Чтение онлайн

Сегодняшний гость был особенным. Эти стены не раз видели угрозы со стороны слимов, войск неприятеля, диверсий Диких, но никогда речь не шла о «батарейках» из другого мира.

Иномирцы приходили всегда разные. Одни имели талант к магии. Другие не были им наделены и вообще не до конца понимали, как они здесь оказались. И все они как один всегда твердили одну и ту же песню: «Мы пришли с миром, мы не желаем зла, только троньте меня — и вам каюк, я такой-то такой-то, легендарный авантюрист…»

В центральном имперском архиве были собраны тысячи книг с допросами тех, кто вторгся в этот мир. По своей воле или нет — неважно. Все они обладали странной энергетической структурой, а из их крови ещё в древности мастера алхимики научились выделять жизненную эссенцию. Сколь много проблем иномирцы приносили в прошлом, прибывая из разных миров, с разным мировоззрением, разной верой, принципами, нормами морали, столько же пользы местные правители стали получать от них, когда научились отслеживать точки прорыва и ловить их.

Но сегодняшний гость выбивался из нормальной статистики. И обладал любопытными знаниями и поистине пугающей силой… Больше сотни человек, включая князя и особого уполномоченного по делам вторженцев, собрались на галерее вокруг центрального двора под надёжной защитой магических щитов, под прикрытием бойцов спецназа и сильнейших магов княжества.

В центр двора медленно вкатывали тяжёлую стальную клетку. Маги земли два дня отливали её, уплотняя структуру и усиливая перегородки, чтобы сдержать нечеловеческую силу мага, что сидел внутри неё, скованный цепями по рукам и ногам.

Сквозь маленькие щели была видна маска на лице иномирца. Бойцы достали оружие и нацелились на него, управляющие печатями маги влили в защитные контуры столько маны, сколько те могли выдержать. Поле антимагии тоже было включено.

Вздох облегчения раздался со стороны князя, а особый уполномоченный со скептицизмом осмотрел все эти приготовления…

«Уж не перестарался ли Радов? Как-то он слишком труслив для правителя приграничья, где битвы не на жизнь, а насмерть происходят практически ежедневно у его пограничных отрядов. Впрочем…»

— Ну что же, как ты и хотел, мы встретились с тобой лицом к лицу, грязный вторженец. Я успел прочитать доклады, и твои силы впечатляют. Полковник Крягин потерял практически половину своих бойцов, пока ловил тебя. Но истинная разница в самозванце, вторгающемся в чужой мир, и истинными сынами этой земли очевидна. Ты — в кандалах, а я смотрю на тебя, как на обезьяну в клетке. Хе-хе… Мусор, бросившей мне вызов… Да кем ты вообще себя возомнил? — с ходу начал браваду князь, перевирая историю пленения специально для проверяющего.

Не хватало ещё, чтобы в столице поползли слухи о том, что ему пришлось договариваться с вторженцем. От такого позора можно и не отмыться.

Полковник Крягин, что тоже был здесь, с возмущением посмотрел на своего князя и даже набрал было полную грудь воздуха, чтобы сказать, что всё было не так, но короткий удар в бок от Арсена вернул его в чувство.

— Не глупи… Ты сделал то, что должен был. Князь делает то, что должно ему. На нас смотрит сам император глазами своего представителя, — негромко произнёс он, и полковник с грустью опустил глаза.

Сухой Пётр Яковлевич нахмурился, пытаясь соотнести услышанное с увиденным и полученным из альтернативных источников информации. Картинка не сходилась, но это было вполне в духе аристократии — переврать, приукрасить, возвеличить степень своего героического участия.

Князь продолжал свою полную пафоса речь, как вдруг запнулся и начал кашлять. Он схватился за горло и упал.

На секунду, всего на секунду Петру показалось, что что-то мимолётно пролетело со стороны пленника к князю, миновав защитный барьер, поле антимагии, сдерживающий магию комплекс артефактов и цепи.

Наконец-то князь прокашлялся, и ему помогли подняться.

— Нездоровится? — абсолютно спокойный, полный уверенности голос раздался со стороны клетки.

Интуиция подсказала Петру, что что-то не так, и он даже принялся разгонять магию по своим каналам, но спустя секунду ощутил тяжёлый, давящий, подобно стальной плите, взгляд из-под маски.

— Пока князь приходит в себя… Поговорим? Это ведь ты здесь главный, верно? Старый маразматик почему-то решил, что я здесь в плену и не могу его прихлопнуть, как назойливую муху, так что на здравомыслие Радова не рассчитываем.

Сухой попытался ответить, попытался высвободить свою силу, отдать приказ уничтожить вторженца, но… Давящая аура спеленала его, как котёнка, и не давала даже открыть рта. Чем больше он сопротивлялся и потел, тем сильнее она давила. У него носом пошла кровь, он до боли сжал кулаки, пытаясь стоять ровно. Всё перед глазами у него закружилось, темнота начала наваливаться, словно он вот-вот потеряет сознание. И вдруг тьма отступила, исчезла, вместе с этим чудовищным давлением.

Тяжело дыша, маг смотрел на раздвоившуюся клетку и плывущий перед глазами тюремный двор.

— Уважаемый, в вас есть голос разума? Или же мне идти напрямую к твоему императору и, взяв его за шкирку, как котёнка, начать отчитывать за нарушенные законы гостеприимства? Готов ли ты к диалогу? Или мне нужно тебя…

Металлические цепи задрожали, и клетка начала странно двигаться, словно невидимые руки перекручивали её, давили, словно пластилин. Стальные прутья разошлись, наружу вылетели цепи, маг с лёгкостью снял с себя маску и обруч, смяв их, словно листы бумаги, и швырнул на землю. А следом и выбрался сам. Клетка за его спиной словно бы ожила, цепи превратились в конечности, и она стала за правым плечом мага.