Чтение онлайн

Во многих странах новшество встретили в штыки: не обошлось и без жестокой критики в печати. А французская авиакомпания "Эр Франс" даже запретила пассажиркам в мини-юбках летать её самолётами на Мадагаскар, поскольку там они могут быть подвергнуты за это десяти­дневному тюремному заключению.

И всё же мини-мода неудержимо завоёвывала симпатии. В жаркие августовские дни 1967 года на Международном фестивале мод около тысячи фирм двадцати четырёх стран мира демонстрировали на изящ­ных манекенщицах мини-юбки и мини-платья. Среди них показывались и модели Франции, где мини буквально третировалась. Только известная парижская фирма "Шанель" предпочла представить женские платья умеренной длины.

В 1970 году с лёгкой руки Лоры Эшли вошла в моду миди-юбка до середины икр. Хотя это новшество и не прославилось так, как мини, но всё же на некоторое время потеснило её из моды. Вскоре появились и макси-юбки, но стойкого успеха они не имели, поскольку в новую эпоху оказались просто неудобными: мешали при поездках на город­ском транспорте, при ходьбе, особенно на многолюдных улицах.

От них вскоре отказались и, казалось, мини-юбки канули в Лету, и тогда же французский модельер Андрэ Курреж сказал пророческие сло­ва: "Я не верю, что длинное продержится долго. История моды развивается не по прямой, а по синусоиде. Сейчас мы внизу кривой, но скоро, безусловно, поднимемся. И юбки поднимутся тоже".

И он оказался прав. Ведь мода капризна и заставляет нас почти ежегодно обновлять свой гардероб. В 1988 году женщины, особенно мо­лодые, вновь вернулись к мини. И обтягивающим, и пышным, и супермини. При этом, к сожалению, часто забывая аксиому модельеров: чем короче юбки, тем выше каблуки. Модельеры, однако, указывают и на то, что мини подходят только молодым и стройным, а остальные женщины в такой юбке могут лишиться изрядной доли своей привлекательности и дать повод для иронических замечаний.

Мини-юбку может надеть молодая, стройная, обязательно высокая девушка, чьи ноги к тому же имеют хорошую форму. Если же нарушается хоть одно из этих требований, женщины выглядят смешными. Опомнясь, они начинают сетовать на прихоти моды. А ведь виновата не мода, а они сами.

Какой длины в недалёком будущем будет женская юбка, сейчас ска­зать довольно трудно. Но длительная многолетняя борьба за то, какой длины должна быть юбка, увенчалась победой женщин; каждая может вы­брать то, что захочет...

Носят юбки и мужчины. На протяжении многих столетий традиционной мужской юбкой, обычно клетчатой расцветки - цвет и рисунок определя­ли клановую принадлежность - у кельтских народов Великобритании и Ирландии была дана "зелёная улица".

Всё началось с обычного пледа, прикрывающего плечи горцев-шот­ландцев. На плед надевали пояс, украшенный кистями. Позднее появилась шотландская юбка - "кильт", своего рода спецодежда. Директор одной из плавильных мастерских предложил своим рабочим отрезать часть традиционного длинного пледа - так было легче работать. Плед повя­зали на талии и застегнули сбоку брошью-булавкой. После поражения восстания 1745 года и разгрома сторонников независимости Шотлан­дии английское правительство запретило носить национальный шотлан­дский костюм. В результате были забыты и древние методы крашения шерсти.

Лишь десятилетия спустя горцы вновь смогли надеть свою одежду. Каждый из шотландских родов имел свой строго определённый рисунок и сочетание цветов. До нас дошёл сто один узор!

И в Бирме /ныне Мьянма/ юбка "лоунджи" в течение многих веков считается любимой национальной одеждой и для мужчин, и для женщин. Она представляет кусок ткани до полутора метров длиной, которая обёртывается вокруг пояса, а спереди завязывается узлом.

Как ни странно покажется на первый взгляд, слово "юбка" имеет одного прародителя со словом "шуба": и то и другое происходит от арабского "джубба", как называли суконную тунику без рукавов. В русский язык слово "юбка" попало из польского, а в польский, в свою очередь, из немецкого.

В русской деревне юбки стали носить не раньше середины XIX века. Девушки на выданье надевали в праздники по нескольку юбок, "чтобы толще казаться". По числу юбок мерился достаток, у донских казачек их бывало по пятнадцать-двадцать. Коротких юбок крестьянские нравы не допускали: девичья юбка открывала только ступни, бабья обязательно до пят.

Что же носили на Руси до юбок? Понёвы. В общем-то, понёва - то же самое, что и юбка, только полы, как правило, были первоначально не сшиты. С ХVIII века появились глухие понёвы, в которые были вшиты однотонные полотнище - прошва. Прошву делали из холста или из бумаж­ной ткани.

"СЛЕЗА ПО ПОГИБШИМ ГЕРОЯМ"

И сколько надо было морю биться,

Вздыматься всемогущим бунтарем,

Чтобы смолы спрессованной частицы

Смогли бы называться янтарем!

Трудно найти другой камень, который носил бы столько различных на­именований как янтарь. Среди многих греческих названий, которые при­сваивались ему, самым употребительным был "электрон". Магнитные свой­ства янтаря и были тем таинственным свойством, на которые обратили внимание ещё древние египтяне. И у древних греков янтарь вызывал особый интерес своей способностью электризации.

История открытия и использования янтаря берёт своё начало в глубо­кой древности. Ещё в ХVI веке до новой эры янтарь был завезён торгов­цами из прибалтийских районов в Вавилонию, а также в области микенской и италийской культуры. Центром торговли янтарём являлась Аквилея, латинская колония Рима.

В VI веке до новой эры янтарем с берегов С еверного моря торговали в испанской области Тартесс, куда он, скорее всего, попадал не морским, а сухопутным путём. Янтарь использовался прежде всего для изготовле­ния украшений, особенно ожерелья, а также мелких и бытовых изделий.

Римляне называли этот камень "сукциниум" /отсюда и пошло минерало­гическое его название "сукцинит"/. В Польше и на Украине он известен как "бруштин". Трудно сказать, откуда возник русский термин "янтарь", который, между прочим, близок к венгерскому "иянта" и литовскому "дзинтарас". А вот в Древней Руси его величали "морским ладаном", или "алатырем" /"латырём"/, "всем камням отцом" и считали его пупом земли, наделяя его сакральными и целебными свойствами. В стихе о Голубиной книге и в русских заговорах алатырь ассоциируется с алта­рём, расположенном в центре мира; на нём стоит мировое дерево, или трон, святители, сидит девица, исцеляющая раны; из - под него растекают­ся по всему миру целебные реки и тому подобное.