Чтение онлайн

Она повернулась, без резкости или вызова, и сбежала по склону вниз. Райднур не последовал за ней.

Он долго стоял один, задумавшись. Солнце поднималось, в кебе носились птицы, и работа в долине близилась к концу. Становилось яснее и яснее, что жители дикой местности — «свободные люди», как они себя называли, — вовсе не дикари.

И не жалкие деградировавшие дикари, и не благородные счастливые дикари. То, чему научились благодаря своему способу жизни все их поколения, на которые оказала влияние эта безграничная тенистая земля лесов, отличалось от человеческих обычаев: такая алхимия превратила их в нечто странное, чему жители Девяти Городов не смогли бы дать определение.

Но что же это было?

Не цивилизация, Райднур был в этом уверен. Невозможно иметь настоящую цивилизацию без… библиотек, научного и культурного аппаратов, традиционных зданий, надежного транспорта и коммуникаций — этих необходимых атрибутов высокой культуры. Но можно иметь варварство — тонкое, сильное и смертельно опасное. Он прислушался к голосу истории, сохраненной несколькими учеными. Гиксосы в Египте, дорийцы в Ахейе, лангобарды в Италии, викинги в Англии, крестоносцы в Сирии, монголы в Китае, ацтеки в Мексике. Варвары, для которых влияние цивилизации — ничто, приобрели силу, заставлявшую склоняться перед ними другие цивилизации, несравнимо более развитые.

Варварство было поглощено народами-завоевателями или преодолено само собой. Ближе к концу предкосмической эры цивилизация стала агрессором, разрушающим и пожирающим патетические пережитки варварства. Тяжело было смотреть на то, как народ Карлсарма выступает против атомного оружия и мощнейшей техники, побеждающей его.

Но жители дикой местности разрушили Домкирк.

И они не боялись карательных экспедиций из городов Империи. Почему? Дикая малонаселенная местность принадлежала им — без дорог, без городов, нанесенная на карту только видом сверху — три четверти территории Фригольда! Как каратели смогут их здесь найти?

Ну ладно, вся дикая местность может быть уничтожена. Мулътимегатонный направленный взрыв может предать огню всю планету. Или более тонко: болезнетворные микробы, поражающие растительность, так что вскоре все превратится в пустыню.

Но нет. Такие меры разрушат и Девять Городов. Они должны быть защищены от непосредственного влияния, когда климат планеты изменится, ведение сельского хозяйства станет невозможным, экономика разрушится и люди волей-неволей покинут свой мир. Города были тем единственным, что привлекало на Фригольде Терру или Мерсейю. Они формировали на спорной границе центр популяции и индустрии. Без них Фригольд был бы просто еще одной неразвитой планетой; из-за недостатка металлов он не представлял бы ни для кого ценности.

Несомненно, Карлсарм и другие вожди понимали это. Варвары могли быть уничтожены по частям постепенно, при расчистке и культивировании лесов. Без сомнения, они понимали и это и намеревались предупредить подобный процесс.

На сегодняшний день Городов осталось уже только восемь, два из которых находились в руках их арулианских друзей, а еще два покалечены войной. Какой бы следующий шаг варвары ни планировали и получится это или нет, они могли навлечь катастрофу на головы цивилизованных фригольдиан.

Райднур сжал губы и стал спускаться с холма.

На полпути он встретил поднимавшегося навстречу Уриасона и издалека услышал голос разбушевавшегося мэра, который обращался к ухмылявшимся поселенцам:

— …Предательство! Я говорю, трое из вас — предатели! О да, вы говорите о «восстановлении дружеских отношений» и «работе по разрядке напряженности». Но факт говорит сам за себя; вы уходите к чудовищам, уничтожившим ваш дом! И почему? Потому что вы не годитесь в люди. Потому что вам лучше бездельничать на солнышке, играть с немытыми неряхами и делать вид, что несколько суеверных обрядов вам «более близки», чем забота о Вселенной. Но так долго не продлится, джентльмены. Уж поверьте, чары скоро спадут. Вы вернетесь скрытно, как многие другие беглецы, ожидая, что будете приняты снисходительно, как были приняты они. Но предупреждаю вас — это война. Вы сотрудничаете с врагом. И если вы посмеете вернуться, то я, ваш мэр, сделаю все, чтобы вас примерно наказали за измену!

Тяжело дыша, он остановил Райднура:

— А, это вы, сэр. — Его голос неожиданно стал тихим. — Разрешите сказать вам пару слов, пожалуйста.

Ксенолог подавил вздох и приготовился слушать. Уриасон огляделся. Никто ими не интересовался.

— Я действительно возмущен, — сказал мэр, отдышавшись. — Их трое! Они сказали, что находят свою работу скучной и хотят чего-нибудь новенького… Но не в том дело. Я всего лишь старался не выходить из роли.

— Что? — Райднур чуть было не выронил трубку изо рта.

— Спокойно, сэр, будьте спокойны, прошу вас. — Маленькие глазки Уриасона пристально и не мигая уставились на терранина снизу вверх. — Я допускаю, что вы тоже присоединитесь к дикарям.

— Почему… зачем…

— Это отличная возможность исполнить вашу миссию и узнать что-нибудь о них. А?

— Но я не… Ну… э-э… такая идея приходила мне в голову. Но я не актер. И никогда не смогу убедить их в том, что вдруг, по каким-то причинам, перековался. Они могут поверить, если это скажет скучающий молодой провинциал, который недостаточно сообразителен, чтобы притворяться. Но даже тогда они некоторое время не будут спускать с него подозрительных глаз. А я терранин средних лет, ученый, отец семейства — разве я смогу? Жители этой дикой местности совсем не глупы, мэр.

— Знаю, знаю, — нетерпеливо сказал Уриасон. — Тем не менее, если вы попросите их взять вас с собой, сославшись на необходимость собрать информацию; они согласятся. Я уверен — потому что держу открытым не только рот, но и уши. Дикари озабочены развитием связей с Империей, Они дадут вам вернуться, когда бы вы ни попросили. Почему они должны вас бояться? К тому лее, пока вы пешком достигнете одного из Городов, любые военные сведения, которые вы раздобудете, устареют. По крайней мере, дикари будут так думать.

Райднур проглотил слюну. Круглое красное лицо мэра не выглядело больше комичным. Оно выглядело умоляющим. А через некоторое время — уже приказывающим.

— Послушайте, профессор, — сказал Уриасон. — Я разыгрывал шута, чтобы меня игнорировали и не принимали всерьез. А вашей лучшей ролью, возможно, станет роль рассеянного академика. Но таким образом вам может быть дан шанс обессмертить свое имя. Если у вас хватит мужества.

Послушайте, говорю. Я слышал их разговоры. И взвесил все, что узнал. Уничтожение Домкирка — лишь часть большого плана. Это было сделано раньше намеченного срока для того — чтобы освободить находившихся у нас пленников. Но что за этим последует, я не знаю. Я только уверен в том, что план смелый, широкомасштабный и жестокий. Если это так, значит, их силы должны быть где-то сосредоточены. Не так ли? Более того, мне кажется правдоподобным, что и эти убийцы присоединятся к тем силам. Возможно, я ошибаюсь. Но даже если и так, вы ничего не потеряете и сможете просто продолжать разыгрывать рассеянного ученого до тех пор пока не решите уехать домой. А это уже само по себе будет полезно. Вы получите ценную информацию.