Фантастика 1991
Шрифт:
– Простыня?
– подмигнул Виктор.-Бывает…
– Да, обыкновенная.
– Ну и женись,- согласился Виктор.
– Да ведь это же простыня!
– Тряпка, что ли?
– Тряпка.
– Тогда не женись.
– Вот и ты такой же,-вздохнул Вячеслав.
Гудимов задумался.
– Вообще-то жениться тебе надо,- покосился Виктор на Безуглова.
– Столько женщин в цехе… И диван у тебя такой мягкий,- Гудимов покачался на диване.
Безуглов шел домой с определенной целью - выбросить тряпку за дверь, бросить на свалку.
– Чего ты надумал?
Он вооружился ножницами.
– Ополоумел?!
– взвигнула она.- Тебя же засудят!
– А вот я выкрою из тебя дюжину носовых платочков!
– пригрозил Вячеслав.
– А я не вещь!
– злорадно выкрикнула она.-Не вещь! Я сегодня паспорт получила!
– Она помахала перед ним красной книжечкой с тиснеными гербом и буквами.
И прошуршала складками, видя, что Вячеслав ей уже не опасен:
– На. Не порви и не испачкай. Это документ!
Перед его глазами замаячил паспорт. С фотокарточки смотрела помятая физиономия…
Славику хотелось разорвать ее на мелкие подоски и на клочки и выбросить все это в мусорное ведро.
– Я ходила к паспортистке. Я предъявила ей ярлык.- Славик видел, как перед ним колеблются какие-то складки.-Тебя не устраивает мой документ?
– Документ устраивает, а ты - нет,- пробурчал Славик.
– Пойдешь в загс или в суд!
Он понял, в какую историю вляпался. Нет, дело не шуточное. Попалась ему… Или он попался? Ах, ну почему он до сих пор не завел собаку?!
У него еще был шанс. Жениться. Жениться на ком-нибудь, только не на этой простыне! Еще можно успеть…
Придя на работу, он спрятался в своей мастерской, но ничего не делал. Ему попалась газета. Стал читать одну статью. Писалось о женахстрадалицах, натерпевшихся от мужей. Строчки прыгали у него перед глазами, пот катился со лба; он достал платочек. За этим занятием его застала Светочка.
– Славик, тебе плохо?
– Светочка интересовалась его самочувствием.
Он взглянул на нее, ища поддержки. Раньше он ни за что бы не принял помощи от Светочки. Теперь рад был ее сочувствию.
– У меня серьезный стресс,-признался он.
– Выговор?
– удивилась Светочка.- За что?
– Не -производственный.- Он силился улыбнуться.- Поможешь мне?
Светочка ничего не обещала, но желала знать, что случилось.
Сердце его болезненно билось.
– Я прошу тебя,- залепетал он.- Выходи за меня замуж…
…Все видели, как из мастерской наладчика выбежала возмущенная Светочка.
После работы ему впервые в жизни не хотелось идти домой. Он пересек парк сначала вдоль, затем поперек, обошел кругом цирк, потоптался у театральной афиши. От тоски свернул в магазин.
За прилавком стояла грустная продавщица.
– Я как-то у вас простыню покупал…
– Ну и что?
– Бракованная…
– А я-то тут при чем?
– Вы не подумайте, дыр на ней нет. Внешне все в порядке.- Славик наклонился к продавщице.- Но она теперь норовит замуж выйти.
Продавщица засмеялась:
– Постельное белье обмену не подлежит.
Безуглов понимал, что простыню не обменять. Постоял у прилавка.
Хотел купить новую простыню, но…
Если бы он притащил домой еще одну простыню или несколько, все вышло бы по-другому. Но он не притащил. Не было в продаже.
Соседки смеялись на кухне.
Простыня лежала перед зеркалом, перед ней - новенькая косметичка.
Простыня была еще сырая.
– Выстиралась?
– желчно усмехнулся он.
– Да. А что?
Вид у нее был благоухающий.
– Ты во многом преуспела,-язвил Славик.-Тебе удалось получить паспорт. Ты, наверное, хочешь теперь прописаться? Так вот, не надейся. Для прописки нужно заявление квартиросъемщика, но я его не подпишу!
– Обойдусь без тебя,-колыхнулась она.
Славик вышел из дому и поехал к родителям. Не справившись о их здоровье, прошел в квартиру, сел посреди комнаты на табурет.
– Мама, я попал в беду,-уныло пожаловался он.
Мать погладила его по голове, как в детстве. Отец молча шевелил усами.
Слава признался, что с ним произошло.
– Что ж ты, намерен бобылем жить?
– засопел отец.
– Пора тебе, сынок, жениться,- наставляла мать.
– Да не на простыне же!
– закричал Слава.
– Вот заладил,-не поняла мать.-Простыня да простыня… Хозяйка будет…
– Мама, надо мной смеяться будут!
– Кто же это засмеется?
– всплеснула руками мать.- Чай дети будут.
– Да я лучше повешусь!
– Славик пулей вылетел из квартиры родителей.
…Весеннее солнце грело, и, глядя на расцветавшую зелень, он понял, что не повесится. Умереть у него не хватало силы воли.
– От судьбы не уйдешь,- сказал ему чей-то чужой и далекий голос, точно с небес,- Этой простыней тебя и накроют, перед тем как понести…
Владислав поднял голову и посмотрел в яркое весеннее небо.
Жить с простыней? О, господи! Пощади! А, впрочем, и без простыни не обойтись…
Возле дома он встретил растрепанную пенсионерку с задушевными глазами. Она возникла перед Безугловым, точно святой дух.
– А-я-яй,-качала она головой.-А на вид такой тихий, а скандалит. Мать и отец убиваются из-за тебя…
– Да идите вы!
– недовольно буркнул Владислав.
– А-я-яй,- замахала руками пенсионерка.- С ума спятил!
– На тебя не похож, так уже и спятил!
– А-я-яй,- качала она головой.- В женсовете жалоба на тебя.
Славик не слушал ее. А дома у него простыня наводила порядок.