Чтение онлайн

работах по созданию нового оружия. Особенно важными для Красной Армии были

сверхсекретные данные о военно-воздушных силах и военной промышленности,

которые доставал "Этьен".

Между тем политическая атмосфера становилась все напряженнее, работать

было день ото дня труднее. "Этьен" долго избегал слежки огромного аппарата

немецкой контрразведки. Но вот один из иностранцев, передававших разведчику

некоторые сведения, был арестован. Не выдержав изощренных пыток,

арестованный согласился участвовать в полицейской ловушке.

В условленное время в назначенном месте "респектабельный делец" ждал

встречи со "светским приятелем". "Приятель", пришел не один. Так был

арестован "Этьен".

– - Приведите арестованного, -- коротко бросил в телефонную трубку

немецкий контрразведчик. Понимающе переглянувшись с сидевшими за столами

Коллегами, контрразведчик добавил: -- Этого... инженера-предпринимателя...

Несколько глаз выжидательно уставились на дверь. Еще бы: запахло

крупной удачей. Гестапо удалось схватить явного иностранного разведчика.

Вначале ,был арестован один из его помощников. Под воздействием пыток он

смалодушничал и навел контрразведку на этого разведчика. Правда,

арестованный выдал себя за простого предпринимателя-инженера. Но они-то

полагают, что это не так. По их мнению, он ведет разведку в пользу

Советского Союза. Многое теперь решит предстоящий допрос. Любой ценой нужно

вырвать у арестованного признание, что он советский агент. Какое тогда можно

будет раздуть громкое дело против СССР! Перед контрразведчиками мерещились

на газетных полосах сенсационные заголовки о судебном процессе над

советскими разведчиками, разоблачительные заявления политических деятелей.

Вот и арестованный. Рослый, с крупными чертами лица, с залысинами на

выпуклом лбу он спокойно подошел к столу.

– - Ваше подлинное имя и кем вы сюда засланы?

– - Я уже говорил, и по паспорту видно, кто я, откуда и чем занимаюсь...

– - Не сочиняйте, -- перебил его контрразведчик. -- Мы знаем, вас

забросила советская разведка. Иначе зачем было интересоваться, например,

сведениями о нашей авиации?

– - Просто интересовался техникой, -- арестованный чуть усмехнулся,

разведя руками.
– - Повторяю, я ведь инженер...

– - Хватит! Сознавайтесь, что вы из России и работаете на нее. Не

осложняйте свое положение. А сознаетесь-- выпустим на свободу.

Но арестованный был непреклонен. Снова допрос. Потом еще и еще угрозы и

уговоры, издевательства и заигрывания. Но этот человек неизменно твердит

одно и то же, не выдает ни одного из своих товарищей. Он, говорится в

заключении следствия фашистской контрразведки по этому делу, иностранной

национальности, но к какой стране принадлежит, не было возможности выяснить.

Предпринятое по этому поводу расследование позволяет считать, что данные им

о себе сведения неверны.

По некоторым имеющимся уликам можно подозревать, что он русский...

Однако он все это отрицал...

Наконец состоялся столь необходимый для гестапо и контрразведки

процесс. Но ожидаемого эффекта не получилось. Позже стало известно:

разведчик и там был тверд и мужественен, ничего не сказал.

Было предпринято несколько попыток вызволить разведчика из застенка --

они оказались безуспешными. Фашисты надежно стерегли своего неизвестного

узника. Верные люди, предварительно смазав все узлы чиновничьего аппарата,

предложили разведчику подать прошение о помиловании. Но советский человек,

коммунист, полковник Лев Ефимович Маневич -- таково было настоящее имя и

звание неизвестного -- ответил: "Не подобает писать такие прошения члену

нашей партии и красному командиру. Какой пример подам я политзаключенным?"

Он и в этот момент не думал о себе.

Шла Великая Отечественная война. Узника переводили из одного концлагеря

в другой. Маутхаузен, Мельк, Эбензее... В одном из лагерей, воспользовавшись

неразберихой с документами вновь прибывших заключенных, разведчик назвал

себя советским военнопленным полковником Старостиным. О чем вспоминал он

тогда, произнося перед гестаповцами имя далекого друга. О схватках

гражданской войны? О полуголодных и самых счастливых курсантских годах в

Москве? Кто ответит на это теперь?

О тех далеких днях рассказывает сегодня жена разведчика.

.. Просторная комната современной московской квартиры залита ярким

светом электрической люстры. За столом, заваленным письмами и фотографиями,

сидит пожилая, седовласая женщина с открытым русским лицом, живыми темными

глазами. Надежда Дмитриевна Маневич -- жена Льва Ефимовича. Она тоже долгие

годы была кадровым офицером, служила в Генеральном штабе, ушла в отставку в

звании подполковника.

– - Познакомилась я с Левой еще в гражданскую войну,-- голос Надежды

Дмитриевны чуть глуховат от волнения. Родом он из Гомельской губернии, сын

мелкого служащего. Был мобилизован в царскую армию, служил Рядовым, старшим

разведчиком стрелкового полка. В апреле 1918 года добровольно вступил в