Фальшивый папа
Шрифт:
– Понятия не имею.
– Очень странно, – заметила Мотька.
– Понимаете, он вроде как ничего от нас с Алкой не хочет… кроме общения. Теперь он пригласил нас в цирк, а в воскресенье – опять на дачу. Только мы не можем, мы с мамой и Леней на нашу дачу поедем.
– Значит, он просто зачем-то втирается в доверие, – высказала я догадку. – Вот только зачем?
– А может, он шпион, и ему надо… как это называется… натурализоваться! Найти себе якобы дочек. Бывший детдомовец, поскитался по свету, а потом решил осесть, возобновить отношения с семьей… – фантазировала Матильда.
– Но почему именно мы? – удивилась Люда.
– Потому что документы ему кошелевские попались, – предположила Матильда.
– Но ведь это совсем другой Кошелев! – напомнила я.
– Тоже верно… Чушь какая-то!
– Погодите, девочки, я вот что подумала… Нас тут месяца два назад пытались ограбить…
– И что? – разом закричали мы с Матильдой.
– Да ничего. Залезли в квартиру, но ничего вроде не взяли, только немного денег в шкафу нашли. И все. Потом Леня дверь новую поставил, замки какие-то крутые… Тем и кончилось.
– А к чему ты это нам рассказала? – заинтересовалась я.
– А вдруг это грабитель?
– Ну, для грабителя чересчур сложно. Для настоящих грабителей любая дверь не помеха, если они на что-то нацелились. А у вас есть на что целиться? – спросила я.
– Насколько я знаю, нет.
– Значит, тут что-то другое. Слишком уж заковыристый ход – дочки, раскаяние… Бред! Люда, а может, мама твоя просто притворилась, что не знает его, а? Может, он какой-нибудь рецидивист, и она не желает, чтобы вы с ним дело имели? – рассуждала я. – Или, допустим, он сбежал из лагеря…
– И ничего умнее не придумал, как стибрить документы на свое собственное имя? Глупости! – вознегодовала Мотька. – Но что он может оказаться каким-нибудь уголовником, это запросто.
– Были у меня тоже такие мысли, – призналась Люда. – Но мне показалось, что мама не врет, она действительно его не знает!
– Ладно, тогда будем так действовать, – решительно заявила Матильда, – ты пока делай вид, что веришь ему, ни в коем случае нельзя, чтобы он что-то заподозрил, рано или поздно он себя выдаст. А мы будем начеку. Чуть что, сразу сообщай нам. Любую мелочь, любую деталь, какую заметишь. Поняла?
– Поняла.
Тут в дверь позвонили. Это явились Костя и Митя.
– Ну что, как? – накинулись мы на них.
– Да ничего, никак, – пожал плечами Костя. – Видели мы эту Мазепу Сидоровну. Вышла такая тетя с башней на голове, села в свою «Волгу» и укатила. Мы сунулись было в квартиру, но нам никто не открыл. Хотя Митька уверяет, что слышал там какое-то движение.
– Может, это собака или кошка? – предположила Люда.
– Все может быть. Жалко, отец сейчас в Москве, а то можно было бы взять машину, – с сожалением проговорил Костя.
– Машина будет! – крикнула Мотька.
И мы подробно поведали мальчикам о наших приключениях.
Глава XIII
ТЕ ЖЕ И КОШЕЛЕВ
Утром я проснулась от басовитого ворчания голубей на балконе. Воркованием эти сердитые звуки никак нельзя было назвать. Посмотрела на часы – девять! Вот это да! Я проспала двенадцать часов! Через два часа у нас встреча с Кошелевым, а завтра – экзамен по литературе. Литературы я не боюсь, это вам не химия. Хорошо, можно еще полчасика поваляться с книжкой. Но что-то мне сегодня не читается. Все мысли заняты расследованиями. Сразу два дела, да еще таких непростых. Ко мне заглянула мама.
– Проснулась? Аська, куда это ты вчера в такую рань умчалась? Да еще никого не предупредив? Тетя Липа жалуется на тебя, говорит, ты совсем от рук отбилась.
– Мамочка, но я же уже большая! Мне четырнадцать лет!
– Да, замуж пора, – засмеялась мама. И вдруг испуганно добавила: – Надеюсь, ты мне никаких таких сюрпризов не готовишь?
– Да ты что, мама! Просто я уже сознательный человек, и не надо каждую минуту меня контролировать!
– Ах, вот что! Но ты попробуй внушить это Липе. Я-то, в принципе, за демократию, а вот Липа…
– А ты должна тетю Липу воспитывать в демократическом духе.
– Боюсь, в том, что касается тебя, это будет сложно. Мне не по силам. Ладно, вставай, лентяйка! У тебя же завтра экзамен. Хоть бы для приличия позанималась!
– Для приличия? Ладно, завтра перед экзаменом для приличия открою учебник.
– Аська, не выводи меня из себя!
– А то что будет? – засмеялась я.
– Скандал! Грандиозный!
– Не боюсь! Я же все равно знаю, что это будет театр!
– Да, – вздохнула мама. – Что за комиссия, создатель, быть взрослой дочери…
– Отцом. А ты мать.
– Матерью, думаешь, легче? Еще хуже! Отец в морях болтается, и весь спрос с меня.
– А дед?
– Где он, твой дед? Приохотил тебя к детективщине, и только его и видели.
– Можно подумать, ты очень много мной занимаешься.
– То-то и беда. А тетя Липа уже с тобой не справляется. Ты хоть пожалей ее, не пропадай надолго, звони, предупреждай. Она же волнуется!
– Ладно, мамочка, обещаю!
Взгляд у мамы стал рассеянным.
– Мне пора в театр. А ты вставай! Хватит валяться.
В одиннадцать часов мы вчетвером собрались у кафе «Баскин-Роббинс» на проспекте Мира. И тут же подкатил на рыжей «шестерке» Кошелев.
– Привет, пацанва!
– Здравствуйте!
– Ого, какие ребята! Будем знакомы. Михал Михалыч.
– Костя.
– Митя.
– Отлично! Пошли, занимайте столик. Выбирайте, кому какое.
Через пять минут мы уже уплетали вкуснейшее мороженое, запивая его ледяным «Спрайтом» из запотевших баночек.
– Кайф! – простонала Матильда.