Футарк. Первый атт
Шрифт:
Эта вольная импровизация произвела на чету Флип поразительное действие: они переглянулись и уставились на Сивиллу, как завороженные. Та поняла, что им еще недостаточно, и продолжила:
– Какая страшная судьба! Всему виной моя, моя ошибка! Меня казните, отдаюсь я в ваши руки…
И она поползла на коленях к супругам. Те попятились. Сивилла, решив, видимо, что им опять мало, вдруг пронзительно взвыла и вцепилась ногтями себе в лицо, раздирая его в кровь.
– Ах, что вы делаете, перестаньте! – всполошилась миссис Флип, выйдя из транса. – Памела еще не помолвлена!
– Какое счастье… – выдохнула Сивилла, глядя на нее обожающим взглядом. – Какое счастье, обошлось без жертв… Успела вовремя я упредить несчастье…
Я еще чуть приоткрыл дверь и показал ей кулак. Она явно не поняла. Тогда я показал ей монету, и Сивилла живо взвилась на ноги.
– Должна вернуть вам то, что не по праву принадлежит мне. Вот, берите, вот!..
По полу раскатились монеты, девица кинулась их собирать и впихивать в руки Флипам.
– А… значит, за этого джентльмена Памеле никак нельзя замуж? – осторожно спросила миссис Флип.
– Ни в коем случае! – воскликнула Сивилла уже нормальным голосом. – Думать забудьте, если только не желаете погубить жизнь дочери!
– А… за кого же тогда?
– За кого угодно, – сурово сказала она, – только не за того, о ком вы меня спрашивали. Лучше за последнего башмачника, чем за него! Да что там, ваша дочь составит прекрасную партию! Руны сказали, – понизила она голос и покосилась на меня, – что ей очень скоро повезет…
– Может, нам лучше уехать на некоторое время, чтобы она успокоилась? – неуверенно сказала миссис Флип. – Я уверена, деточка страшно расстроится! Он так ей понравился!
– Руны говорили о дороге, – кивнула Сивилла. – Думаю… курорт подойдет. Нет-нет, ни цента не возьму! Лучшей платой для меня стало то, что удалось предотвратить трагедию!..
Наконец они распрощались. Я дождался, пока хлопнет входная дверь, вышел и тихонько поаплодировал. Сивилла стирала со щек красную краску.
– Ну что? – устало спросила она. – Так сойдет?
– Искренне на это надеюсь, – кивнул я. – Правда, со «в стельку пьян» вы несколько перестарались.
– Это для пущего драматического эффекта, – хмыкнула она. – Вроде сработало. Видели б вы их лица!
– Я видел частично, – вздохнул я. – Благодарю за сотрудничество.
– А, – махнула она рукой. – Это было даже забавно… Правда, если вы все-таки сдадите меня в полицию…
– Я ведь дал слово, – ответил я. – А вы сделали, что могли. Дальнейшее от нас не зависит.
– То есть я могу уезжать?
– Да, пожалуй, – кивнул я. Если это представление не поможет, то смысла держать здесь Сивиллу просто нет. – Кстати, а вы, случаем, не играли в театре?
– Было дело, – усмехнулась она. – Так заметно?
– О да. И мой вам совет – возвращайтесь лучше на подмостки. Играть роли у вас получается куда лучше, чем гадать!
– Я подумаю, – ответила она.
– Всего доброго… Сивилла.
– И вам того же, мистер Кин…
Больше я никогда ее не видел.
На следующий день я намеренно не выходил из дома. В конце концов, с этими неурядицами я совершенно забросил не только моих малюток, но и тренировки. А это, знаете ли, уже никуда не годится. Бокс превосходно позволяет снять нервное напряжение, и, хоть у меня нет спарринг-партнера, я вполне обхожусь боксерской грушей. Ну и прочее, по мелочи, чтобы не распустить себя и не обзавестись с возрастом изрядным брюшком. А это было вполне возможно: племянница Ларримера (которую я, кстати, еще ни разу не видел) готовила изумительно, настолько лучше прежней кухарки, что я уже начал подумывать – а не взять ли ее в дом? Ларример будет рад, я уверен, а меня это не разорит.
И вот, когда я, ощущая приятную усталость, расположился в кресле с газетой, явились посетители. Супруги Флип, разумеется!
– Мне кажется, у меня еще оставалось время, – любезно заметил я, когда мы обменялись приветствиями.
– О да, но… – мистер Флип бросил взгляд на жену. – Видите ли, мистер Кин, мы все несколько погорячились. По здравом размышлении мы с супругой пришли к выводу, что наша дочь еще не готова к замужеству.
– Да-да, – подтвердила миссис Флип. – Не готова! Она ведь еще совсем ребенок!
– Поэтому, – продолжал ее супруг, – несмотря на ваше… гхм… предосудительное поведение… гхм…
– Одним словом, можете считать себя свободным от обязательств по отношению к Памеле, – пришла ему на выручку миссис Флип.
Я невольно восхитился. Уже и обязательства откуда-то взялись.
– Но все-таки держитесь от нее подальше, – предостерег мистер Флип, я с радостью согласился, и они откланялись.
Настроение у меня было самое приподнятое. Благополучное разрешение ситуации с семейством Флип радовало меня не меньше, чем, скажем, цветок на Ferocactus latispinus… Хм, нет, пожалуй, все же немного меньше.
Последние дни походили на попытку нарвать охапку колючих ветвей голыми руками. Пожалуй, шип «турисаз» изрядно исколол мне не только пальцы, но и нервы!
Я широко улыбнулся Ларримеру, принесшему мне чай.
– Как дела, Ларример? – весело спросил я, подмигнув дворецкому.
– Кхм, – даже закашлялся он. – Все в порядке, благодарю вас, сэр! Вам письмо, сэр!
Он протянул мне знакомый сиреневый конверт, пахнущий лавандовой водой тетушки Мейбл. Но даже это нисколько не омрачило моего прекрасного расположения духа!
Скинув пальто, я взял письмо и отправился в кабинет, решив заодно отпраздновать свое освобождение от семейства Флип.
Плеснув в бокал немного коньяку, я распечатал письмо и вчитался в неровный тетушкин почерк, еще более неразборчивый от негодования. Тетушка сетовала на мою скрытность и извещала меня, что на следующей неделе желает приехать в гости, а заодно и наведаться в «Хрустальный шар». Правда, в постскриптуме она сменила гнев на милость и с радостью известила меня о том, что в доме таки появился полтергейст: давеча она битых полчаса не могла отыскать свою корзинку для рукоделия и очки, а ночью кто-то ужасно завывал на чердаке. «Просто мурашки по коже!» – с явным удовольствием писала тетушка. Ну что ж, вижу, Сирил честно старается искупить свою вину… Но что я буду делать, когда ему надоест?