Чтение онлайн

— Заметил, - буркнул я.

— Причина, по которой люди не понимают природу денег, проста, - продолжал Энлиль Маратович.
– О них разрешается говорить только в рамках карго-дискурса. Речь идет не о том, что жизнь человека перерабатывается в непонятную субстанцию, а о том, какая валюта перспективней - евро или юань.

И можно ли в этой связи верить йене. Серьезные люди о другом не говорят и не думают.

— Естественно, - сказал я.
– Человек стремиться к деньгам, потому что иначе он умрет с голоду. Так уж жизнь устроена.

— Слова правильные, - согласился Энлиль Маратович.
– Но я бы чуть поменял их порядок. Тогда изменится акцент.

— А как надо?

— Жизнь устроена таким образом, что человек умрет с голоду, если станет стремиться к чему-то кроме денег. Я как раз и объясняю, кем она так устроена и почему.

— Допустим, - сказала Гера.
– Но как именно человек вырабатывает деньги? У коровы есть вымя. А у человека ничего подобного нет.

Энлиль Маратович улыбнулся.

— Кто тебе сказал?

Гера, как мне показалось, смутилась.

— Вы хотите сказать, что у человека есть вымя, как у коровы?
– спросила она.

— Именно так.

— Где же оно?
– спросила Гера совсем тихо.

Я не удержался и посмотрел на ее грудь. Это не укрылось от Энлиля Маратовича.

— В голове, - сказал он, и, глядя на меня, выразительно постучал пальцами по черепу.

— Где именно в голове?
– спросил я.

— Я только что объяснял, - ответил Энлиль Маратович.
– Ум "Б" и есть тот орган, который производит деньги. Это денежная железа, которая из всех животных есть только у человека…

— Подождите, - перебил я.
– Мы говорили про то, что ум "Б" производит различие между двумя "мерседесами". Это ясно. А причем тут деньги?

— Различие между двумя "мерседесами", выделенное в чистом виде, и есть деньги. А культурная среда, которая состоит из таких различий - это карьер, в котором деньги добывают. Этот карьер, как вы понимаете, не где-то снаружи, а в голове. Поэтому я и говорю, что люди добывают деньги из себя.

— А как человек может работать в карьере, если этот карьер у него в голове?
– спросил я.

— Очень просто. В уме "Б" идет непрерывное абстрактное мышление, которое створаживается в денежный концентрат. Это похоже на брожение в виноградном чане.

— А что такое денежный концентрат?

— Различие между двумя "мерседесами" - это и есть денежный концентрат.

Он соотносится с деньгами примерно как листья коки с кокаином. Можно сказать, что деньги - это очищенный и рафинированный продукт ума "Б".

— Скажите, а этот денежный концентрат случайно не то же самое, что гламур?
– спросила Гера.

— Верно мыслишь, - ответил Энлиль Маратович.
– Но денежный концентрат - это не только гламур. В деньги перерабатывается практически любое восприятие, которое существует в современном городе. Просто некоторые виды восприятия приводят к выработке большего объема денежной массы на единицу информации. Гламур здесь вне конкуренции. Именно поэтому вокруг человека всегда столько глянца и рекламы. Это как клевер для коровы.

— А разве гламур есть всюду?
– спросил я.

— Конечно. Только он всюду разный. В Нью-Йорке это автомобиль "Феррари" и туалет от какой-нибудь Донны Каран. А в азиатской деревне это мобильный с большим экраном и майка с надписью "Mickey Mouse USA Famous Brand". Но субстанция одна.

Гера посмотрела на мои ноги. Я заметил, что мои штанины сбились вниз, и обнажились носки, резинки которых были украшены лэйблами в виде британского флага.

— А в чем состоит роль дискурса?
– спросил я озабоченным тоном.

— У пастбища должна быть ограда, - ответил Энлиль Маратович.
– Чтобы стадо не разбрелось.

— А кто за этой оградой?

— Как кто. Мы.

Я вспомнил, что то же самое, почти слово в слово, говорил мне в свое время Иегова. Гера вздохнула. Энлиль Маратович засмеялся.

— Ждала от жизни большего?
– сказал он.
– Не жди.

— А что бывает с людьми, которые отказываются поедать концентрат и вырабатывать деньги?
– спросила Гера.

— Я пастырь добрый, - ответил Энлиль Маратович.
– Ругать не буду. Но ты сама подумай, как корова может отказаться вырабатывать молоко? Ей придется перестать кушать.

— Но ведь люди, наверно, могут вырабатывать вместо денег что-то другое?

Например, как в Советском Союзе?

Энлиль Маратович поднял брови.

— Хороший вопрос… Если коротко, можно сказать так: животноводство бывает мясное и молочное. Когда оно перестает быть молочным, оно сразу же становится мясным. А когда оно перестает быть мясным, оно становится молочным. В переходные эпохи оно бывает комбинированным. Ничего другого пока не придумали.

— А что это значит - мясное животноводство?
– спросил я.

— То и значит, - сказал Энлиль Маратович.
– Можно пить молоко, а можно есть мясо. Есть ресурс, который люди производят при жизни, и есть ресурс, который они производят во время смерти… К счастью, эти ужасные технологии давно осуждены и остались в прошлом, так что не будем на них останавливаться.

— Войны?
– спросила Гера.

— Не только, - ответил Энлиль Маратович.
– Впрочем, войны тоже сюда относятся. Они бывают разной природы. Иногда вампиры разных стран просто играют друг с другом, как дети. Только вместо солдатиков у них люди. Бывает даже, что вампиры одного клана играют в солдатики друг с другом на собственной территории. Правда, обычно мы стараемся делить ресурсы мирно. Но это не всегда получается.

— Может быть, людям нужно добраться до этих мясных и молочных животноводов?
– спросила Гера.