще.

— Мощности двигателей с учётом массы просто не хватит, а делать двигатели способными поднять корабль с планеты — очень дорого, совершенно невыгодно, — уточнила Мила.

— А Энерида?

— А Энерида — не торговый и даже не военный корабль. А исследователь, приспособленный для жёстких условий, в том числе и старта с планеты даже с большим тяготением, чем один Же. Но даже военные корабли во время Империй такими не делали — совершенно нерационально. Избыточные двигательные мощности не используешь толком, даже в гипере.

— Понятно, надо бы почитать, — кивнул Клемент.

В общем, разгрузились, деньги получили. И стали смотреть, а что интересного в сети Гефеста есть, для начала. И интересного — было много. Но, в основном, для шахтёрской работы и переработки. Вообще интересными были законы Гефеста, которые… не распространялись на систему его пребывания. Вроде и правильно, но обитатели станции подчёркнуто «отстранялись» от происходящего вне Гефеста, чем-то напоминая «серые регионы» Идигена, точнее, политику Департаментов по отношению к таким регионам. «Не вижу зла», а что там творится — проблемы живущих, пока не затрагивают окружение.