Чтение онлайн

— Я не слишком понимаю, что такое верхнее звено этой цепи, — прервал Борис. — Люди едят кур. Куры едят червей. Черви едят людей. Какое звено верхнее? — Он помолчал. — Но ладно, я в деле.

— Хорошо, — согласился Эллиот, понимая, что ничего лучшего он от них не добьется. — Высылаю роботов.

— Превосходно, — сказал Марк. — Борис, а я пока покажу вам, как сделать лук и стрелы.

Земная неделя прошла. Робокарам удалось выследить массу местных животных — норных, древолазающих, похожих на белок; все они были о шести ногах, как и зайцеухие. Однако, подобно зайцеухим, все оказались травоядными. Эллиот был уверен, что хищники здесь тоже есть, но, очевидно, они были слишком шустрыми даже для роботов.

— Ну хорошо, — сказал Марк. — Похоже на то, что вершина пищевой цепочки — это мы.

— Значит, охотимся на зайцеухих, — обрадовался Борис.

— Подождите! — Эллиот склонился к микрофону. — Это невозможно! Я хочу сказать, сперва мы должны выяснить, не наделены ли они зачатками разума.

Он услышал вздох.

— Вы, конечно же, шутите, — донесся до него голос Марка, который явно терял терпение.

— Это не Эйнштейны, — сказал Борис. — Значит, едим.

— Да послушайте же! — умолял Эллиот. — Существуют разные степени разумности, как и, по-видимому, способности ощущать. Нам следует…

— Мы вели себя очень благоразумно, — сказал Марк. — Однако Борис прав: настало время добавить к нашей диете хоть какой-то источник протеина.

— Вы действительно вели себя достойно, — согласился Эллиот, стараясь излучать ауру благоразумия. — И скорее всего, вы правы, говоря, что зайцеухие не обладают сознанием. В таком случае да, это действительно просто охота. Однако если вдруг все-таки окажется, что обладают? Ведь это будет убийство!

Помолчав секунд десять, Марк спросил:

— И что вы предлагаете?

— Позвольте мне проверить одного из зайцеухих УМОм.

— Это коровы! — сказал Борис. — Тупые коровы.

— Может быть, — отозвался Эллиот. — Но я в этом не уверен… И не забывайте, рано или поздно Земля станет свидетелем всего, что мы здесь делаем.

Марк снова вздохнул.

— Ну хорошо, — отрывисто сказал он. — У вас три дня.

— А потом мы поедим, — добавил Борис.

Прошло несколько дней. Эллиот сидел перед монитором, грызя дужку очков, и ждал, пока зайцеухий отреагирует на УМО. Ученые-неврологи снабдили робокар множеством модулей, основанных на различных моделях и определениях интеллекта. Отданный на волю собственной аппаратуры, УМО должен был перебирать их все по очереди. Эллиот возлагал большие надежды на то, что среди модулей, ввиду четко определенной предметной области этой игры, имелся и такой, который обучал игре в шахматы.

Однако любой из модулей предполагал некоторую степень заинтересованности со стороны объекта, а зайцеухий не выказывал абсолютно никакого намека на интерес. «Вот уж действительно, любопытства не больше, чем у коровы», — сердито думал Эллиот.

Уже несколько часов оснащенный УМО робокар торчал перед зайцеухим, подсовывая ему свой дисплей и кнопки отклика. Непосредственно под экраном размещались две большие кнопки: одна была квадратная и красного цвета, другая — голубая и круглая. Мультфильмы всех видов и проигрываемые на разных скоростях побуждали зайцеухого нажать одну из кнопок, однако упрямое создание как раз это и отказывалось делать, даже когда Эллиот подвел робокар непосредственно ему под нос — если это был действительно нос. Помимо прочего, Эллиот начинал сомневаться, были ли глаза животного на самом деле глазами.

Эллиот шумно выдохнул. Он сделал все, что только мог придумать, чтобы предотвратить съедение зайцеухого, но все без толку. С глубокой грустью он включил коммуникатор и посредством робокара доложил Марку о результатах своих усилий.

— Мне нужно больше времени, — сказал он в заключение. — Возможно, у него такой тип интеллекта, который сложно оценить…

Из-за низкого расположения камеры Эллиот глядел на Марка снизу вверх, чувствуя свое подчиненное положение и жалея, что робокары не делают более высокими.

— Я что хочу сказать: мы ведь даже про кошек и собак не знаем, у кого интеллект выше, — лепетал он, как будто поток слов мог задержать смертоубийство. — Или, если уж на то пошло, мы ведь даже не можем сказать, что вообще такое интеллект. А следовательно, УМО этого тоже не знает. Поэтому я считаю, что мы должны…

— Нет. — Марк посмотрел на свои руки. — У меня уже ногти потрескались.

— И что? — рявкнул Эллиот. — Вы готовы начать убивать только из-за того, что у вас трескаются ногти?

— …А также вялость, и сухая кожа, и проблемы со сном, и…

— Какое это имеет отношение к…

— Недостаток протеинов, — сказал Марк.

— Может быть, это что-то другое, — неуверенно предположил Эллиот, остро осознавая, что врачом на корабле был Марк.

— Растительной жизни на этой планете просто недостаточно, чтобы поддерживать человека долгое время. — Марк коротко, безрадостно улыбнулся. — Боюсь, вопрос стоит так: либо зайцеухий, либо мы.

— И это будем не мы! — добавил Борис.

Эллиот снова заглянул в лагерь Марка и Бориса. Поодаль лежали три туши зайцеухих, и он, почувствовав отвращение, поспешно перевел камеру на пылающий костер. В данную минуту там не жарилось мясо, так что огонь выглядел весьма привлекательно. Эллиоту страшно захотелось ощутить на своей коже его проникающее тепло и услышать запах горящего дерева: Марк недавно отметил, что его дым пахнет очень приятно и успокаивающе.

Даже не глядя на туши, Эллиот не мог отделаться от мыслей о них. Местный климат был теплым, и поскольку заморозить добычу невозможно, Марку с Борисом приходилось часто охотиться. «Какое расточительство!» — думал Эллиот, вспоминая о собственных запасах провизии, которые понемногу начинали истощаться. Скоро ему придется либо урезать свое довольствие, либо отправляться домой. Эллиот поморщился: он по-прежнему не чувствовал в себе готовности пускаться в путь и к тому же был вынужден признать, что боится путешествия в объятиях сна, подобного смерти.

— Жалеете, что не спустились, а? — донесся до него голос Бориса.

— Вы попусту расходуете древесину, — заметил Эллиот.

— Что вы вегетарианец, я знал, — захохотал Борис. — Но не думал, что вы обнимаетесь с деревьями.

— А если и так, что с того? — Эллиот сердито прервал связь и ринулся прочь из кабины, чтобы сыграть с компьютером еще. одну партию в шахматы.

Утром, по-видимому, даже Марк почувствовал, что они напрасно расходуют жизни животных.