Чтение онлайн

Келли прилетел туда со своей очередной пассией, Шон — с беременной женой, дабы отметить третью годовщину свадьбы, а Мэри со всем экипажем. В условия контракта, фантастически тяжелого по части набора действий, входящих в обязанности наемников, входили двухнедельная реабилитация трижды в год на любом месте по выбору командира корабля. Мэри связалась с Келли и предложила ему пересечься на Плезире — не все же шляться по злачным местам, надо иногда и просто отдыхать. В итоге отдых получился еще тот. Больше Мэри таких экспериментов не ставила.

Шону, гордому своим положением почти дважды отца, было совершенно не до старой приятельницы. Изумительная красотка, ни на шаг не отходившая от Келли, смотрела на пилота, как хорошая хозяйка на забулдыгу-фермера, заляпавшего навозом чистые полы в доме. О'Нил задирал нос перед полицейскими и в какой-то момент на предложение Мэри выпить всем вместе заявил, что боевые офицеры с копами не пьют. Капитан Гамильтон в ответ мягко поинтересовалась, не смущает ли первого лейтенанта О'Нила тот факт, что он с копом летает. Вот уже пять лет. Рори некоторое время переваривал информацию, потом косноязычно извинился перед Келли и Шопом, косясь при этом на своего командира, как лошадь на пожар, но положения это уже не спасло. В дальнейшем Келли и Мэри по молчаливому уговору не пытались совместить миры, к которым принадлежали. Им вполне хватало мишурного блеска Пространства Лордан, где оба чувствовали себя как рыбы в воде может быть, именно потому, что в этом средоточии игры и фальши они оба были в равной степени чужаками и своими.

И вот теперь, накануне выхода в отставку — Мэри решила сделать это в день своего тридцатитрехлетия — она прилетела на Бельтайн, чтобы поплавать в океане, рассказать о своих достижениях и уже под собственным именем заглянуть в обществе Келли в «Золотой клевер». Выполнить удалось только второй пункт: когда Мэри выходила из крохотной кладбищенской часовни, с ней связался Марк Фортескью и потребовал, чтобы капитан Гамильтон немедленно явилась на заседание Совета Бельтайна.

Мэри вытянулась в ложементе, активировала замки страховочных ремней и покосилась влево, где лениво порхали над клавиатурой пальцы бортинженера.

— Рори?

— Абсолютная готовность, командир. — Рори О'Нил не был суеверен и, в отличие от многих своих коллег, никогда вслух не принижал состояние корабля. Если готовность абсолютная, какого черта мямлить, что «почти все в порядке»? — Можем стартовать.

Капитан надела шлем и закрепила его одним ремнем. Помедлила секунду и решительно опустила ладонь в углубление подлокотника, отдавая кораблю неслышные команды и включая циркулярную связь между сцепкой и взятыми на поводки корветами.

— Всем внимание! Старт через шестьдесят секунд, начинаю обратный отсчет: пятьдесят девять…

Маневровые двигатели еле слышно загудели сообщая корпусу легкую вибрацию и наполним вены игристым вином азарта.

— Тридцать два… Тридцать один… Тридцать.

Дисплей показал герметичность шлюзовых затворов, автоматика станции откачивала воздух из переходных рукавов.

— Восемнадцать… Семнадцать…

Мэри любила эти последние секунды перед стартом. Карты розданы, ставки сделаны и поздно сомневаться или медлить. Поздно и глупо. Остается только играть, играть в полную силу опыта, таланта и везения.

— Два… один… Отрыв!

Словно бильярдные шары, направляемые кием в руках умелого игрока, семь кораблей одновременно оттолкнулись от базы «Гринленд» и взяли курс на Зону Тэта.

«Затяжной прыжок» бурлил вокруг Мэри, словно забытый на огне котелок, но это становилось заметно лишь в тот момент, когда в дверь протискивался проворный официант, донельзя уставленный составом заказа. Четверть часа назад она пришла в этот огромный комплекс развлечений, баров, ресторанчиков, кофеен и пивных. Рядом с каждым из входов располагался информационный терминал. Удостоверившись в том, что ее экипаж еще не подтянулся, она осведомилась о наличии отдельных помещений в пабах и оплатила аренду одного из них. Теперь никто посторонний туда и носа не покажет, а вот ее люди, сделав запрос на таком же терминале, без труда найдут своего капитана. Мэри раздраженно подбросила на ладони конверт с предписанием. Факт получения первого эмгиского контракта через два дня после окончания Академии должен был бы привести ее в восторг, но вот не привел. Мэри терпеть не могла чего-то не понимать. Ей не нравилось решительная и нестандартная форма самого предписания. Не нравился наниматель: Небесная империя, обладавшая неограниченными людскими ресурсами, почти никогда не набирала военный персонал на стороне; впрочем, вывод о нанимателе можно было сделать только на основании пункта назначения. И срок контракта — сорок шесть стандартных суток, слишком долго для обычного эскортирования и слишком мало для продуманных боевых действий. И то, что корабль предоставит наниматель. И то, что в этот самый контракт вошли услуги только одного экипажа, который она покамест не видела в глаза, но которым тем не менее ей предстояло командовать. Хуже всего было то, что состав команды показался ей более чем странным. Второй пилот заканчивала карьеру, до выхода на пенсию Джине Кроули оставалось не более полугода, канониры тоже были в возрасте — по меркам Бельтайна — и звезд с неба явно не хватали. Двигателистом являлся прекрасно известный г-н Рори О'Нил, но она не видела его лет семь, а досье — та его часть, которая доступна только командиру — недвусмысленно свидетельствовало о проблемах с дисциплиной. Ни один член разношерстной команды ни разу не летал с другими. И как украшение на затейливом, но, похоже, не слишком-то вкусном торте — несомненно, перспективный, но совершенно неопытный капитан. Как это кто-то там сказал? С миру по нитке — голому веревка повеситься? А голая-то здесь, похоже, Мэри Александра Гамильтон… Да где же они, наконец?!

Словно в ответ на ее мысли дверь распахнулась и поднявшаяся на ноги капитан Гамильтон увидела свой первый экипаж. Ее самые худшие опасения, похоже, подтверждались. Само по себе выражение уязвленной гордости на лице второго пилота не было чем-то совсем уж скверным. И потухшие глаза канониров. И нагловатая усмешка Рори. Вот только сочетание всех этих факторов доводило массу заряда до критической и оставалось только гадать, когда грянет взрыв.

— Добрый день, господа.

На бельтайнских ВКС была принята именно такая форма обращения капитана к экипажу, вне зависимости от его тендерного состава. Переждав приветствие, такое же унылое, как и сложившееся у девушки впечатление от команды, она сухо кивнула и указала на места вокруг стола: Прошу садиться.

Даже расселись они так, что никаких сомнений не оставалось: у нее проблемы. Большие. Джина Кроули сразу заняла место напротив Мэри, пристроившись на самом краешке тяжелого стула и выпрямив спину до такой степени, что казалось, еще немного, и позвоночник пропорет либо сиденье, либо череп. Канониры безучастно прошествовали на левую сторону стола и уселись рядышком, как две нахохлившиеся птицы. На капитана они не смотрели, вперив глаза то ли в стену, то ли в развалившегося на правой стороне Рори, который закинул руку на спинку скамьи и, приятельски подмигнув Мэри, тут же потянувшись к кружке. Красота. Ну что ж…

Мэри поставила локти на стол, соединила ладони домиком и, глядя поверх них на второго пилота, криво усмехнулась:

— Мы в заднице, господа.

Как она и рассчитывала, и само заявление, и тон, которым она воспользовалась, оказали на аудиторию самое освежающее воздействие. С Кроули разом слетела надменность, и она даже привстала с места, желая, должно быть, выразить свое возмущение, но наткнулась на неожиданно тяжелый взгляд капитана и молча опустилась обратно. О'Нил, успевший уже приложиться к кружке, поперхнулся то ли от неожиданности, то ли оттого, что в кружке было вовсе не вожделенное пиво, и попытался сквозь кашель что-то сказать, но тут капитан посмотрела и на него тоже. Прищурившись. Слишком часто в прошлом Рори видел этот прищур на тренировках и соревнованиях по рукопашному бою, чтобы сейчас начать выпендриваться. Канониры проявили наконец некоторый интерес к происходящем у и одновременно повернули головы в сторону Мэри. Эта синхронность была первым обнадеживающим признаком: одинаковая (а главное слаженная) реакция на раздражитель позволяла надеяться на то, что эти двое сработаются. Надежда была, конечно, слабенькой, под стать основаниям для нее, но и это было лучше, чем ничего.

— Поясняю. В полученном мной предписании нет ни слова о цели нашего найма, поэтому я не могу вам сказать, чем нам предстоит заниматься в Небесной империи. Даже наниматель указан настолько расплывчато, что невозможно понять, наняло нас государство, корпорация или частное лицо. Там нет ни слова не только о модели, но даже о классе корабля, на котором нам предстоит летать, поэтому я не могу предложить вам, О'Нил, начать подготовку к обслуживанию двигателей и оборудования. Там нет ни слова о том, понадобятся ли активные действия канониров и чем именно в случае необходимости этих действий им придется оперировать. Вы можете предложить лучшее определение ситуации, чем то, которое дала я? Второй пилот?