Чтение онлайн

Никто не соизволил объяснить студентам, в чём причина шума. Объявили на завтраке, что это была учебная тревога и нам не о чем беспокоиться. Но слухи, расползавшиеся на утренней трапезе, твердили обратное.

Перегнувшись над столами, шептались ученики. Дворяне с дворянами, простолюдины с простолюдинами — как и положено устоями Российской империи.

Какой-то студент, увлекавшийся утренними пробежками, видел полностью снаряженных для боя охранников, которые спешили к административным зданиям.

Какой-то студент подслушал разговор двух безопасников: повреждена защита неких крайне важных объектов.

Какой-то студент видел, как в свои покои возвращался ректор, пламенея от ярости.

Этих кусочков пазла сплетникам хватило, чтобы сочинить правдоподобную байку: злоумышленник пытался ворваться в наиболее охраняемую часть академии. А что тут могли беречь сильнее, чем сокровищницу?

И когда один третьекурсник произнёс пугливо, что охотились не меньше чем за куском набедренной повязки Иешуа, обагрённой кровью Его во время распятия, над столом, где сидел я, повисла тишина.

А я задумался.

Неужели Дженни обнаружила вход и полезла туда, не доложив мне? Судя по недовольству Аркариса, взломщика не поймали. Значит, либо её стёрло в порошок, либо она ускользнула. Рано или поздно правда всплывёт.

Первым уроком сегодня было чернокнижие. Пришлось поблуждать в поисках кабинета.

Славной науке общения с дьяволами отвели запылённую коморку, которую как раз пыталась привести в надлежащий вид Кристина. Я встал в дверях, наблюдая за тем, как она оттирает пятно копоти с пола; конкретнее — меня заинтересовала её поза.

Аппетитно выпяченный зад — это всегда хорошо, пусть его появление вызвано такой приземлённой причиной, как уборка.

Но всё же тратить время на разглядывание женских прелестей в учебное время было ошибкой. Плоды познания достаются усердным!

С хозяйским видом я направился к столу, на котором кучей были свалены принадлежности для ритуалов. Зоркий глаз отметил, что качество компонентов было куда хуже, чем в лаборатории Нани. Всё-таки он посвятил себя делу целиком, без остатка.

Глупо требовать такой же отдачи от завхозов академии, ведь чернокнижие в империи было не в почёте.

Услышав, что она не одна, наставница разогнулась, вытерла набежавший на лицо пот.

— Кошмарное состояние у этого местечка, — отметил я.

— Кабинетом не пользовались уже очень давно, да и я, признаю, сюда не заглядывала. Чем тут занимались раньше, понятия не имею. Мне его списали, когда узнали, что у меня наконец появился личный ученик.

Личный ученик звучало как-то не так. С намёком звучало. А я не любил, когда ко мне относились по-собственнически.

— Ну, продолжайте убираться, а я тут пока кого-нибудь призову.

— Никаких призывов! Перед этим нужно изучить теорию. Разновидностей дьяволов тысячи, и всех их объединяет одно: неизбывное желание обмануть человека и овладеть им. Это тебе надо запомнить первее всего: никогда не доверяй дьяволу. Никогда не соглашайся на сделки с ними. Веди с ними беседу с позиции силы и не выказывай слабости.

Кристина попыталась принять учительскую позу, но замызганная одежда уборщицы портила всё впечатление. Похоже, она и сама сообразила, что так дело не пойдёт. Оглядев себя, наставница тяжко вздохнула и сказала:

— Мне надо переодеться. Пока почитай эту книжку, — вытащив из кучи хлама потрёпанный томик, она сунула его мне, — здесь рассказывается о классификации среди дьяволов. И не пробуй ничего сам! Это крайне опасно. Ты даже не представляешь, что может сделать с неподготовленным разумом выходец из Запределья.

Действительно, я не представлял. Однако едва ли дьяволы могли обскакать по выдумке высшего демона Эфирия.

Я прошёлся взглядом по случайному развороту. Да уж, предполагаемые сородичи и близко не напоминали благородных демонов Эфирия.

Прежде всего, у них были материальные тела. И какие! Сплошь шипастые, рогатые, покрытые пошло блестящей чешуёй. А уж эти пасти, забитые до отказа острейшими клыками!

Таким на Мундосе любили промышлять импы. Лепили из захваченной ими плоти причудливых монстриков. Никто из демонов и тем более высших не признался бы в том, что увлекался подобными занятиями. Полнейшая безвкусица.

Я перелистнул страницу и воззрился на изображение краснокожей девушки, призывно ухмылявшейся мне. Длинный узкий язык облизывал пухлые губы, стройную ногу обвивал тонкий хвост. Острые рожки и кожистые крылья довершали эффектный образ.

«Суккуб обыкновенный», — сообщала подпись под иллюстрацией, — «Любимое времяпрепровождение — соблазнение наивных смертных».

А каковы же тогда суккубы необыкновенные?

Изучив оглавление, я открыл нужную страницу. Выдохнул и закрыл книжку.

Необыкновенные (языком трактата: иррегулярные) суккубы были ужасно уродливы.

— И вот ещё что, — продолжила Кристина. Оказывается, она не ушла, — Вчера я видела, как на вас налетел огонь, но в последний момент обогнул место, где вы стояли. И при этом ни ты, ни Пётр не применяли магии. Что ты…

— Родовая магия Белавиных. Наверняка она, — со значением покивал я, — Пётр — не только силач, но и способный маг.

— Его род едва получил потомственное дворянство, где там зародиться технике! — отмахнулась наставница, — А вот насчёт тебя документы темнят. Написано, что ты инкогнито с подозрением на простолюдина. Но ни один простолюдин не показал бы ничего подобного на вступительных экзаменах… и после них. И даже внутренней службе академии не удалось выяснить ничего конкретного. Первое появление тебя и сестры заметили в окрестностях Петергофа. Там, к слову, кто-то вырезал половину местной банды…