Чтение онлайн

Внезапно свеча, венчающая самый дальний от них угол пентаграммы, мигнула и погасла. Без видимых причин. Пряный дымок от талого воска потянулся в глубь крохотной пещерки. Спустя несколько мгновений погасли еще две свечи. Малдер отчетливо ощутил, как волосы на голове и загривке медленно выпрямляются, приподнимаясь над кожей.

Два оставшихся огонька заколебались, но устояли.

– По-моему, он не возражает, - заключила Фиби совершенно будничным голосом.
– И насчет тебя - тоже.

Фокc с шумом втянул в себя воздух. Но на всякий случай ничего не сказал. И плюнуть в сердцах - тоже не плюнул, воспитание не позволило. В конце концов, все могло быть гораздо хуже. Раскопки в Вестминстерском аббатстве наверняка закончились бы тюремным заключением.

Потом он долго и ожесточенно забрасывал землей широкий темный конус пустоты, уходящей в глубь склона, потом укладывал на место аккуратно срезанный дерн, потом, скинув рубашку, долго умывался, вздрагивая, когда ветерок пробегал вдоль натруженной мокрой спины. И только потом плюхнулся на одеяло, расстеленное у подножия холма. Спустя несколько секунд рядом с ним бесшумно опустилась Фиби.

Пахло травой и землей, и вдалеке парили в предутреннем тумане каменные громады Стоун-хеджа...

Бостон, штат Массачусетс

Больница Френсиса Даунинга

Сентябрь 1993

День третий

10:35

"Пахло травой и землей, и вдалеке парили в предутреннем тумане каменные громады Стоун-хеджа..." Растерянно улыбаясь, Фокc на автопилоте выговорил спасительную, давно заготовленную и неоднократно отрепетированную про себя фразу:

– Как я уже говорил, давай придерживаться служебных рамок.

Фиби немедленно переключилась на разговор в служебных рамках. Малдер как-то упустил из виду, что для нее безразлично, о чем говорить, когда в ее распоряжении находится "как".

– Кажется, трудновато будет разыскать по описанию или даже по фотороботу человека, который, судя по показаниям свидетелей, должен был поджариться и покрыться корочкой, - ее глаза сияли на запрокинутом к Малдеру лице.

– Я бы с тобой согласился, но труп мы еще не нашли.

Фокc торопливо шагнул в сторону и судо-рожным усилием сорвался с крючка. Фиби с досадой прикрыла веки.

Вернувшись в палату, Призрак снова заговорил сухо и деловито:

– Итак, что вы решили? На вас можно рассчитывать?

– Да, - тихо ответила молодая пациентка.

– Спасибо, - искренне поблагодарил спецагент.

– Я не знаю, важно ли это, - голос женщины слегка дрожал, - но я вспомнила кое-что еще про человека, который загорелся. У него был английский акцент.

Кэйп-Код, штат Массачусетс

Сентябрь 1993

День третий

Надсадно кашляя - так, что легкие мокрыми наволочками заполоскали в груди, - громила-телохранитель вывалился из дверей туалетной комнаты и, цепляясь за стенки, поплелся к себе.

– Трудно, да? Тяжело?
– сочувственно поинтересовался Боб, проходивший мимо со стопкой аккуратно сложенных одеял.

– А может, это все из-за микстуры?
– добавил он, когда Дик Джайнс отошел дальше. И гладко выбритая физиономия сторожа растянулась в самодовольной гримасе. Лондон, Англия

Почти полгода назад

В мастерской было пожизненно грязно, холодно и пахло сладковатым дымком. С тех пор как хозяина шальным ветром занесло на сатанист-ский шабаш и он чудом остался в живых, обходиться без травки как-то не получалось. Вот и сейчас Чарльз машинально свернул самокрутку, вставил в обгрызенный мундштук и принялся хлопать по карманам в поисках зажигалки.

– Ты позволишь?
– вкрадчиво спросили из-за спины, и к сигарете протянулась ладонь, на которой горел маленький аккуратный огонек.

Чарльз невозмутимо прикурил, обернулся и с видимым усилием сфокусировал глаза на своем госте, материализовавшемся словно ниоткуда.

– Привет. Как это ты умудряешься ходить, что тебя не слышно и не видно? Всякий раз удивляюсь, - он затянулся.
– Спасибо. Только ты это... не увлекайся, а?

Гость, невысокий темноволосый парень с нагловатыми черными глазами, сверкающими сумасшедшинкой, сжал руку в кулак. Затем неторопливо, по одному, расправил пальцы. Огонек уменьшился, но не исчез и теперь в некоторой задумчивости бродил по ладони расширяющейся спиралью.

Находясь под кайфом, очень трудно беспокоиться о грубой реальности. Тем не менее полустертые воспоминания о церквушке, объятой пламенем, громком хохоте, перекрывающем истошный вой полутора десятков глоток, и юноше, прыгающем в ревущий костер на алтаре, заставили Чарльза сосредоточиться и произнести противоестественную для основательно накурившегося человека фразу:

– Лучше давай сходим куда...

– Нет, - пришелец растянул губы в ухмылке, которую, как подозревал Чарльз, искренне считал загадочной улыбкой.
– У меня к тебе дело, - он с явным сожалением стряхнул огонек с ладони на свечной огарок, прилепленный к мольберту.
– Я пришел поменяться: рассказ...
– он сузил глаза, и свечка вспыхнула факелом, - на портрет. Согласен?

Будь хозяин мастерской сейчас вменяемым, он наверняка бы со страхом подумал: "Интересно, какой же идиот осмелится с тобой не согласиться?" Однако в нынешнем состоянии Чарльз, напротив, искренне оживился:

– Рассказ - о прошлом портрете? Его гость неторопливо склонил голову в знак согласия.

– Договорились! А кого рисовать?

– Я принес. Здесь несколько снимков из газет, остальные я сделал сам.

Он достал из кармана куртки большой, плот- , но набитый конверт. Чарльз несколько минут сосредоточенно разглядывал фотографии. Не плохо. Совсем неплохо. У парня постепенно улучшается вкус. Эта женщина была уже красива - в отличие от трех предыдущих. И не только красива. Даже сквозь дымок марихуаны Чарльз различал в ней не искривленную физиологию, уродливо рвущуюся наружу, а доброту и тепло... "Тепло? Неужели и это чудовище чувствует то же самое? Художник искоса поглядел на своего гостя.
– А что, это может быть интересно тепло и пламя... Да, решено. Сейчас нарисовать ожидание, а потом долго и в самом деле ждать, что произойдет..."

– Да, - веско сказал художник после долгого раздумья.
– Это - получится. А теперь - твой рассказ. Только...
– он замялся, помычал и с трудом поднялся на ноги, - только поехали все-таки куда-нибудь в парк... Там красивее получится. А? Таинственный гость поколебался... (а хозяин мастерской затаил дыхание, ожидая его решения) и согласился. Вашингтон, округ Колумбия

Штаб-квартира ФБР

День третий

Дэйна сидела за своим столом, обложившись бумагами. Ей не работалось. Она потянулась к деловому журналу Малдера, вытащила из середины фотографию.