Чтение онлайн

Салар вытащил меч и что-то забормотал вполголоса. Выбранный архонтом клинок Кишу не нравился. По его мнению, оружие, которое разговаривает, было не тем оружием, которому стоит доверять. И вдруг Салар умолк. Киш замер, и остальные, повинуясь знаку Салара, сделали то же самое.

Дорогу к добыче преградила массивная фигура, крупнее остальных, а таких ярких доспехов они еще не видели. Броня вся была усеяна странными выступами и вставками — штуками вроде динамиков или усилителей. Воздух вокруг фигуры пульсировал тяжелой мощью.

— Дальше хода нет, — произнес великан. От раскатов его голоса Киша пробрало до мозга костей.

Салар расхохотался:

— Я все ждал, когда удастся убить еще одного из вас. Правда, я надеялся встретить другого, но и ты подойдешь.

Он стрелой рванулся вперед, клинок взвыл.

Великан поднял руки. Воздух содрогнулся.

Мгновение спустя клинок-джинн с воплем разлетелся вдребезги. Потрясенное проклятие Салара оборвала волна плотного звука, которая размазала архонта по воздуху алым пятном. Все кончилось в один миг. Короткая и пронзительная песнь смерти.

— Я Рамос, — пророкотал великан. — Бык из Восьмого. Я расколол своей песней Лугганат, ничтожные альдари. Что, по-вашему, я сделаю с вами?

Киш вытер с лица то, что осталось от Салара, и глянул на друкари. Те выжидающе смотрели на него. Похоже, теперь он стал главным. Секунду подумав, Киш снова повернулся к великану.

— Понятно, — произнес он на низком готике с сильным акцентом. Затем развернулся и махнул рукой: — Все обратно к рейдерам. Пора уходить.

— Что? Но… — начал какой-то воин.

Киш застрелил его.

— Я сказал, обратно к рейдерам. Кто не хочет уходить, может оставаться. — Он помолчал. — Нам будет вас не хватать, а долю добычи мы разделим на всех. — И двинулся восвояси.

Медленно, один за другим, остальные последовали за ним.

Когда в дверь ударил первый взрыв, Фабий едва не велел горстке оставшихся мутантов взяться за оружие. Но вместо этого указал на вторую дверь в противоположном конце комнаты:

— Идите. Ваша служба подошла к концу.

Мутанты заколебались в нерешительности. Он вскинул Пытку и врезал скипетром по когитатору, расплющив аппарат.

— Я сказал, идите!

Те торопливо вышли. Фабий запер дверь и разбил панель управления. Вряд ли им удастся выбраться из города. Но так у них хотя бы будет шанс. От второго взрыва дверь заходила ходуном. Щелкнул воке:

— Лейтенант-командующий!

— Рамос, — отозвался Фабий. — Докладывай.

— Эвакуация завершена. Ушли последние.

— А Игори? Майшана?

Молчание.

— Их мы не видели.

Фабий закрыл глаза.

— Вы сможете удержать ворота?

— Думаю, это в наших силах. — Голос Рамоса звучал почти весело.

— Тогда держитесь. Еще час. Если не сможете удержать — запечатывайте.

Он отключил вокс, и тут третий и последний взрыв выбил дверь из направляющих. Внутрь хлынули клубы дыма.

Фабий дернулся за игольником. Рявкнул бласт-пистолет, и в следующий миг его швырнуло спиной на стойку с аппаратурой. Фабий упал на четвереньки, с трудом втягивая воздух. Доспехи выдержали, но только потому, что стреляли на малой мощности. От обожженного нагрудника и сгоревшего плаща поднимался дым. Игольник куда-то потерялся, а Пытка лежала так, что не дотянуться.

— Ну, и снова здравствуй!

Фабий поднял глаза. Гексахир в окружении своих рабов-ассистентов и в компании нескольких собратьев-гемункулов. Никого знакомого среди них не было.

— Привет, Гексахир! Так это ты стучался? Я отвлекся, прости.

Он попытался встать, но замер, когда комната за спиной гемункула заполнилась воинами-друкари. Одна из них, женщина с инкрустированным моноклем в глазу, держала бласт-пистолет, нацеленный ему в голову.

— Нет-нет, Фабий, не вставай! — воскликнул Гексахир. Он довольно сложил ладони. — О, я как будто вернулся в прошлое. Ты на коленях, я стою над тобой и решаю, как тебя наказать. У кого хочешь вызовет ностальгию.

— Я не страдаю такой напастью.

— А Олеандр говорит другое. Так ведь, Олеандр? — Гексахир обернулся и махнул: — Ну не стесняйся. Выходи, чтобы он тебя видел.

Фабий в изумлении смотрел, как из толпы ксеносов выбирается сломленная горбатая фигура. Существо это Фабий не узнал, однако произнес:

— Я смотрю, арлекины тебя не убили, Олеандр.

— Нет, — прохрипел тот.

Фабий покачал головой и поднялся на ноги, не обращая внимания на направленное на него оружие.

— Подозреваю, у тебя есть какая-то история. Но, к сожалению, у меня нет на нее времени.

— О, на обратном пути в Комморру у нас будет куча времени для воспоминаний! — Гексахир улыбнулся Фабию. — Нам с тобой о многом нужно поговорить, в том числе и о моем недавнем открытии.

Он щелкнул пальцами, и толпа друкари расступилась, пропуская гротеска. Тот тяжело вышел вперед, сжимая в мощных лапах футляр из мерцающего хрусталя. А внутри футляра…

— Мелюзина, — выдохнул Фабий.

— То есть ты ее знаешь. Как интересно. Ох, Фабий, чем же ты занимался? — Гексахир довольно рассмеялся. — Ребенок-демон. Настоящее чудо. Не могу передать, с каким удовольствием я препарирую ее у тебя на глазах. От одной мысли об этом у меня мурашки бегут.

Фабий опустил глаза. События развивались слишком быстро. Ничего из этого он не ожидал, но что-то менять было уже слишком поздно. Он встретился взглядом с Мелюзиной, но ее глаза не сказали ничего. Она казалась почти… безмятежной. Он покачал головой.

— Ты всегда забегаешь вперед, Гексахир.

— Ну-ну, Фабий, надо уметь проигрывать достойно. Ты приложил немало усилий, но я поймал тебя честно. — Он повернулся к своим развалинам: — Взять его!

— Подожди, — остановил его Фабий.