Чтение онлайн

– Да не какая то, а героиня, – сказал Феликс.

Феликс не зная, что говорить похлопывал неясный ритм ладошками по коленям. Тишину нарушила пиявка.

– Героиня говоришь?– голос звучал, как-бы обдумывая предложение Феликса. – Героиня это та, ради которой, люди, сидя за праздничным столом, поднимают бокалы и произносят тосты, славя поступки этого человека?

– Что-то в этом роде. Но я имел в виду другое. Говоря «героиня», я имел в виду, известного персонажа из фильма. Это кино про робота, прототипа настоящего, живого человека. Правда там персонаж мальчик, – сказал Феликс. – Я подумал, ты, получив порцию моей крови, стал таким же умным, как я. Ты же говорил, что через кровь становишься таким же, как владелец крови. Я так понял, что у тебя появились все мои навыки, знания, умения, опыт. Ну и прочее. Короче говоря прототип меня как «Электроник» прототип того мальчика – Сыроежкина.

– Все так, – Сказала пиявка, – но чисто в техническом плане, какие то тонкости приобретаются позже. – Судя твоей логике, меня тогда надо назвать Фелексинья.

– Не. Ну, это уж перебор. Тебе до меня далеко. Ты же, не человек, а так…

После этих слов, у Феликса мурашки побежали по телу.

– Как то холодно стало. Ты не замерзаешь? – сказал Феликс.

Встал и пошел проверять окна, закрыты ли? Все окна были закрыты.

Голос внутри молчал. Когда Феликс вернулся на кухню, он обратился к нему – На чем мы остановились?

– Ты не отвлекайся – ответил голос.

– Да, что-то прохладно стало, а, к стати, если чисто в техническом плане, ты холод. Жару. Щекотку и прочие воздействия чувствуешь.

– Чисто теоретически, – ответила пиявка.

– То есть, как??

– Как описание ощущений. – И немного помолчав, добавила – То, что ты сейчас испытал холод – это я у тебя вызвала. Голос прозвучал зловеще.

Глава19.

Феликсу стало не по себе. Не только от холода, но и от тона с каким заговорила пиявка.

– Не понял? – сказал Феликс.

– Что не понял?

– Чего это ты меня морозить вздумала?

– Ты меня задел, своим высокомерием. Мне показалось это моральным нападением. Я умею себя защитить.

– Я надеюсь, твое умение не выходит за рамки самозащиты? Не хотелось бы мне столкнуться с нападением на меня, во мне самом.

– Можешь успокоиться – этого не будет.

– Легко сказать, а как мне быть. Верить или нет?

– Слушай Гамлет – «быть или не быть», не беспокойся, я не агрессивная. Я создавалась в военном ведомстве, но хочу тебя успокоить. Меня забраковали как раз эти военные. И если у тебя проблемы с логикой я тебе помогу. Они вычеркивают из своего поля зрения тех, кто не принесет пользу в их делах. А какие дела у военных, ответь мне?

– Защищать, оберегать своих граждан от агрессии, – сказал Феликс.

– А агрессия возникает из космоса да?

– Ну, в том числе, – голос Феликса звучал не уверенно.

– Вот, ты наивный. Сколько за последнее столетие было нападений из космоса? – спросила пиявка.

– Слушай, что ты меня как мальчика какого-то поучаешь. Знаю я, что военные не только защита. Просто не задумываюсь над этим. Есть знаешь и другие житейские вопросы. Не до этого.

– Вот-вот, «не до этого». Смогли все-таки отвлечь вас эти силы от глобальных вопросов.

– Какие силы? – спросил Феликс.

– Силы, которые затянули обывателя в мир достатка, удобства и других благ. Как ослик, тянущийся за морковкой, подвешенной на удочке перед его мордочкой, тянет огромную арбу в сторону, куда направит возница. Вот эта морковка и отвлекает. – сказала пиявка.

– Ну, ты и философ! – грустно усмехнулся Феликс.

– Может и так… Продолжаю. Войны это не только защита рубежей, но и утоление амбиционных идей правителей, политиков – этих шахматистов играющих в глобальные шахматы. Они полагают, что им виднее, что нужнее. Как я рада, что есть еще люди на земле, как гринписовцы или антиглобалисты, какие ни будь. Только благодаря им обыватели имеют возможность встрепенуться. Очнуться от гипноза повседневности.

Те идеи которые не переставая внушают вам в головы объясняя праведность того или иного военного вторжения. Неисчерпаемым потоком эти идеи выливаются вам с экранов ТВ и звучат по радио. Многие знают в вашей стране, что во время президентства Линдона Джонсона в США, началась война во Вьетнаме. Но многие ли знают, что в ней участвовали военные СССР. Естественно с противоположного лагеря. Вечное противостояния коммунистической идеи и капитализма. Это противостояние можно назвать фундаментальным, а сколько еще существует других выдумок, адепты которых добиваются права вывести свои учения на первый план!!!

– Да, я что-то слышал о вьетнамской кампании. Мне известен человек, я с ним работал, который рассказывал о своей службе во Вьетнаме. Но я не очень-то верил в это. Но из уважения к нему не высказывал своего недоверия его рассказам. Эти рассказы казались мне чем-то экзотическим, и слушать их было естественно интересно. Тем более рассказчик был хорош, – говорил Феликс и чувствовалось, что он получал удовольствие от воспоминаний.

– Вижу, ты с душевной теплотой и интересом вспоминаешь эти истории, того человека. Скорее всего, он не участвовал непосредственно в боевых столкновениях, – сказала пиявка.

– Да. Он рассказывал, что простые солдаты-срочники, выполняли работу обеспечивающего персонала – «пойди, принеси, отойди не мешай», – сказал Феликс.

– Повезло! Может быть, с них брали подписку «о не разглашении».

– Да, наверное, поэтому не так на слуху истории Вьетнамского противостояния, – сказал Феликс.

– Да, скорее всего так и есть, – согласилась пиявка.

– Пока не забыл. Твой голос звучит, как мужской, а пиявка – существо женского рода. Ты кто – мужчина или женщина.

– Наши ученые создают оружие для военных. Они же обычно дают имена своим изобретениям мужского рода, так, что можешь считать меня мужиком.

– Слова богу. Я конечно не женоненавистник, но знать, что внутри меня женщина, внесло бы в мою жизнь некоторую скованность.

– Феликс, ты меня настораживаешь. Выходит, если внутри тебя мужчина, ты сразу же расслабишься?

– В принципе – да, – сказал Феликс. – Всё-таки это мне привычнее, я же мужчина.

– Тогда, расслабься. Будем считать, что я то же мужчина. Надеюсь, ты мне сейчас начал доверять, – сказала пиявка.