Эль Пунто
Шрифт:
Тёмная комната и полоска лунного света, пробивающаяся через неплотно задёрнутые шторы. Изредка она перечёркивалась стремительными тенями, а после вновь возвращалась к недвижимому состоянию. В спёртом воздухе пахло гнилью.
Альехо лежал рядом – недвижимый и спокойный. На секунду показалось, что страхам пришёл конец, но вот его грудь медленно поднялась и опустилась.
Кристина встала, пошатываясь. От каждого движения к горлу подступал тошнотворный ком. Она стояла и смотрела на Альехо, ожидая, что он вот-вот откроет глаза и спросит: «Жена, зачем ты встала ночью?» После Кристина что-то промямлит и покорно вернётся в кровать…
«Этого не будет!»
Медленно, почти беззвучно Кристина открыла створку шкафа и на ощупь выхватила необходимое. Но лишь стоило двинуться к двери, как Альехо зашевелился во сне и пошарил рукой рядом с собой. Кристина замерла, наблюдая за шевелящейся рукой, как испуганный зверёк за танцем кобры.
Вот ладонь прошла по тому месту, где она только что лежала. Скользнула по простыне, которая наверняка ещё хранила её тепло и запах. Наткнулась на подушку. Погладила её пару раз. А затем вдруг подхватила… и притянула в объятия.
Обычно таким образом он прижимал к себе Кристину. Иной раз настолько сильно, что не пошевелиться. Но сегодня сердце предупредило о приближении угрозы заранее, и Кристина вовремя сумела избежать ловушки.
На первом этаже она по-быстрому оделась – тёплые штаны, просторная рубаха из толстой ткани и вязаная кофта. Сняв с крючка у двери сумку, Кристина принялась набивать её тем, что могло пригодиться. Две эмпанады для Серхио и Лоренсо – в конце концов, дрова ей теперь не понадобятся. Остатки денег, рассованные по разным местам – некоторые из тайников оказались пусты, но другая часть принесла даже больше, чем Кристина ожидала. Тёплая накидка, документы и те несколько колец и серёжек, которые можно продать.
Собравшись, Кристина замерла. Осознание того, что она собирается покинуть не только дом, но и всю прошлую жизнь, накатило одним комом, заставив руки трястись.
Попрощаться с Альехо – это радость. Покинуть Эль Пунто – необходимость. Но почему она не вспомнила о дочках?! Как можно так просто расстаться с частью самой себя?
«Проще уйти, – сказал внутренний голос. – Отвернуться и забыть. Когда-нибудь, набравшись сил и решимости, ты вернёшься. А пока – пусть поживут с отцом. Ты достаточно потратила времени на их воспитание. Теперь его очередь. В конце концов, он их не обидит, а люди помогут».
Голос имел неприятные нотки Альехо. И оттого всё, что он говорил, оборачивалось обманом. Люди не помогут, как не помогли ей. Страшное не случится – оно происходит каждый день. А сама Кристина никогда не вернётся, даже если ей скажут, что Альехо мёртв.
И быстро, пока не передумала, она подошла к спальне дочерей и отворила дверь в комнату.
Девочки не спали. Сидели на кроватях одетые и с собранными сумками…
– Наконец-то, – сказала Мария. – Ты пылаешь решимостью. Ты уведёшь нас отсюда сегодня.
– Но… ваш отец… Наверняка он будет несчастлив, если вы уедете.
Столкнувшись с таким напором, Кристина на секунду пожалела, что не сбежала, однако тут же укорила себя за это.
– Нет! Он хочет этого. Мы делаем его слабым. Ты и мы. Он всё заставляет и заставляет нас уйти.
– Что?
Кристина пошатнулась и схватилась за дверной косяк. Что они говорят? Неужели подобное возможно? Зачем Альехо это делать?
– Зачем ему это? – голос задрожал и скатился до шёпота.
– Потому что мы застряли здесь и держим его.
– Но сегодня мы наконец-то решимся, – сказала Хуана. – Ты решишься.
Эти слова, сказанные с убеждённостью, которой Кристина не чувствовала, разрешили оставшиеся сомнения. Никакой логики, но её уже и не требовалось.
Кристина ещё раз посмотрела на дочерей, теперь уже внимательней. Длинные сарафаны, надетые поверх них куртки, башмаки с удобной подошвой. Что у них в сумках, проверять не стала. Не так важно, если задуматься. Они ведь не в поход отправляются, а просто уходят навсегда.
Возле входной двери она сделала ещё одну попытку, но уже скорее по инерции:
– Если уйдём сейчас, то уже никогда не вернёмся. Вы точно этого хотите?
– Мы хотим того же, что и ты, – ответила Мария.
На секунду рука Кристины дрогнула, но потом она всё же толкнула дверь наружу.
К свободе.
– Мы доедем до города, – рассказывала Кристина. – Или дойдём. Там сядем на поезд и уедем ещё дальше. Возможно, переберёмся через океан. В Аргентину или Уругвай. Заберёмся так далеко, насколько хватит сил. Найдём небольшой домик. Я буду работать, а вы пойдёте в школу. В какой-то момент вырастите и выйдете замуж. Мы переедем в дом побольше. Я буду сидеть с вашими детьми, готовить еду и ковыряться в саду. А вы будете жить полной жизнью.
То, что это звучало как сказка, Кристину не смущало. Ей казалось, что ещё совсем недавно в её реальности никогда не будет свободы, но это случилось. А за одним чудом могло последовать второе или третье.
Мизерность шансов их не отменяет.
– Всё будет так, как ты хочешь, – сказала Хуана.
И хотя голос её прозвучал холодно, похоже на предсказание и дыхание фатальности, но Кристина почувствовала воодушевление. Пронизывающий ночной воздух, долгая ночная дорога и отсутствие внятных перспектив… это всё ерунда.
Тем временем из темноты выплыл силуэт, заставивший Кристину вздрогнуть. Но уже через секунду страх отпустил – неизвестность обернулась старым пикапом, который стоял на обочине рядом с указателем на Эль Пунто. Подойдя ближе, Кристина увидела, что все четыре колеса машины спущены.
План родился из чувства свободы и ожидания чуда. Он основывался на множестве совпадений, но стоило начать действовать, как они тут же принялись случаться одно за другим. Будто давно желали проявить себя в этой реальности.