Евроняня
Шрифт:
– Деточка, – встревожилась родственница, – у тебя от перенапряжения нервный тик? А колени давно дергаются?
– Будет тут тик! – громко сказала Ника, подмигнув тетке еще раз. – Когда на твоих глазах самый родной человек демонстрирует амнезию!
– У вас амнезия? – потрясенно повернулась тетя Валя к ЕВРу. – Ай-яй-яй! Никогда бы не подумала! Вы мне казались вполне адекватным финансистом!
Ника обомлела.
– Тетя Валя, я, между прочим, про тебя говорю! – Она снова пихнула тетку ногой. – Кто родного племянника позабыл?
– Какого племянника? – с любопытством спросила тетя Валя.
– Какого-какого, Вовчика. Он тебе кто?
– Кто? – искренне заинтересовалась тетка.
– Представляете, – огорченно обратилась Ника к ЕВРу, – хоть к врачу веди! Прямо беда! Так она ведь скоро и меня забудет. Забудешь ведь, теть Валь, как Вовчика, да? – И Ника пристально и угрожающе уставилась на тетку.
– Ах, Вовчик! – наконец-то сообразила та. – Так бы сразу и сказала! Конечно, – кивнула она ЕВРу, – помню. Племяш мой, из Урюпинска.
– Из Урюпинска? – удивился ЕВР. – Он же орский!
– Не думаю, что стоит путать фамилию и происхождение! – изысканно произнесла тетя Валя.
ЕВР, мало что поняв из этого поистине аристократического заявления, вопросительно поглядел на Нику.
– Слава богу, что вообще вспомнила! – махнула рукой девушка. – Это у нас семейное, как в Санта-Барбаре у Иден, помните?
– Да-да! – горячо поддержала тетя Валя. – А еще Марианна, которая потеряла ребенка, ну, вы знаете этот гениальный фильм «Богатые тоже плачут».
ЕВР затравленно огляделся:
– А где дети? Нам надо обсудить планы летнего отдыха.
– Конечно-конечно, – отпустила его тетя Валя. – Каждый должен заниматься своим делом!
Разбирать пакет с теткиными тканями в романтическом полумраке свечей оказалось крайне непродуктивным. Цвета ускользали, бликовали, и определить их соответствие тети-Валиному лицу не представлялось возможным! Приятные хлопоты решили отложить на утро, а пока, чтобы не терять впустую такой волшебный вечер, расположились в удобных шезлонгах белой беседки.
– Какие чудные звезды! – расслабленно взирала в темное небо тетя Валя. – Почти как в Кувандыке! А воздух – все равно не тот!
Ника принюхалась и согласилась: да, пожалуй, хоть и цветами пахнет, и травянистый дух в теплом безветрии стелется, а все одно – не то! Запахи здесь, в Песчанке, какие-то… дезодорированные! Будто туалетной водой побрызгали. Вот в Кувандыке ночами все такое объемное, плотное, кажется, любой запах можно взять в ладони и подержать, как французские духи, ощупывая, перекатывая, наслаждаясь и вкусом, и ароматом, и насыщенностью…
– Скучаешь по дому-то? – участливо спросила тетка.
– Некогда. Я же все время о будущем думаю!
– Правильно, – одобрила родственница. – Ты у меня девушка серьезная, образованная, талантливая и красавица! Такая жена любому подарком станет!
– Мне не надо любого, – загрустила Ника. – Мне бы ЕВРа… Кручусь как белка в колесе! Другой бы из благодарности давно женился!
– Ты что? – зашипела тетя Валя. – Из головы выкинь! Запомни, брак из благодарности нам не нужен! Это же унижение твоего человеческого достоинства! Нет! – Она гордо выпрямилась во весь рост. – Мы пойдем другим путем! Не таким путем надо идти!
– Где-то я уже это слышала, – задумалась девушка. – А, вспомнила! Это же молодой Ленин в фильме говорил!
– Ну! – победно возвысила голос тетушка.
– Что «ну»? – Ника расстроилась. – Чем все это кончилось, помнишь?
– Мировой революцией! – торжественно провозгласила тетка. – Кардинальной сменой общественного сознания. – И уже спокойнее добавила: – А нам с тобой всего-то и надо – одному несчастному банкиру мозги вправить…
– Ника! – выскочила на крыльцо Марфа. – Ты где? Пойдемте чай пить!
Позднее чаепитие при догорающих романтических свечах прошло мило и весело. Казалось за вечером наступит такое же радостное, уютное утро, и снова будет и веселый гомон детей, и легкое позвякивание чашек на чистой веранде. И в милых глазах ЕВРа, искрящихся на ясном утреннем солнце, она прочтет то самое главное, долгожданное, выстраданное…
Утро же оказалось совершенно иным. Знать бы – так лучше вообще не просыпаться…
Жан накрывал стол к завтраку, когда позевывающий ЕВР отправился на традиционную пробежку.
Вернулся же он, не пробегав и пяти минут. Со странно бледным лицом, горящими глазами.
– Вероника Владиславовна, можно вас? – сграбастал Нику за локоть и поволок за собой.
Домочадцы мгновенно притихли: подобное поведение было совершенно нехарактерно для респектабельно сдержанного хозяина дома.
«Неужели догадался про Дарика и Жмуркино?» – гадала Ника, семеня за банкиром.
Опомнившиеся любопытные домочадцы топали следом. Первыми – собаки, за ними – любознательные двойняшки, замыкала шествие важно переваливающаяся с ноги на ногу тетя Валя. Осторожный Жан на всякий случай к нестройной колонне не присоединился.
– Что это? – ЕВР негодующе указал на красивые аккуратные грядки.
– Это? – У Ники даже от сердца отлегло. Она-то уж думала… – Укроп, петрушка, а вот тут немножечко кинзы будет!
Банкир схватился за голову, присел на корточки. Поднял несчастные жалобные глаза на няню, произнеся одно лишь слово: «Зачем?»
– Детям же… Витамины… С грядки… Они любят…
– Вероника Владиславовна, – ЕВР раскачивался на корточках, как китайский болванчик, – это же поле для гольфа! Я в прошлом году отдал за его строительство целое состояние! Специальный дерн привезли из Англии, оттуда же выписывал архитектора, чтобы все по правилам…