Чтение онлайн

Карлсарм отпустил его, поднялся из-за стола и встал у темного выбитого окна, скрестив на груди руки и давая пленникам оценить себя, пока сам изучал их. Один выглядел комично: коротенький, пузатый, краснолицый и пучеглазый — казалось, гибель города была его личной трагедией. Парень, стоящий рядом с ним, был более интересным: высокий, светловолосый, с резкими чертами лица. Наспех надетая одежда, поведение и далее внешний вид делали его непохожим на жителя тех мест Фригольда, о которых слышал Карлсарм.

— Кто вы? — прошипел маленький человечек. — И что все это значит? Вы понимаете, что натворили?

— Я думаю, он знает, — сухо заметил его спутник. — Разрешите нам представиться. Мэр, достопочтенный Ричард Уриасон, а я — Джон Райднур с Терры.

Представитель Империи! Карлсарм приложил все усилия, чтобы сохранить бесстрастное выражение лица, и попытался достойно ответить на поклон Райднура.

— Добро пожаловать, господа! Могу я узнать, почему вы, обитатели разных миров, находитесь здесь?

— Я прибыл в Домкирк с целью проинтервьюировать… э-э… ваших людей, — ответил Райднур. — С надеждой найти понимание, с намерением окончательного примирения. Как гость мэра Уриасона я чувствовал, что могу помочь ему… ну и вам, прийти к соглашению.

— Что ж, возможно. — Карлсарма не волновал скептицизм этого высказывания. Империи не понравилось бы то, что намеревались сделать дикари. Он повернулся к Уриасону: — Мне срочно нужна ваша помощь, мэр. Этот город будет разрушен. Пожалуйста, скажите всем жителям, чтобы они немедленно покинули свои дома.

Уриасон покачнулся. Райднур поддержал его. Лицо мэра посерело. Он задохнулся:

— Что? Нет. Вы ненормальные. Ненормальные, говорю вам. Вы не можете… Это невозможно.

— Можем и сделаем, мэр. У нас ваш арсенал, мы удерживаем ваш ракетно-ядерный плацдарм, и кое-кто из нас знает, что с ним делать. Самое большее через несколько часов прибудет крупное подкрепление из другого города или какой-нибудь гарнизон сил Империи. Кстати, возможно, это произойдет и раньше. Мы же хотим уйти отсюда еще до того, как это случится. То же должны будут сделать и ваши люди. Эвакуироваться должен весь город.

Уриасон обмяк и стал хватать ртом воздух. Райднур тоже выглядел напуганным, но старался не подавать виду. — Ради вас самих, не надо. — Голос терранина задрожал, — Я неплохо знаком с историей человечества, И знаю, какую месть повлечет за собой жестокое и бессмысленное разрушение.

— Не бессмысленное, — возразил Карлсарм, — Жаль, что исчезнет собор, произведение искусства. И музеи, библиотеки, лаборатории. Но у нас нет времени для выборочного разрушения. — Он отбросил чувство сожаления и произнес, как одна из тех машин, которые он так ненавидел: — Мы не настолько глупы, чтобы оставить здесь базу для вооруженных операций против нас и нашей земли. Что бы там ни было, то, о чем я сказал, произойдет до конца дня. Вы хотите пощады для ваших людей? Если да, то поторопитесь поговорить с ними!

Эвакуация заняла больше времени, чем он ожидал. После сообщения Уриасона горожане быстро покинули дома и двинулись но улицам к аэропорту, как стадо коров. Они ворчали и бормотали, рыдали и стонали под убаюкивающим блеклым светом Селены, (На фоне ее меркнущего сияния ярче и отчетливее проступили звезды — звезды Империи. Люди видели и понимали, какая зияющая бездна отделяла их от этих звезд, — понимали и содрогались под дуновениями предрассветного ветра.)

Жители города путались друг у друга под ногами, не слушались команд своих конвоиров, спотыкались и задерживали процессию, пытаясь найти своих родных. К тому же Карлсарм забыл о больнице, откуда следовало эвакуировать пациентов, среди которых находились тяжелобольные.

Один за другим самолеты с людьми подымались в воздух, отлетали на пятьдесят километров, высаживали их и возвращались, чтобы взять новых пассажиров. Наконец, когда на востоке блеснул первый рассветный луч, Домкирк был пуст, и только ветер гулял по его улицам.

Тогда армия Апвуда тоже погрузилась в самолеты и улетела на запад. Большинство пилотов составляли горожане, а потому заставить их поднять машины в небо аборигенам удалось только тогда — когда они пригрозили упрямцам ножами.

Карлсарм и часть его команды смотрели — как последнее транспортное средство покидает землю. Оно вернется за ними после того, как они закончат свое доле. (Карлсарм осознавал степень несоответствия: лесные братья с кинжалами на поясах, готовые расщеплять атом!) Тем временем Эвагайл, Вольф и Ноач — его подручные — наблюдали за Уриасоном и Райднуром, которые помогали управлять толпами людей.

После того как напряжение несколько спало, мэр кажется, совсем раскис.

— Вы не можете этого сделать, вы не можете этого сделать, — бормотал он, когда его вели по трапу в самолет.

Райднур задержался у двери и посмотрел вниз. Взгляд его был как будто насмешливым.

— Я приведен в замешательство вашим методом — сказал, он. — Как вы взорвете город и при этом сами не взлетите на воздух? Кажется, у вас отрывочные представления о приспособляемости. Ведь это не просто — установить часовой механизм.

— Непросто, — согласился Карлсарм. — Но запустить ракету под любым необходимым углом легче. — Он помахал невидимой Эвагайл. — Мы скоро присоединимся к вам.

Аэробус взлетел и вскоре исчез среди меркнущих звезд. Карлсарм дал своей команде распоряжение готовиться и вышел на улицу, чтобы посмотреть первую часть представления. От приземистой башни за его спиной до самых разрушенных бараков простиралось серое голое летное поле. Как отвратительны результаты деятельности роботов!

И тут взлетели ракеты. Карлсарм почувствовал, как сердце зашлось у него в груди.

Это были ракеты на твердом топливе, непонятно по каким причинам установленные в маленьком провинциальном городке, который находился так далеко от фронта, что арулиане вряд ли могли атаковать его всерьез.

Ракеты покинули пусковые установки, расположенные на некотором расстоянии друг от друга, и величаво взлетели, извергая огонь и белые облака дыма и ревя свою громовую песнь так, что дух захватывало. Карлсарм стиснул арбалет и свирепо воззрился на эту картину. А пламя поднимаюсь все выше и выше, пока не забушевало перед его глазами, подхваченное ветром, — ад, созданный ракетами на том месте, которое они должны были защищать.