Чтение онлайн

Маша взяла в руки поводья и закусила нижнюю губу.

— Я могу ехать медленно?

— Хорошо, — сказал Бернард.

Маша причмокнула языком и повела Аякса по внешней стенке манежа, пытаясь держать спину прямо, она практически выгнулась назад.

Ее пятки покоились на боках у пони.

— Ну? — спросила Амара, как только ребенок отдалился на несколько ярдов.

— Исана едет.

— Опять? Она была здесь три дня назад.

— Сенатору Валериусу удалось собрать кворум Сената, — сказал Бернард. — Он собирается оспорить законность брака Септимуса.

От этих слов у Амары во рту появился неприятный привкус, и она пнула землю.

— Бывают моменты, когда мне хочется, чтобы ты ударил этого эгоиста немного посильнее.

— Во время спасательной операции было много неразберихи, — сказал Бернард. — И Валериус не заткнется. Будет препятствовать моим убеждениям.

Он поджал губы и задумался.

— В следующий раз в этой ситуации я поступлю иначе.

Амара издала небольшой смешок и покачала головой, глядя с сторону Маши.

— Кровавые вороны, — прорычала она сквозь сжатые зубы. — Даже сейчас, когда все поставлено на карту, эти идиоты играют в свои игры. Они будут заключать свои сделки под столом, пока воины ворда не порвут их в клочья — как будто ворд — это лишь временное неудобство!

— Они должны так прикидываться, — сказал Бернард. — Иначе им пришлось бы признать, что были дураками, когда не послушали предупреждения, которые мы делали вороны знают сколько лет назад.

— Это будет ужасно, — сказала Амара. Секунду она обдумывала ситуацию. — Если Валериус победит, это даст Аквитейну все необходимые оправдания, чтобы удержать корону, даже ес… даже когда вернется Октавиан.

Бернард утвердительно хмыкнул.

— Что нам делать?

— Поговорить с моей сестрой, — сказал Бернард. — Выяснить, кого из сенаторов можно склонить на свою сторону.

Маша и Аякс практически завершили свой медленный обход манежа.

— Как она?

— Она улыбалась, — сказала Амара. — Шутила. Почти смеялась.

Бернард рокочуще выдохнул.

— Ну и ну. По крайней мере сегодня произошло что-то хорошее. Если бы мы могли добиваться столького каждый день, все могло бы неплохо сложиться.

— Могло бы, — произнесла Амара.

Он вскользь взглянул на нее, затем нежно покрыл ее руку своей.

— Как ты?

Она стиснула его пальцы, ощущая их спокойную силу, шероховатые мозоли на огрубевшей от работы коже.

— Женщина, чей смертный приговор я практически подписала, поручила мне защищать и воспитывать своего ребенка. Менее чем через день после этого я убила отца Маши. И каждую ночь, когда ей снятся кошмары, эта маленькая девочка приходит ко мне, ища защиты, — Амара покачала головой. — Не могу понять, что я должна испытывать по этому поводу, любимый.

Подходя ближе, Маша взглянула на Амару. Она убедилась, что держит спину прямо, а ее улыбка была одновременно и гордой, и раздосадованной.

Амара почувствовала, что улыбается в ответ. Она просто не могла сдержаться.

Перед лицом надвигающегося ужаса, улыбка ребенка предсталяла собой знамение победы.

Бернард взглянул на них обеих и кивнул, его глаза сияли.

— Почему бы тебе не улететь с ней обратно в Гаррисон? Я приведу Аякса, и мы встретим Исану в моем офисе.

Амара поглядела на своего мужа и одарила его медленным и нежным поцелуем в губы.

Затем она направилась к Маше, на ходу надевая свои кожаные летные перчатки. Маленькая девочка заметила ее и поприветствовала.

Амара задумчиво закусила губу, обдумывая слова мужа.

Возможно, он прав. Возможно, маленькие победы сложатся в нечто большее.

— Нарубите, чтоб вас, достаточно деревьев для вашего участка, — взревел Валиар Маркус. — Клятый Легион делитантов уже закончил две трети своего частокола, а вы, бестолочи, так и будете сидеть здесь и ныть о том, что побросали свои столбы в Кании?

Он шагал вдоль линии работавших легионеров, обрушивая свой жезл на броню, а время от времени и на ленивую черепушку.

После продолжительного безделья на кораблях дисциплина, к сожалению, хромала, мужчины отвыкли от веса своих доспехов.

— Если Свободный Алеранский разобьет лагерь прежде нас, да помогут вам великие фурии, жалкие ублюдки, я сотворю с вами то, что заставит вас молить ворд о пристанище!

Маркус продолжал свою неизменную тираду, пока вышагивал взад и вперед вдоль выбранного Первым Алеранским места для лагеря на берегу.

Они удерживали территорию двух соседних холмов, окруженных старыми скалистыми выступами гор, которые были покрыты колючками и густым кустарником.

Широкая долина между ними была отдана канимам, которые энергично приступили к строительству своего собственного лагеря.

Огромные отряды нечеловеческих созданий были хорошо экипированы инструментами и с лихвой компенсировали недостаток алеранских навыков в заклинательстве грубой физической силой… и численностью.

Маркус задержался, чтобы обозреть долину, расстилавшуюся внизу. Кровавые вороны, сколько же здесь было канимов.

И все они — воины. Варг не хотел рисковать, высадив с кораблей гражданское население, пока не будут возведены основные укрепления.

Маркус не мог винить его за это. Если бы ему самому пришлось приплыть в Канию с последними выжившими алеранцами, он бы тоже не высадил их на открытом месте всего лишь в пяти милях от самого воинственного города на всем континенте.

С вершины холма Маркус мог разглядеть на севере Антиллус — кольца массивного серо-белого камня, нагроможденные друг на друга, стоящие, в свою очередь, на останках древней горы.