Чтение онлайн

Сол все еще размышлял о Тета-ритмах и стадии быстрого сна, когда вдруг понял, что уже расплатился за покупки и ему вручили два доверху наполненных мешка. По какому-то наитию он попросил, чтобы ему разменяли двадцатипятицентовиками четыре доллара, и, еще таща мешки к фургону, Сол размышлял, звонить Джеку Коуэну или нет.

Логика протестовала против этого. Сол по-прежнему не желал впутывать представителя израильского посольства более, чем было нужно, а потому он совершенно не должен был делиться с ним подробностями прошедших дней. Не собирался он и обращаться с просьбами. По крайней мере пока. Звонок Коуэну казался Солу чистым потаканием собственным желаниям. И все-таки, вопреки логике, Сол, закинув покупки в фургон, подошел к длинному ряду таксофонов, стоявших у входа в супермаркет. А может, пора уже было дать себе небольшую поблажку? Сол ощущал себя победителем и хотел поделиться с кем-нибудь своим состоянием. Он будет действовать осмотрительно, но зато Джек поймет, что не зря потратил на них свое время и силы.

Набрав домашний номер Джека, который помнил наизусть, Сол слушал длинные гудки. Дома у Коуэна никого не было. Он вынул мелочь и набрал телефон израильского посольства, попросив секретаршу связать его с Джеком. Когда другая секретарша осведомилась, кто звонит, Сол назвался Сэмом Тэрнером, как ему советовал Коуэн. Джек должен был поставить своих людей в известность, чтобы его без всяких промедлений связывали с Сэмом Тэрнером.

Сол ожидал более минуты, борясь с болезненным ощущением тошноты, нараставшим внутри. Затем в трубке послышался мужской голос:

– Алло, простите, кто это говорит?

– Сэм Тэрнер, – повторил Сол, чувствуя, как тошнота поднимается все выше. Он осознавал, что надо повесить трубку.

– Ас кем вы хотите говорить?

– С Джеком Коуэном.

– Не скажете ли вы, по какому делу вы звоните мистеру Коуэну?

– По личному.

– Вы родственник или друг мистера Коуэна? Сол повесил трубку. Он знал, что проследить, откуда был сделан телефонный звонок, гораздо труднее, чем это делается в фильмах и телепрограммах, но он был на связи достаточно долго. Набрав номер справочного бюро, получил телефон “Лос-Анджелес Таимо и использовал остатки своей мелочи, позвонив в редакцию.

– “Лос-Анджелес Тайме” слушает.

– Да, – откликнулся Сол, – меня зовут Хаим Херцог, я занимаю должность помощника начальника отдела информации израильского консульства в вашем городе и хочу исправить опечатку, допущенную в статье, опубликованной вами на этой неделе.

– Да, мистер Херцог. Вам нужно обратиться в архивный отдел. Секундочку, я соединю вас.

Сол уставился на длинные тени, ползшие по склону холма через шоссе напротив, и так глубоко задумался, что даже подпрыгнул, когда женский голос ответил ему:

– Некрологи, архив.

Сол повторил ей свою вымышленную историю.

– За какое число вышла эта статья, сэр?

– Простите, – извинился Сол, – у меня под рукой нет вырезки, я запамятовал.

– А как звали джентльмена, о котором вы говорите?

– Коуэн, – ответил Сол. – Джек Коуэн. – Он прислонился к стенке таксофона и принялся смотреть, как большие черные дрозды клюют что-то на кустах. В это время над головой, на высоте футов пятисот к западу, проревел вертолет. Сол представил себе, как женщина в отделе некрологов и архива нажимает клавиши компьютера.

– Есть, – откликнулась она. – Это было в среду. Газета за 22 апреля, на четвертой странице. “Чиновник израильского посольства убит и ограблен в аэропорту”. Вы эту статью имели в виду, сэр?

– Да.

– Мы получили ее по каналам Ассошиэйтед пресс, мистер Херцог. Если там и были допущены какие-либо ошибки, в них повинен телеграф в Вашингтоне.

– Не могли бы вы прочитать мне эту статью? – попросил Сол. – Просто чтобы я убедился, действительно ли там присутствовала ошибка...

– Конечно. – И женщина зачитала ему четыре параграфа, которые начинались: “Сегодня днем на стоянке международного аэропорта Даллес был обнаружен труп пятидесятивосьмилетнего Джека Коуэна, старшего советника по сельскому хозяйству израильского посольства, ставшего жертвой ограбления” и заканчивались: “Несмотря на отсутствие свидетелей, полиция продолжает вести расследование”.

– Благодарю вас, – ватной рукой Сол повесил трубку. Черные дрозды на ветках кустарника покончили со своей невидимой трапезой и расширяющейся спиралью взлетели в небо. Сол помчался вверх по каньону со скоростью семьдесят миль в час, выжимая из фургона всю возможную мощность и маневренность. Он почти минуту простоял у таксофона, пытаясь выстроить логическую и обнадеживающую версию, что Джек Коуэн действительно погиб вследствие случайного ограбления. В реальной жизни такие совпадения происходили регулярно, но даже если это было не так, со дня его смерти прошло уже четверо суток, и если бы убийцы Коуэна связали бы его с убежищем Сола и Натали, они бы уже были здесь.

Но Сола это не успокаивало. В клубах пыли он свернул на дорожку, ведущую к ферме, и, не сбавляя скорости, понесся мимо деревьев и изгородей. “Кольт” он с собой не взял. Револьвер остался в его спальне наверху, рядом с комнатой Натали.

Машин перед домом видно не было. Передняя дверь была заперта. Сол открыл ее и вошел в дом.

– Натали!

Сверху ему никто не ответил.

Сол быстро огляделся, не заметил ничего подозрительного, прошел сквозь столовую и кухню в комнату наблюдений и обнаружил винтовку с капсулами на том самом месте, где он ее оставил. Он убедился, что в дуло вставлена красная капсула, прихватил коробку с остальными капсулами и бегом вернулся в гостиную.

– Натали!

Он уже поднялся на три ступени, держа перед собой винтовку наготове, когда на верхней площадке появилась Натали.

– Что случилось? – с сонным видом, протирая глаза, спросила она.

– Собирайся. Просто хватай все и забрасывай в машину. Мы должны немедленно уезжать.

Не задавая никаких вопросов, она повернулась и бросилась в свою комнату. Сол поднялся к себе, взял револьвер, лежавший на чемодане, проверил предохранитель и вставил новую обойму. Убедившись, что предохранитель в нужном положении, он запихал револьвер в карман спортивной куртки.

Когда Сол спустился со своим рюкзаком и сумкой, Натали уже бросила чемодан в заднюю часть фургона.

– Что мне делать? – спросила она. Ее “кольт” выпирал большим бугром из кармана крестьянской юбки.

– Помнишь две канистры бензина, которые мы с Джеком нашли в сарае? Принеси их к крыльцу, а потом стой здесь и смотри, не свернет ли по дороге машина, не появится ли вертолет. Постой, вот ключ – включишь зажигание, хорошо?

– Хорошо.

Сол вошел в дом и начал рассоединять провода на электронном оборудовании, вытаскивать адаптеры и заталкивать аппаратуру в ящики, не разбираясь, что к чему. Видеомагнитофон и камеру он мог оставить, но он не мог обойтись без энцефалографа, многоканального осциллографа, лент компьютера, принтера, бумаги и радиопередатчика. Сол начал перетаскивать ящики в фургон. Два дня потребовалось Солу и Натали, чтобы установить и отрегулировать оборудование и подготовить комнату для допросов. На то, чтобы все разъединить и перенести обратно в фургон, ушло всего десять минут.