Чтение онлайн

— Наверное… — я совсем не был уверен, но Ярек говорил так серьёзно и так смотрел на меня, что посмеяться над его убеждённостью я не смог. В конце концов, брелок симпатичный, почему бы и не сделать его своим талисманом?

— И хорошо. Выпей ещё чашечку, мы уже скоро прибываем, — Ярек встал из-за стола. — Мне пора в рубку.

Действительно, я только допил чашку — четвёртую — как тон двигателей сменился, ховер чуть осел и сбавил ход. Я торопливо поднялся в салон и увидел пристань, косо освещённую красноватыми лучами уже клонившегося к горизонту светила. Местный морской вокзал выглядел ещё более запущенным, чем тот, с которого я отправился, зато в паре километров за ним я разглядел несколько орбитальных челноков, разлёгшихся возле огромных штабелей брёвен с лесных разработок.

Дождавшись, пока ховер ткнётся в причальную стенку, я торопливо подхватил свои вещи и почти побежал к сходням. На палубе меня перехватил Ярек, ухмыльнулся моей торопливости, пожал руку и похлопал по плечу.

— Всё будет нормально, Клим.

Я благодарно махнул ему рукой и сбежал на причал. К посадочной площадке людей отвозил бас, но я решил пройти пешком, чтобы немного успокоиться и размять ноги. Когда ещё я вот так смогу прогуляться по безопасной планете и подышать ароматным воздухом? Вот именно.

Прогулка подошла к концу гораздо быстрее, чем мне хотелось бы. Остановившись на краю бетонированной площадки, я рассматривал челноки, пытаясь определить, какой из них мой. Выбор оказался несложным — самый маленький и менее всего похожий на грузопассажирский челнок и оказался нужным, что подтвердила эмблема академии на топорщившихся острыми углами бортах — силуэт лайки.

Постаравшись умерить дыхание и согнать жар со щёк, я подошёл к опущенному трапу, у которого переминался мужчина в синей униформе.

— Простите, к кому мне можно обратиться? Я… я претендент.

— Не извиняйся, ты ещё ни в чём не провинился. Фамилия?

— Стоянов. Клим Стоянов.

— Хорошо. Проходи внутрь, в салоне тебя ждут.

Я поднялся по пологому трапу, оказавшись в переходном отсеке, затем, перешагнув через высокий комингс, оказался в коротком коридоре, практически сразу приведшем меня в ярко освещённую комнату с овальным столом и несколькими креслами вокруг него. В одном из кресел расположился мужчина в возрасте, в гражданском костюме, совсем седой, с узким и выразительным лицом.

На пороге я замер, не зная, что делать дальше.

— Вы, должно быть, Стоянов? — голос у сидевшего за столом оказался глубокий, почти музыкальный. — Претендент?

— Так точно, — я постарался ответить чётко.

— Не трудитесь, мы не в армии, — улыбнулся мужчина и встал из кресла. — Как официальный представитель Следственной Академии и руководитель рекрутинговой группы я обязан предоставить вам последний шанс.

— Последний шанс? — тупо переспросил я.

— Вы можете сейчас отдать мне письмо-предписание, развернуться и покинуть борт челнока, тем самым аннулировав ваш контракт.

— Это невозможно, пан… — я замялся.

— Вы отказываетесь покинуть челнок? Это ваше окончательное и официальное решение? — человек проигнорировал мою заминку.

— Да.

— Повторите всю фразу вслух, пожалуйста.

— Я отказываюсь покинуть челнок, я окончательно и официально принял решение стать курсантом Следственной Академии.

— Зафиксировано! Примите мои поздравления. С этого момента вы — курсант Следственной Академии и федеральный служащий. Со всеми вытекающими правами и обязанностями. Располагайтесь там, где вам будет удобно, — с этими словами мужчина сел обратно в кресло и погрузился в раздумья.

Тихо, стараясь не шуметь, я занял ближайшее кресло. Не успел я сесть, как вдруг мой желудок скакнул вверх-вниз, потом успокоился. Мы взлетели. Сам полёт не ощущался абсолютно. Прикинув, что выход на орбиту и сближение с базой займёт довольно много времени, я достал планшет и углубился в чтение.

Мужчина с интересом посматривал на меня весь полёт, потом улыбнулся и сказал:

— Мы прибыли, курсант Стоянов. Прошу вас проследовать через тамбур, и далее по синим указателям. Они приведут к комнате, где вы будете жить. Оставьте там свои вещи и сразу в душевую. Всё ясно?

— Да, пан.

— Сэр, курсант, сэр.

— Да, сэр!

— Так-то лучше. После душа общее построение новобранцев. Там и познакомимся. Свободны!

Я повернулся, прошёл уже знакомым коридором и шагнул в тамбур базы. Если перефразировать древнее изречение, маленький шаг с точки зрения человечества, но огромный с точки зрения человека. Вот я его и сделал!

Отведенное мне — нам — помещение оказалось большой казармой с нарезанными четырёхместными клетушками. В каждой клетушке помещались четыре отдельных кровати, два больших письменных стола, оборудованных терминалами, четыре стула и четыре шкафа для личных вещей. Указатели привели меня к каморке, где на одной из коек сидел белобрысый раскосый парень, на вид чуть старше меня. Завидев меня в дверном проёме, он поднял голову, и широко улыбнулся и произнёс певучую фразу, из которой я ничего не понял. Мне осталось только развести руками.

— А на интеркасте говоришь? — спросил он.

— Говорю.

— Меня зовут Масаока Акико, я с Дано.

— Японец? — подстёгиваемый его напором я стал говорить односложными фразами.

— Почти. Бабушка скандинавского происхождения, от неё и волосы. Немного шокирует, правда?

— Да ну, ничего, даже экзотично, — промямлил я.

— Даже? Именно, что экзотично, девушкам должно понравиться…

— Девушкам? Каким девушкам? — я безнадёжно не успевал за мыслями шустрого японца.

— Что значит, каким? На курсе почти половина новобранцев — девушки. А ты думал, Федерации нужны только мужики с квадратными челюстями?

— И что, они будут жить здесь же?

— Ну да, — Масаока явно забавлялся, наблюдая, как я торможу. Возможно, прямо на соседней койке. Ты так и не сказал, как тебя зовут.

— Клим Стоянов. А мы так и будем жить здесь, на корабле?

— Очень приятно. Это я о знакомстве. А на твой вопрос — да, жить первый год мы будем на базе, исключая время занятий, связанных с высадкой на планеты. Это я уже успел узнать. Вообще-то, мне известно не намного больше, чем тебе. Я всего полчаса, как на борту.