Чтение онлайн

Внутри дома была просторная гостиная с камином в углу, три спальни, каждая со своим санузлом; большая кухня, кладовая рядом с ней и кабинет со стенным шкафом и работающим компьютером на письменном столе.

Жильё было полностью укомплектовано посудой, моющими средствами и постельным бельём с ванными принадлежностями и полотенцами — въезжай и живи!

— Эти апартаменты я не сдаю в аренду, — пояснил Василий. — Это только для «своих», для друзей, для родственников. Располагайтесь!

— Я, наверное, возьму эту спальню на первом этаже, чтобы мне меньше по лестнице подниматься, — объявил Флавиан, застолбив самую маленькую из спален, находящуюся рядом с кухней и кладовой.

— Чур, кабинет мне! — объявил я. — Мне нужно будет тут на компьютере с текстами поработать, соответственно, и спальню я выбираю ближайшую к кабинету.

Ближайшая к кабинету спальня в плане размеров и меблировки оказалась самой «навороченной».

— Батюшка, — обратился к Флавиану Василий, — Вы вещи оставляйте, душ примите, переоденьтесь и давайте сходим к магазину, купим продуктов! Я вам покажу по ходу, где тут что из важного, и поеду в Лиссабон, у меня завтра утром важные дела по бизнесу.

— Василий, — я дотронулся до его плеча, — может, заночуешь здесь, устал ведь в дороге! А завтра с утра порану и выедешь.

— Спаси Бог за заботу! — улыбнулся Василий. — Я предпочитаю иметь запас времени перед делами, так спокойнее. Да и в этой машине не устаёшь. Я в ней и во Францию катался, и в Италию, так что до Лиссабона доехать вообще не проблема!

Примерно через полчаса мы с Флавианом, освежившись в душе, переодевшись (Флавиан в спортивном костюме — это нечто!), собрались в гостиной, чтобы идти за продуктами.

Василий за это время включил холодильник, проверил функционирование всех техсредств и кухонного оборудования, настроил WI-FI с интернетом и запрограммировал российские каналы в телевизоре.

— Телевизор можешь даже не включать, брат Василий! — сообщил ему я. — Ни Флавиан, ни я его даже дома не смотрим. У Флавиана его просто нет, а у меня он в качестве монитора к «видаку», чтобы детям мультфильмы и что-нибудь познавательное иногда показывать.

— Ну ладно! — кивнул Василий. — Вы уж тут сами техникой распоряжайтесь. Вот на столике городской телефон, с него звоните хоть мне, хоть в Россию без ограничений. Мои телефоны — домашний, рабочий и мобильный — записаны вот в этой книге, звоните в любое время суток.

Ну что, пошли в «меркаду»? — улыбнулся он. — Здесь так торговые точки называются.

— Пошли! — мы встали и покинули дом.

Глава 25

АРМАСАО ДЕ ПЕРА

— Это называется «Паштелария», ударение на последнюю «и»! — сказал Василий, стоя у входа в маленькую, шириной в одну дверь и окно, кафешку. — «Паштель» буквально переводится как выпечка, пирожные, кондитерские изделия.

Фирменный продукт у португальских кондитеров — это «паштель де ната», такая корзиночка с запечёнными в ней сливками, да и вообще они хорошо умеют делать вкусную «кондитерку».

Давайте зайдём сюда, это тихое уютное местечко, выпьем по чашечке кофе с пирожным, и я поеду в Лиссабон!

— Брат Василий! — сказал я с чувством. — В сладость мне бысть сей призыв твой! Слушаю и повинуюсь.

Флавиан как-то неопределённо взглянул на меня, вздохнул и последовал за Василием.

Мы вошли в простенькую застеклённую дверь.

«Паштелария» представляла собой узкое небольшое помещение с дешёвыми картинками на просто окрашенных в салатовый цвет стенах.

Вдоль левой стены стояла стеклянная стойка-витринка, за которой находилась невысокая опрятная худенькая бабушка, лет около семидесяти.

Вдоль правой стены в один ряд стояли несколько столиков, размером чуть больше парижских, со стульями около каждого. Между стойкой и столиками был проход чуть шире метра, в глубине виднелась дверь с табличкой, обозначающей туалет.

За стойкой, кроме симпатичной бабушки, помещался компьютерно-кассовый аппарат, столик с кофемашиной и большой холодильник со стеклянной дверью, за которой были видны бутылки с минералкой, банки с кока и пепси-колами и что-то ещё.

Всё вышеперечисленное помещалось в замкнутом пространстве не более 20 метров площадью.

Мы сели за один из столиков в дальнем углу, чтобы не загораживать проход. Бабушка подошла к нам с блокнотиком, и Василий заказал ей на португальском три чашечки «эспрессо».

— Батюшка! — повернулся он к Флавиану. — «Паштель де ната» нету, и вообще выпечка кончилась, поскольку уже вечер и не сезон, а они здесь обычно не заказывают товар, чтобы он оставался на следующий день, так что выпьем кофе, а выпечку свежую вы попробуете завтра!

— Хорошо, хорошо! — согласился Флавиан. — Я вообще выпечки почти не ем с моей комплекцией, это уж Лёша будет «тест-драйв» производить.

— Исключительно по Вашему настоятельскому благословению, батюшка! — смиренно склонил голову я. — Вы же знаете, какой я «постник и воздержанец»… Кстати, там, кажется, что-то на витрине ещё лежит, пойду посмотрю.

Пропустив перед собой бабушку, принесшую кофе, я подошёл к витринке и обозрел её — в углу, на тарелочке лежала одинокая слоечка типа «язычок» с повидлом.

Вернувшейся от нашего столика бабушке я показал на неё и улыбнулся. Бабушка улыбнулась в ответ и продала мне эту слоечку за пол-евро или даже дешевле — уже и не помню.

Забрав слоечку на тарелке, я вернулся за столик и присел, поставив тарелку посередине стола.

— Ой! — опомнился я. — Я же только за слойку заплатил, надо было сразу и за кофе!