Форсаж
Шрифт:
– Мне нужно лететь в Шанхай, – объявил он Элли, едва войдя в квартиру. Уголки ее губ опустились.
– Нет. – Да.
Она перебирала почту.
– Ты же только оттуда.
– Но муниципальные власти Шанхая заморозили нашу стройку. Ответственный за строительство сейчас в Шенжене, устраивает контракт на цемент. Я вылетаю в четверг утром.
Элли уронила конверты, которые держала в руках.
– Чарли, у тебя же есть люди, чтобы решать такие вопросы.
– К сожалению, без меня не обойтись. Это всего лишь часовой разговор, но он должен состояться с глазу на глаз.
Она разозлилась.
– Ты мне нужен здесь.
– Я нужен моей компании там.
– Ты нужен своей жене здесь.
– Это очень короткая поездка, Элли.
– А когда вернешься, ты поедешь туда? Чтобы посмотреть?
– На что посмотреть?
– На дом. В Виста-дель-Мар.
– Может, поискать еще в других местах?
– Нет, думаю, что это идеальное место. Я очень… – Она испуганно на него взглянула. – Я забыла слово.
– Выбирала тщательно? Она грустно улыбнулась.
– Внимательно? Оценивающе? Старательно? Скрупулезно? Ты это хочешь сказать, Элли?
Она начала плакать.
Ты пугаешь меня, дорогая, подумал Чарли.
– Ну что? Что с тобой? – Он поймал руку Элли и нежно повернул ее ладошкой к себе. Ее напряженный взгляд и сжатые губы не оставляли сомнения.
– Так ты купила этот дом? Ведь я прав?
– Да. – Она наблюдала за его реакцией. – Да, Чарли, купила.
– За сколько?
– За много. Я внесла первый взнос и подписала все документы.
– А со мной ты не могла обсудить?
– Ты бы сказал «нет».
Он присел на стул.
– Значит, купила?
– Я заплатила членские взносы, и мы теперь официальные члены Виста-дель-Мар.
Наверное, четверть миллиона долларов, решил Чарли.
– Но я не заметил, что были израсходованы деньги. Как же тебе удалось это сделать?
– Я продала кое-какие драгоценности, из тех, что оставила мне мать.
– Но они не могли столько стоить.
– За все про все – шестьдесят две тысячи.
– А как насчет Джулии? Ты ведь хотела отдать драгоценности ей.
– Я ей показала шкатулку и позволила выбрать то, что она захочет. Взяла колечко и бусы.
– Шестьдесят две тысячи не сумма, чтобы тебе оформили купчую, дорогая.
– Я играла на бирже.
– Биржа последнее время была не особенно прибыльной.
– Акции «Текнетрикс» особенно не дешевели, – напомнила она.
Чарли вскочил со стула.
– Ты что, торговала «Текнетрикс»?!
Она промолчала, только улыбнулась.
– Элли, все мои трансакции должны быть зарегистрированы! Комиссия по биржевым фондам не делает различий между мной и членами моей семьи при покупке…
Она прижала руку к его груди.
– Имей немного веры в свою жену.
– Не понимаю.
– Ты же знаешь, что твой конкурент преуспевает.
– «Манила телеком»?
– Ты приносишь домой отчеты об их деловой активности каждые две недели.
Он нахмурился, едва веря своим ушам.
– Так ты читала секретные материалы по «Манила телеком»?
– Они содержат никого полезной информации.
– Ты покупала акции «Манила телеком»?
– Если они могут составить тебе серьезную конкуренцию, значит, это очень сильная компания.
Чарли сделал шаг назад.
– Так ты скупала акции моих конкурентов, чтобы запихнуть меня в Виста-дель-Муэрте?
– Я бы не стала выражаться так.
– Просто замечательно. Ничего более приятного в жизни не слышал. Я-то думал, что кое-что знаю о ней, но нет. Старина Чарли не знает ничего!
Она подалась к нему.
– И все же я могу сказать, что ты отчасти доволен.
– Ну что ж, черт побери, ты меня, во всяком случае, развеселила.
– Я хотела сделать тебе сюрприз.
– Что тебе вполне удалось. Очень хорошо удалось. Просто ужас как удалось…
Ему было интересно, как жена это все провернула.
– Так вот куда ты все время ходила. Где проходили биржевые сделки?
– В офисе Чарльза Шваба на Шестой авеню есть очень приятный молодой человек. Все, что я ему сказала, так это то, что хочу торговать акциями «МТ». – Она вся сияла от гордости. – И я была очень дисциплинированной.
– Индекс «МТ» был около двадцати пяти?
Она покачала головой.
– Нет же, нет, он приближается к тридцати четырем.
– Боже, а я и не знал.
Имея на руках много двухтысячных пакетов, объясняла Элли, она продавала их, когда рыночная стоимость поднималась на доллар или два, и скупала при ее падении на два доллара. Огромный объем акций, выставленных «Манила телеком» на биржевые торги, позволял сравнительно легко покупать и продавать акции. В иные дни, рассказывала Элли, она зарабатывала несколько тысяч долларов, так что смогла со временем оперировать пятитысячными и даже несколькими десятитысячными пакетами. В общем, было трудно не сделать деньги, попав в ритм и общий поток торгов.
– Так сколько тебе удалось заработать? – спросил Чарли.
– Ну, что-то около трехсот тысяч. Почему это так сильно укололо его?
– Ты превратила шестьдесят две тысячи в триста всего лишь за пять-шесть месяцев?
– Да. И очень горжусь своей удачей.
– А кто будет платить налоги на доходы? Она улыбнулась.
– Вы, мистер.
Он внимательно вгляделся в ее лицо.
– Да, думаю, что я.
– Виста уже почти полна. Мне удалось опередить других претендентов.
– Итак, мы повязаны этой сделкой?