Чтение онлайн

– Блевинс на проводе.

Монитор состояния телефона заморгал, давая алфавитно-цифровую индикацию того, что телефон прослушивается ФБР. Эта проклятая чертовщина работала.

– Извините, что беспокою вас во время обыска, но я только что получил странное сообщение. Поскольку вы занимаетесь делом Джеймисона, мне подумалось, вам следует знать.

– Валяйте.

– Несколько минут назад сюда позвонил мужчина. Он не назвал себя, но сказал, где мы можем найти специального агента Брюэра. Он сказал также, что сам только что покинул это место и что Брюэр мертв. Он также предупредил, что выделил еще несколько убийц-профессионалов для поимки Питера Джеймисона и что нам следует в самое ближайшее время найти его и задержать.

– Хотелось бы.

– Я знаю. Как бы там ни было, этот парень обещал позвонить завтра и рассказать еще кое-что.

– Это на самом деле странно.

– Становится еще более странным. Парню, похоже, известно все о наших операциях, и он настоятельно просит, чтобы мы не передавали по эфиру ничего из того, что он сообщил. Он даже сказал, что мне не следует пользоваться нашим импульсным радиопередатчиком. Это было похоже на разговор с агентом, но я не думаю, что он агент.

– С какого телефона он звонил? Вы засекли?

– Только что. Это местный телефон, номер 555-0090. Этот номер закреплен за некой фирмой. Его нет в телефонной книге, нет записей индексов, нет отметок о вызовах с этого телефона за последние шесть месяцев. Сплошной нуль, по крайней мере до сегодняшнего дня.

– Не очень деятельная фирма. Еще что-нибудь?

– Только это. Адрес для счетов за переговоры – почтовый ящик, который очищается и доставляется по назначению дважды в месяц.

Блевинс превратился во внимание. Осмотрелся в комнате и понизил голос:

– Дерьмо. Значит, этот тип звонил с одной из наших конспиративных квартир.

– Похоже на то.

– О'кей, большое спасибо.

Блевинс повесил трубку и удивился световой индикации на мониторе статуса. Там высвечивалось сообщение, что кто-то в управлении ФБР пытался подслушать разговор, но попытка была успешно блокирована соответствующим устройством.

Сакетт вошел в кабинет с опущенной головой, сунув руки в карманы.

– Проблемы?

Блевинс глубоко вздохнул.

– Надеюсь, что нет. Кто-то беспокоился о Питере Джеймисоне. Сказал, что Брюэр мертв, убит на одной из наших конспиративных квартир.

– В таком случае звонил, по-видимому, Джек Кейн. Если он убил Брюэра, это означает, что он отобрал у него Мелиссу.

– Он и ее убьет?

– Не знаю. Он на это способен, но и в сообразительности ему не откажешь. Предсказать ничего невозможно, но могу предположить, что он хочет получить обратно улики, материалы, которые Джеймисон передал тебе и которые послужили поводом для обыска. Я знаю Кейна и полагаю, что он их получит. Возможно, планирует обменять на них Корли.

– Даже если он заполучит наши материалы, у Драммонда все равно останутся копии.

Сакетт отвернулся. Казалось, его очень интересует, чем сейчас агенты занимаются в гостиной.

– Не знаю, Блевинс. Я на это не рассчитывал бы.

– Не хочешь пояснить, что все это значит?

– Я не стал бы рассчитывать, что материалы, находящиеся у Драммонда, принесут тебе хоть какую-то пользу.

Блевинс осмотрелся в поисках чего-нибудь, что можно было как следует пнуть – своего рода отдушины в моменты, когда он не мог удержать накопившуюся ярость. Мусорная урна вполне сгодилась бы. Или стена. Торчащая задница агента, нагнувшегося над письменным столом Кейна, тоже соблазнительный объект, но она же навела его на мысль о том, что сделать ни черта невозможно, и Блевинс усилием воли заставил себя отказаться от этого замысла.

– В таком случае мне нужно заручиться страховкой, потому что материалы Джеймисона послужили также основанием для обысков в Квонтико. Без них все, что мы обнаружили, будет запрещено к использованию. Все превратится в плод ядовитого дерева.

Сакетт отвернулся и смотрел каким-то странным взглядом. Он не улыбался, но в глазах не было заметно печали.

– Ты прав. Все, кого ты обвинил, включая меня, могут уйти от наказания. Тебе даже нельзя будет говорить об этом, не рискуя быть обвиненным в клевете.

Блевинса так и подмывало схватить Сакетта за шиворот, и так, чтобы он оставался на цыпочках. Но он этого не сделал, потому что подчиненные могут не понять. Или, что еще хуже, – поймут, и он станет для них врагом.

– Ты именно этого хочешь? Уйти от наказания? Мне казалось, ты только что перешел на другую сторону.

– Перешел и именно поэтому предупреждаю, чтобы ты был осторожен. Если Кейн охотится за материалами, тебе нужно опережать его на шаг.

Блевинс снова взял трубку телефона Кейна, опять набрал номер вашингтонского управления ФБР и попросил клерка по сбору улик.

– Каннингам слушает, отделение по сбору улик.

– Послушай, Каннингам. Нужно приказать нескольким клеркам и агентам начать делать копии. Позаботься о том, чтобы у них было достаточно бумаги, потому что мне нужны тысячи документов.

– Слушаюсь, сэр.

– Я хочу, чтобы вы скопировали все содержимое белой картонной коробки с материалами, хранящейся под замком в шкафчике. Я положил его туда в понедельник.

Клерк молчал.

– В чем дело, Каннингам? Что случилось?

– Сэр, этой коробки там нет. Я все проверял, когда два часа назад заступал на дежурство, и ее там уже не было. Я написал рапорт начальнику отдела спецагентов, как положено по инструкции.

– Ты уверен? Может быть…

– Агент Блевинс, докладываю вам, что коробки там нет. Я знаю свое дело, сэр. Кто-то забрал ее.

Мусорная корзина все-таки свое получила. Блевинс пнул ее так, что она полетела в другой конец комнаты.

– …твою мать!

Прежде чем Кейн с Мелиссой появятся в Харборплейс, Джеймисону нужно было отдохнуть. Это будет завершающая встреча, на которой он получит Мелиссу, а потом убьет Кейна и рассчитается с ним за то, что этот ублюдок сделал с ними обоими. Ему отчаянно хотелось спать. На то, чтобы продолжать действовать и лечиться, не хватало сил. Голова и глаз продолжали болеть от ран, полученных в стычке с Джоном Батлером. Он повредил себе шею, когда подкатывался под ноги молодому головорезу в доме Кейси. Половина самодельного шва на раненом боку разошлась, а по левой руке распространялась инфекция, путь которой открыла рана, полученная в доме Драммонда и которую он не успел продезинфицировать.