Ева
Шрифт:
мозга и явными следами побоев…
– Откуда у неё сотрясение? – спросила Аня глядя на ребят.
– Ну, я нашел её в ванной, без сознания… - задумчиво высказался Вова. – Она лежала в просто ледяной воде и
уже без сознания…
– Может она упала в ванной, ударилась и потеряла сознание? – неуверенно предположил Антон.
– Молодой человек, - вздохнул врач.
– Ваша знакомая упала на чей-то кулак. Причем хорошо так упала… При
её комплекции – легкое сотрясение вполне закономерно. Если несколько дней полежит дома – все пройдет.
– Кто мог её избить? – снова обратилась к своим спутникам Аня.
– Может родители? – сказал первое пришедшее в голову Вова.
– Нет, - уверенно сказал доктор. – Если, конечно, её отец не практиковал инцест в семье…
– Что вы такое говорите?! – возмущенно вскочила Аня, парни последовали за ней, угрожающе нависнув над
доктором.
– Я говорю, что у вашей подруги довольно… специфические повреждения… - замялся врач.
– О чём вы, черт подери! – вскипела не хуже чайника девушка.
Глеб Валентинович тяжело вздохнул:
– Послушайте, помимо синяков по всему телу, характерных при избиении, у неё ещё есть синяки на
внутренней части бедер… - он замялся и бросив короткий взгляд на стоящую над ним девушку сухо закончил: -
Характерных при изнасиловании.
Ребята так и остались стоять, не веря собственным ушам.
– Но… может быть куча других объяснений… - попытался мыслить рационально Вова, когда первый шок
прошел.
– Может, - кивнул врач. – Но поведение вашей подруги типично для жертвы изнасилования: избавилась от
старой одежды, полезла принимать душ … нам даже пришлось ей руки перебинтовать, она их до крови стерла
мочалкой! Опять же ни с кем не говорит, ни дает к себе прикасаться…
Он ещё какое-то время обосновывал свою точку зрения, но Аня его не слушала, его размеренный голос
воспринимался больше как фоновый шум. Она вспомнила лицо подруги в палате, её потухшие глаза и
безжизненный голос… Это правда… это действительно правда…
Кто мог такое сотворить? С этим наивным и милым ребенком?
Аня и не обратила внимания, что ответ произнесла в голос:
– Сергей!
Вова и Антон посмотрели на девушку. Они ничего не спросили . Оба все поняли что к чему. Антон сжал
кулаки и посмотрел в сторону: стоило набить ему морду ещё тогда в торговом центре, когда этот мудак первый
раз полез распускать руки! Тогда бы до такого не дошло… Вова думал почти так же. Вот только его мысли по
большей части были обращены не в прошлое и терзания по поводу того, что могло бы быть… Молодой человек
смотрел в будущее – полными ярости глазами. И в этом ближайшем будущем Сергей доживает последние часы!
– Что? – переспросил доктор пребывающий в неведенье относительно предистории и личности упомянутого
Аней человека.
Девушка посмотрела на него холодным и спокойным взглядом. Можно было бы сейчас рассказать правду,
привлечь его к уголовной ответственности… Но Аня не верила в систему. Эта сволочь найдет способ откупиться
или уйти от ответственности по-другому. В детдоме, где выросла Аня было куда больше порядка. Потому, дети
привыкли разбираться сами между собой. И один раз попавшись, второй раз думали дважды.
Они сами накажут этого поддонка равноценно тому, что он сделал.
– Ничего, - Аня спокойно села на свое место и деловито поинтересовалась: - Как быстро мы сможем забрать
Еву отсюда?
Доктор пожал плечами:
– Ну, как только приедет следователь…
– Следователь? – нестройным хором переспросили ребята.
– Мы обязаны проинформировать власти о факте избиения и изнасилования, - извиняющимся тоном пояснил
Глеб Валентинович.
– Это обязательно? – напряженно спросил Вова.
– Сожалею, но да, - кивнул головой врач.
– Но вы же понимаете, что это ничего не даст! – вспылила Аня. – Зачем лишний раз подвергать её унижению,
заставляя рассказывать обо всем?!
– Сожалею, но такова процедура. Если к нам поступает больной с признаками насилия…
Аня попыталась вскочить, но Антон, который как-то незаметно оказался у неё за спиной удержал её за плечи,
и вкрадчиво спросил:
– Глеб Валентинович, что нужно для того, что бы Еву привезли к вам с пищевым отравлением?
Доктор понятливо усмехнулся:
– О пищевых отравлениях мы тоже сообщаем куда нужно. А вот если у кого будет приступ аппендикса,
например…
Глеб Валентинович попросил не так и много. У Вовы как раз была при себе нужная сумма. Пока парни
решали административные вопросы, Аня потратила час на то, что бы съездить к Еве домой и привести чистую
одежду. Врач сказал – ничего серьезного, а значит, Ева не останется здесь ни минуты больше необходимого.
Мальчики спустились вниз, что бы найти такси, а Аня поднялась к Еве и вошла в палату без стука.
– Ева, - спокойным голосом сказала она. – Одевайся, мы забираем тебя домой…
– Мне ничего не нужно, - тихо отозвалась лежащая на кровати девушка даже не повернув голову к гостье, и
продолжая смотреть в окно. – Уходите.
У Ани сердце разрывалось, так больно было на неё смотреть. Она присела на краешек кровати, и взяла
подругу за руку:
– Я все знаю…
Девушка дернулась, как от удара и впервые посмотрела на неё. От этого взгляда у Ани холодный липкий