Фернок 2
Шрифт:
– В прошлый раз, когда я намеревался уничтожить весь ваш погрязший в грязи североамериканский континент, вмешался мой непутевый ученик… Ты хочешь, чтобы я повторил попытку?
Семнадцатое июля две тысячи двадцать пятого.
С каждой встречей угрозы Виктора звучали все более убедительно.
– Последнее предупреждение, Мракан падет, если ты не отдашь мне дочь!
Стелла знала, что удар по городу – блеф, тем самым вынудила Виктора поступить радикально по отношению к ней. Радикально жестоко.
– Нет-нет, ты не будешь причинять вред дочери…
Тридцатое апреля две тысячи двадцать пятого года:
Один из фатумменов, действующий по приказу главы, убил родителей Мэлори. Проникнуть в слабоохраняемый коттедж для воина судьбы – проще простого, а нажать на курок – как раз плюнуть.
Девятое апреля:
Спотыкаясь, вскрикивая от настигающей усталости и полученных в аварии ушибов, Мэлори бежала от преследователя.
Случайный полицейский, увидев эту полную накала сцену, участнице которой каждый вздох давался с превеликим трудом, решил вмешаться:
– Мэм, у вас все хорошо? – и поплатился за это. Воин с мечом, что гнался за девушкой, до смерти закидал его сюрикэнами…
Умирая, коп спросил:
– Кто ты…
Убийца снял маску, похожую на те, что носят ниндзя в воображении голливудских сценаристов, и громко ответил:
– Ее отец!
Мэлори, естественно, не поверила словам сумасшедшего…
– Кто ты? Зачем преследуешь меня? И… что тебе нужно? – девушка, разыскивая надежное укрытие в заброшенном кинотеатре, до которого еле добежала, параллельно задавала незнакомцу вопросы, - Ответь! – пережив страшное ДТП, мельком увидев скончавшуюся Джил, она, не подозревая об истинных планах преследователя, не надеялась спастись.
– Я узнал, что у твоей матери появились неприятности. Прилетел, чтобы убедиться в твоей безопасности, заодно увидеть свою дочь!
В эти слова невозможно было поверить из-за чрезмерной моложавости лица, внешне подходящего для тридцатилетнего мужчины, более молодого, чем у того же Фернока. Но непостижимое рвение настораживало, темная недоступная разуму жажда!
– Нет! – стремясь отыскать источник боли, копаясь в запачканной одежде, Мэлори обнаружила кровоточащую рану на животе, проделанную отлетевшим кусочком металла. Осознав, что при таком раскладе мчаться
куда-либо бессмысленно, а играть в прятки смертельно опасно, она вышла к врагу, - Кто бы ты ни был, я тебе не
дочь! Мы совершенно не знакомы и мне от тебя ничего не нужно!
Дум подделал понимающий взгляд, выразивший частичную солидарность:
– Я понимаю… - умышленно небыстрым шагом приблизился к ней еще на три метра, - Но сейчас тебе нужна моя помощь! Моя защита! Ты даже не представляешь, как здесь опасно! Город буквально разлагается, позволь отвести тебя в укрытие! – и протянул руку.
То, что он сказал – обман, как и намеренно небыстрый шаг, как и куча обещаний, данных впустую.
Блейк знал почти все тайны ордена: например, тайну о клонах.
Многие из клонов - добровольцы, которых тщательно подбирали по внешности, мимики и жестикуляции, “пересматривали” под других людей, зомбируя, внушая чужие идеи. Если верить словам многочисленных гуру, восточные и оккультные учения помогают входить в транс, переселяя душу человека в выбранное тело. Души в отчаянии борются за право существовать в теле, и та душа, что одерживает верх, приживается, а та, которая оказывается слабее, навсегда уходит в изгнание, неспособная попасть ни в рай, ни в ад. Дэвид слышал удивительную теорию служителей, мол, недавно дух Виктора переместился в тело его двойника и Доктор Фатум вернулся.
Еще Блейк был осведомлен о двойнике Мэлори, которого подсунули Ферноку, чтобы тот, держась за сердце, поверил в смерть возлюбленной и перестал копать. Так как в Мракане у Дума имелись крупные завязки (как и во всех других штатах Америки), экс-полицейский представлял для его “правых рук” некоторую опасность, поскольку действовал незаконными методами.
Близилось время первого задания Ворона за пределами федеративной конституционной монархии. В одиннадцать утра стукнули последние минуты перед волнительным отлетом, и фатуммену, ранее не замечавшему уникальность окружения, открылся панорамный вид на острые горы, которыми хотелось любоваться, не отрываясь, до скончания вечности. Его странствия обещали завершиться нескоро, а до трагичного финала, до переломного момента, оставались считанные месяцы безотрадной монастырской жизни…
К сожалению, Виктор излучал только напрягающую безвозвратность:
– Ты понял, для чего я тебя отправляю?
– Да, мастер…
– Не посмей вернуться, не закончив дело…
Как можно уйти, не завершив? Выхода назад нет. Ворон – умная птица, очень стойкая, приспособленная, он понимал это как никто другой: признательность налагает ответственность, “дарит” невозможность вернуть клятву. Напрягающая безвозвратность…
Дэвиду представились два пути – остаться там, где нет никого, ни души, в глубокой яме под названием Сан-Вэстронд, или стать ассасином, для которого жизнь – чреда этапов с неменяющейся сутью. Постоянство…
Считая своим обязательством попрощаться с Мэлори, которая стала названной сестрой или лучшей подругой, а также с остальными “собратьями”, Дэвид прошелся по кельям.
“Я запью, наверное, снова, но не для того, чтобы скрасить будни…– эти навязчивые мысли исходили от глубоко укоренившегося желания почувствовать себя тем самым Дэвидом Блейком, ранимым непутевым полицейским, страдающим запущенной формой алкоголизма, - И я снова стану прежним”