Чтение онлайн

Кевин! Он хотел кричать, но не было ни сил ни дыхания. Успел ли мальчик отбежать от машины? Или же взрыв так же поймал его? Корсал попробовал двинуться, но не смог. Он пробовал кричать, но издал только тихий булькающий звук. Потом темнота и холод поглотили все его мысли.

Когда Спок сообщил новые результаты по чуме на Найсусе капитану Кирку, он увидел как побледнело лицо его друга. Но естественный оптимизм человека не заставил себя долго ждать.

– Это ключ, Спок. Медицина не моя область, она для Маккоя и других экспертов. Они воспользуются этой информацией, чтобы найти вакцину или лекарство.

– Какой класс безопасности вы хотите ввести для этой информации? – спросил Спок.

– Знание необходимо, – ответил Кирк, – но все же продолжайте кодировать все сообщения для Звездного Флота. Боунз кратко введет в курс дела каждого из медицинской миссии, но нет смысла давать эту информацию остальной части команды… или кому-либо из пассажиров.

– Но мои родители, – начал Спок, но Кирк оборвал его.

– Нет смысла волновать их, Спок. Ноги вашей не будет на этой планете.

Спок устало кивнул. Вулканцы были реалистами, основывая свою жизнь на фактах и логике. Однако, он нашел неприятным, что его смешанная кровь стала теперь физической обузой. Много раз в своей жизни он возлагал ответственность за нелогичность или эмоциональность на частицу человеческой крови, но тогда это было его личным выбором и под его контролем. А эта мутирующая чума контролю не поддавалась.

Загадка этой чумы казалась неразрешимой. Пока вчера вечером не пришла новая информация, он был настроен найти логическую причину, чтобы спуститься вниз на Найсус вместе с Маккоем. Как случалось смущающее слишком часто, Кирк уловил его мысли.

– Спок, я тоже расстроен, – сказал капитан. – Но по серьезной причине я не могу спуститься на Найсус, а это означает, что мне придется передать по системам связи сообщение, которое я предпочел бы доставить человеку лично.

– И что это? – спросил Спок.

– Кажется на Найсусе появился молодой человек, который только что опередил меня в книге рекордов по возрасту зачисления в Звездную Академию.

Кирк не казался особенно несчастным, из-за того, что кто-то побил его рекорд.

– Вулканец? – предположил Спок.

Кирк усмехнулся.

– Нет, если только вулканцы не изменили своим обычаям давать имена. Имя этого молодого человека Кевин Катасаи.

Катасаи! Спок почувствовал как его брови невольно взмыли вверх. Кирк увидел это и нахмурился.

– Вы что его знаете, Спок?

– Нет. Однако… Инженер, который раскрыл способ распространения чумы Корсал Катасаи, возможно родственник этого успешного кандидата.

Хмурый взгляд Кирка стал еще более сердитым.

– Корсал? Это звучит словно… – он рассмеялся. – Проехали, Спок; это только совпадение! Звездный Флот никогда не согласится принять клингона в Академию!

– Вы вероятно правы, капитан, – ответил Спок.

Это было бы самой маловероятной вещью, которую мог сделать Звездный Флот. Они оставили зал брифинга, но Кирк не спешил возвращаться на мостик. Он проводил Спока к главной столовой, где завтракали большинство их пассажиров. Там они присоединились к Сареку и Аманде, которые завтракали с Дэниелом Корриганом и его женой, Т'Мир.

Спок подошел со своим подносом как раз вовремя, чтобы услышать, как его мать говорила T'Мир:

– Я всегда считала, что различие в мышлениях между мужчиной и женщиной намного больше чем между вулканцем и человеком.

Дэниел подарил жене усмешку, которая подтверждала это, но T'Мир в этот момент смотрела скромно вниз на поднос, а затем поддержала мать Спока.

– Я начинаю понимать это, – мягко сказала она.

Сарек выгнул бровь и сказал Дэниелу:

– Mulier est hominis confusio.

Усмешка доктора землянина переросла в беспомощный смех. T'Мир перевела взгляд со своего мужа на Сарека, а потом обратно.

– Что он сказал? – потребовала она.

– Женщина –радость мужчины и все его блаженство, – выдавил из себя Дэниел.

Аманда посмотрела на Сарека взглядом раздраженным и довольным одновременно. T'Мир заметила, что ее собственный муж прячет глаза и сказала:

– Дэниел, это означает что-то совсем другое!

– Это, – ответил он, – соответствует древнему правителю Земли, Шантеклеру.

После этих слов Спок, чей латинский был достаточно хорош, понял истинное значение высказывания, и вспомнил, откуда оно было. Доверить Сареку сеять свои шутки в литературном мраке! Глядя на Кирка, он увидел, как его капитан душит усмешку, и вспомнил страсть Кирка к древним книгам. T'Мир изогнула бровь и сказала Сареку:

– Я должна просмотреть эти ссылки.

– Да, вы должны это сделать, – ответил отец Спока, так будто он говорил с одним из своих студентов.

Это иногда происходило и со Споком, пока он не достиг зрелости, что возможно и подтолкнуло его к решению пойти в Звездную Академию, а не в вулканскую Академию Наук. Все произошло потому, что он не хотел получить кого-либо из родителей в преподаватели, особенно отца. Сарек утверждал, что не понимает концепцию юмора, но часто вызывал такую же реакцию у своих не вулканских студентов, какую спровоцировал сейчас у доктора Корригана.

Эта мысль промелькнула, но Спок быстро подавил ее, как он делал всегда. Когда маленькое волнение за их столом улеглось, Спок обратил внимание на продовольственную консоль. Молодая вулканка ожидала свой заказ, который появился в кабинке, когда к ней подошел Сендет. Спок не мог слышать их слова, но он видел, что женщина сделала отрицательное движение головой.

Дверца кабины открылась, и женщина взяла свой поднос и пошла прочь. Сендет направился следом. Когда они приблизились к столу, за которым сидел Спок, он услышал слова Сендета: