Чтение онлайн

— Может быть, они чересчур сложны для человеческого мозга, даже модифицированного? Паразитам ведь нужен не просто носитель — им необходим подходящий носитель. Не могло ли это существо принимать лекарственные препараты, пытаясь до конца впихнуть себя в слишком простую для него нейронную сеть?

По уставился на меня; его глаза поблескивали.

— Это интересная идея…

Большую часть оставшейся ночи я провел на передвижном командном пункте. Я отчаянно искал хоть какие-то следы женщины-«спящей», надеясь, что отыщу ее до того, как будет слишком поздно. Мои глаза слезились от изображений, уши болели от подслушанных разговоров, тысячи лиц и голосов накатывались и бились в меня, как волны о берег. Я сосредоточил свое внимание на таких местах, где у нее была возможность достать наркотики: аптеки, клиники, производители, нелегальные лаборатории, исследовательские центры, подпольные дилеры.

Время от времени я давал отдых глазам и ушам и размышлял. Какова природа этих существ? Как они размножаются, едят, испражняются? Или они настолько отличны от нас, что к ним неприменимы подобные понятия?

Я думал о том, как они могли эволюционировать. Что заставило их покинуть свои первоначальные тела — если предположить, что те когда-то были?

Прежде чем пожелать По спокойной ночи, я предложил ему вопросы. И хотя он по-прежнему отказывался углубляться в эту тему, кое-что мне все же удалось выпытать при помощи подталкиваний со стороны его жены. По сказал, что, по его предположению, наши «гипотетические» излучаемые существа путешествуют со скоростью света.

Я спросил По, на что это может быть похоже.

— Это далеко за пределами нашего воображения, — ответил он.

— Они, наверное, как ангелы, — сказала его жена. — Нисходят с небес за одно мгновение.

Они весело переглянулись.

— Если перемещаешься со скоростью света, время не должно иметь значения, — сказал По.

— Вечные, как Бог, — сказала Кристал.

— Вторжение из космоса, — предположил я, добавляя собственную невротическую интерпретацию. — Хотя, возможно, дружелюбное. Или, может быть, мне следовало бы сказать «нейтральное» — ни пользы, ни вреда.

Это побудило По начать разговор о когерентности и рассеивании излучения. Когерентный свет, например лазерные лучи, не очень сильно рассеивается, но некоторая дисперсия все же существует. Возможно, и для этих существ имеются ограничения, за пределами которых они не могут путешествовать, не рискуя «разрушиться».

Я продолжал думать о том, что рассказали мне По и его жена, когда сидел в душном, лишенном окон командном пункте, просматривая данные в поисках женщины. Я искал ее неустанно, хотя босс больше не стоял с палкой у меня над душой.

К этому моменту у правительста было уже достаточно времени, чтобы собрать одно из своих больших пау-вау. (А вы не хотели бы подключиться к этому телефонному совещанию?) Однако результаты, очевидно, несколько охладили их интерес к «спящим». Босс больше не звонил мне каждые несколько часов. Почти сразу же после того, как мужчина-«спящий» был найден мертвым, ревность правительства пошла на убыль, и уровень угрозы понизился. Возможно, скоро меня даже отзовут с этого задания.

В семь пятнадцать утра я наконец нашел ее — она лежала на мостовой в каком-то переулке. Я тотчас же известил бригаду спасателей Сент-Луиса, надеясь, что еще не слишком поздно.

Спустя тридцать минут сверхзвуковой самолет оторвался от земли. «Спящую» положили в одну из больниц в Сент-Луисе; она еще цеплялась за жизнь, хотя диагноз не сулил надежд. Доктора отказались перевозить ее в Южную Дакоту. Я мог бы вынудить их изменить решение, но не отважился. Вместо этого я взял с собой По и его жену.

По дороге По говорил о данных, которые надеялся получить.

— Я думал о том, что вы сказали вчера вечером, — сказал он мне. — Предположим, что наша теория верна. Вы упомянули возможность того, что наркотики были нужны «спящим», чтобы адаптировать себя к земным телам. Хотя это хорошее предположение, у меня есть пара возражений. Во-первых, «спящие» были здоровы, когда проснулись, — во всяком случае, охранник и санитар считали именно так. И во-вторых, спрятанные в пещере тела уже были модифицированы, и если мы предполагаем, что тот, кто это сделал, справился с работой, то дальше никаких проблем уже не должно возникнуть. Какая бы наладка им ни требовалась, она могла и должна была быть совершена задолго до прибытия временного резидента.

— Может быть, им было трудно оставаться в своих телах.

— Возможно. Но у меня есть другая идея. Вы, должно быть, помните, что я нашел чрезвычайно сложные вложенные ритмы на диаграммах, зарегистрированных датчиком напряжения на коконах. Так вот, я очень хочу посмотреть на рисунок энцефалограммы «спящей».

— Но если она без сознания, — возразила Кристал, — разве это не должно быть чем-то вроде медленной волны?

— Допустим. Но что я больше всего хотел бы увидеть, так это перенос, если он будет иметь место.

— Такую запись, как на графике напряжений?

— Та запись была чрезвычайно примитивной. На этот раз у нас будут более чувствительные инструменты. Я бы очень хотел посмотреть, на что это похоже. — По взглянул на меня и блеснул улыбкой. — «У блох больших зудит спина от блох других, поменьше; а тех кусает мелюзга — и дальше в бесконечность» [23] . Это написал Огастес де Морган, которого, насколько я понимаю, вдохновил Джонатан Свифт.

По не сказал ничего больше, но я уловил общий смысл.

Когда мы прибыли в больницу, я не был удивлен, обнаружив, что Кларисса уже там. Она стояла возле двери в комнату, которую больничный персонал превратил в изолятор для «спящей». Состояние пациентки не изменилось. По обеим сторонам двери выстроились несколько охранников в форме. Они даже не шелохнулись, когда я вошел; вместо этого их взгляды переместились на Клариссу.

Итак, теперь я знал, кто здесь командует. Не я, но Кларисса. По ерзал позади меня — ему не терпелось войти внутрь и поговорить с лечащими врачами.

— Мы можем войти? — спросил я у Клариссы.

Она какое-то время подумала над ответом. Затем кивнула охранникам, и те отступили от двери.

— Но я хотела бы поговорить с вами, — добавила она, отзывая меня в глубину коридора.

Поскольку терпение явно не относилось к числу ее достоинств, я сказал По, чтобы он шел в комнату без меня, и последовал за Клариссой в личный кабинет, принадлежавший, по всей видимости, одному из распорядителей больницы. Гигантский стол красного дерева украшала фотография счастливого семейства; настенные полки были заставлены старинными медицинскими приборами. Кларисса опустилась в стоящее за столом плюшевое кресло и жестом предложила мне выбирать из оставшихся стульев.