Чтение онлайн

Слухи и сплетни постепенно заполняли копилку знания своими медяками. Каждый третий или четвертый шепоток касался "Лондонцев", утверждая, что они не так уж и медленно убеждают других покинуть город. Так что он ждал, призывая себя к терпению. Ежедневно выслушивал он всплывающие на поверхность истории, которые повествовали об иссушающей болезни, терзавшей некоторых горожан, о трагических случайностях, подстерегавших всех, кто решался сопротивляться власти зимы.

Биф даже сейчас слышал как некоторые тихо шепчутся, возможно осуждают его решения, быть может и подбивают на бунт…

«Но ведь я не диктатор, народ выбрал меня сам», — рассуждал он. — «Мой долг оправдать их надежды, даже если спасение требует суровых решений».

Старина Бор присмотрит за городом. А пока кое-кто будет гнить в тюрьме, у губернатора будет немного времени продумать следующие шаги.

Но сейчас к Бифу пробирался по снегу бригадир участка. Мужчина был явно чем-то встревожен.

— Губернатор, сэр, там, у конвейера…

— В чем дело?
– ответил Биф, почесывая нос.

— Там, Лесли, сэр…

Биф бросил мешок с углём и поторопился следом за бригадиром.

Лесли лежал на снегу, а другие рабочие толпились вокруг него.

— Разойдитесь, черт бы вас побрал! Что с ним?

— Он… Он мёртв, сэр, — произнес Бик скорбным тоном, щупая пульс. — Сердце не выдержало.

Биф отлично знал каждого, кто проделал с ним исполинский путь от самого Лондона. Лесли был из тех стариков, кто подстегивал молодых сражаться ни смотря на все ужасы нового Ледникового периода. О был из тех, кто пережил ирландское восстание, которое было подавлено английскими войсками. Всю свою жизнь он сражался…

"И сегодня, после стольких битв, ты умер от какого-то сердца?"

— Отнесите тело на кладбище, — холодно произнес Биф. — Мы найдем время, чтобы попрощаться с ним. Но сейчас, все должны вернуться к работе.

Когда Лесли погрузили на носилки и понесли на кладбище, Биф увидел на лицах шахтеров всю палитру тревоги и ужаса. Он хотел уже вернуться к работе, как кто-то схватил его за руку.

— Это только начало!

Бик Суотсон стоял рядом с ним, страшный, худой как скелет, возвышающийся как большое безлистное дерево. От него разило потом и страхом.

— Чарли был прав! Место того, чтобы спасаться на юге, мы остались в морозном аду. Он прав, так? Мы ведь все умрем здесь?

Биф резким движением освободил свою руку.

— Возвращайся к работе, — холодно произнес он. — У нас нет времени на обсуждение бесполезных вещей.

— И что ты сделаешь, а? Что ты сделаешь, Биф? Посадишь меня рядом с Чарли в клетку? Люди выдохлись! А ты все позволяешь лишним ртам…

Молниеносный хук с лева заставил Бика заткнуться. Вскинув руки он упал на снег, а Биф навис над ним и придавил ногой к земле. Никто не решился вмешаться.

— Послушай меня! Послушай меня внимательно, маленькое дерьмо! За моей спиной сотни людей! Сотни! Каждый из них трудится не покладая рук и ты будешь продолжать трудиться вместе с нами когда я скажу и сколько я скажу!

Биф убрал ногу с груди испуганного Бика и обратился ко всем.

— У нас нет времени на страх и отчаяние! Каждая потраченная минута это чья-то жизнь. Каждый потраченный день это — жизнь всего города! Подбивая друг друга на бунт вы лишаете себя этой жизни. Ты лишаешь жизни других, Бик. И если потребуется, я не просто закрою тебя в клетке, но и убью. Ты меня понял? Отлично!

Возвращаясь к брошенному мешку с углем, Биф понимал — это только начало. Он чувствовал, как лидерство быстро превращало его в одинокого и злого человека. Постепенно он научился видеть в лицах людей мужество и страх. И как бы ему не была противна эта мысль — Лесли помог ему увидеть куда больше, чем подозрения и долгие допросы… Они согласятся с ним.

«В Пустоши нет надежды на спасение! Нет ее и в Лондоне!»

— Губернатор!

Биф давно стал относился к Альфреду как к сыну.

— Что случилось, Альфред? Почему ты не в приюте?

— У парового лифта люди, сэр! Там братья Стьюи и раненная девочка!

— Так-так… И что тут у нас? — произнес Олбрайт толкая шлюзовую дверь.

Каннибалы в испуге застыли, но увидев лишь двоих англичан тут же схватились за стволы.

— Саксы? — удивился рябой все так же вяло и равнодушно. Он бросил разделочный нож и уставился на непрошеных гостей.

— Из города неподалеку, — ответил Олбрайт, стараясь скрыть свое отвращение. — Мы пришли за ядрами. Мы знаем, что они у вас есть.

— Оу… — протянул рябой. — Паровые ядра? Верно… Верно…

— Дредноут окружен, — сказал Хэнс. — Кровь нам ни к чему, поэтому, мы предлагаем договориться мирно.

— Мирно! — воскликнул рябой и расстегнул кобуру на поясе. — Так значит в Англии тоже принято врываться и требовать что-либо с револьверами в руках? Я думал это свойственно нам — американцам! Не так ли, парни?

Банда захихикала и повскакивала со своих мест. Ублюдки кажется слишком быстро пришли в себя и Олбрайту показалось, что их доводы были не весьма убедительными.

Предводитель каннибалов ухмыльнулся и небрежно пригрозил Олбрайту пальцем.

— Я знаю, что вы одни; я знаю, что нас больше; но ты храбрый парень. И знаешь что… — рябой вдруг призадумался. — Я отдам тебе их. Да! Только мы заключим с тобой сделку, крутой парень!

— О чем это ты?

— По всей видимости Пустошь вновь накроет буря. Нам вряд ли удастся пережить её в этот раз… Поэтому, вы отведете нас в ваш город.

Чушь! Олбрайт не засмеялся - хотя бы потому, что разделял опасения Рябого, но он не собирался их озвучивать.