Чтение онлайн

Одновременно она пробовала свои силы и в области художественной словесности — уже к 1980 году в периодике появились некоторые опыты Трускиновской в поэзии и литературном переводе. Прозаический же дебют состоялся в 1981 году, когда на страницах литературного журнала «Даугава» была опубликована историко-приключенческая повесть «Запах янтаря», определившая дальнейшие творческие пристрастия писательницы: интерес к историческому материалу, любовь к детективным сюжетам и литературной стилизации.

В 1984 году появилась и первая книга повестей — «Запах янтаря». Трускиновская 80-х — это, в первую очередь, автор сочных иронических детективов. В этом жанре рижская писательница добилась немалых успехов, хотя бы уже потому, что он был абсолютно не развит в российской словесности. По большому счету, Трускиновская была и остается в нашей литературе единственным достойным внимания представителем иронического детектива — жанра очень непростого. Ее повести не имеют ничего общего с распространенным сегодня криминальным боевиком, который непонятно почему называют детективом. Проза Далии — это детективы в своем истинном, благородном значении, их отличают стильность, остроумие, интеллигентность, помноженные на виртуозный сюжет. А в 1990 году зритель познакомился с экранизацией ее повести «Обнаженная в шляпе». Фильм регулярно показывают по ТВ, хотя, объективно говоря, вышел он не слишком удачным, растеряв весь неповторимый юмор и шарм, присущий оригиналу.

Детективы Далии Трускиновской объединены в нескольких авторских сборниках — «Запах янтаря» (1984), «Обнаженная в шляпе» (1990), «Умри в полночь» (1995), «Демон справедливости» (1995) и «Охота на обезьяну» (1996). А совсем недавно в издательстве «Амфора» вышли первые книги нового сериала «Клоун» — из жизни циркачей.

Фантастический элемент в изобилии присутствует уже в детективных повестях Трускиновской. Правда, это чаще всего оказывалась фантастика мистическая, как повесть «Демон справедливости», героиня которой ради поимки преступника и установления справедливости заключает сделку с демоном. Но проскальзывают мотивы и других направлений фантастики. Одна из лучших повестей писательницы — философско-детективно-фантастическая повесть с элементами альтернативной истории «Секунданты», герои которой, представители богемы, расследуют историю загадочного самоубийства молодого талантливого поэта.

Собственно в фантастике Далия, выпускница семинара в Дубултах и ВТО МПФ, дебютировала еще в 1985 году рассказом «Бессмертный Дим», за которым последовали повести «Вечность для Джульетты» (1988) и «Сентиментальная планета» (1988). Но лишь с появлением блестящей новеллы в жанре городской фэнтези «Дверинда» (1990) о Трускиновской заговорили как о самобытном фантасте, ее заметили и приняли читатели. Очень грустная, очень смешная и умная история о предательстве, любви и благородстве.

Кстати, «Дверинду» многие восприняли плевком в стан феминисток. Это уж вряд ли, хотя развеселый роман «Люс-А-Гард» (1995) — едва ли не единственный пример твердой НФ в творчестве Трускиновской — с известной долей условности действительно можно назвать антифеминистским памфлетом. Писательница нарисовала комедийную антиутопию, в которой восторжествовал «тотальный феминизм».

В мире будущего реализовался лозунг эпохи Возрождения «Гате п’а pas de sexe» («Душа не имеет пола» — франц.). Стремление женщин ни в чем не уступать мужчинам привело к тому, что представители сильного и слабого пола поменялись местами. Мужское население деградирует, слабеет, оказываясь не способным выполнять даже прямые свои мужские обязанности, а женщины штурмуют Эверест и космос, завоевывают титулы «A-Гард» в соревнованиях по контактным видам спорта.

Эрих Фромм однажды заметил: «Цена равенства такова: женщины равноправны, потому что больше не отличаются от мужчин». Что мы и имеем в романе. И во имя спасения генофонда эмансипированным женщинам приходится засылать своих десантниц в прошлое. Велика плата за стремление побороться с законами Природы.

И все-таки «Люс-А-Гард», как и многие другие произведения Трускиновской, обращает на себя внимание прежде всего тем, с какой легкостью рижская писательница ориентируется в культурном пространстве, обращаясь к традициям, например, карнавальной, маскарадной литературы XVIII века, к фольклору.

Стилизаторский талант Трускиновской наиболее отчетливо раскрылся в ее лучшем, на мой субъективный взгляд, романе «Монах и кошка» (1995), где столь изящно сочетается стилизация восточной ориенталистики с использованием фольклорных и исторических аллюзий хэйнанского периода.

«Монах и кошка», кажется, единственное произведение Трускиновской, лишенное юмористической подкладки. Это трагическая история поэтессы Оно-но Комати (вполне реальный исторический персонаж), владеющей талантом создавать и понимать значение слов, способной повелевать ими. Но гениальная поэтесса оказалась бессильной постичь загадку простой человеческой любви, о которой всю жизнь слагала стихи. И тогда она попыталась подчинить себе то, чего не смогла понять. Далия Трускиновская очень тонко показывает мотив человеческой трусости и слабости, подводя к главному выводу: талант, не питаемый любовью, меркнет, превращаясь в ничто. Без любви может прожить красавица Оно-но, но без любви нет поэтессы Оно-но Комати.

Литературное осмысление культурных запасников Востока не ограничилось одним романом — следом появились блестяще исполненные повесть «Сказка о каменном талисмане» (1996) и роман «Шайтан-звезда» (1998), в которых реконструируется мир «Тысячи и одной ночи».

Уделила писательница внимание и более «традиционной» фэнтези, выстроенной на материале европейского средневековья — в романе «Королевская кровь» (1996).

Эти произведения заставили говорить о Далии Трускиновской, в основном, как об авторе жанра фэнтези. Да не тут-то было! После четырехлетнего молчания писательница вернулась с романом «Аметистовый блин» (2000), действие которого происходит в нашем времени. А вот как определить жанр романа? Наверное, только громоздким термином: юмористический фантастико-философский детектив. Да разве дело в определениях? Это просто хорошая, очень добротная литература, где все подчинено единой художественной задаче и ни один элемент не вступает в противоречие с другим. Кажется, Далия Трускиновская решила связать воедино два любимых жанра — иронический детектив и фантастику.

Вышедшие годом позже романы «Жалобный маг» (2001) и «Нереал» (2001) подтвердили, что на сегодняшний день рижская писательница едва ли не единственная в нашей словесности успешно развивает жанр юмористического (или иронического) НФ-детектива. Ведь это не так просто — повеселить читателя, увлечь его зигзагами сюжета, усладить изяществом слога, да еще суметь поговорить с ним, с читателем, о серьезных вещах.

Далии Трускиновской это удается, может быть, потому, что ей не интересно подолгу находиться в упряжке какого-нибудь одного жанра и скучно мусолить, подобно многим коллегам по цеху, единожды выбранные сюжет и тему.

В последние годы она отдает все больше времени исследованию русской истории. Она влюблена в нее беззаветно, готова тоннами поглощать летописи и научную литературу, проводить целые дни в краеведческих и исторических музеях. С исторической прозы Далия начала свой путь в литературу, к ней она возвращается сегодня. Иной раз кажется, что фантастика для нее — захватывающее развлечение, а писать она хотела совсем другую прозу. И писала, но исторические романы ложились в стол, оказываясь невостребованными. Так получилось с историко-фантастическими романами «Несусветный эскадрон» и «Окаянная сила», не первый год путешествующими по издательствам. Оба произведения густо замешаны на русской истории, но, разумеется, не лишены фирменных блюд писательницы — иронии, динамизма, стиля.