Чтение онлайн

Элис застыла в недоумении. Она готова была рассмеяться: какое забавное, напыщенное, грозное послание! Однако она слышала, что Обсидиан в самом деле замолчал, и никто не знал почему.

–  Источник передачи?
– спросила она и, ожидая ответа, заново прокрутила запись.

Очень мелодраматично звучит - стиль в самый раз для розыгрыша. Она не сомневалась, что передача велась с самой Росинки - скорее всего прямо от Назима или от кого-то из его приятелей.

Перед глазами у нее вспыхнули координаты. Элис быстро просчитала в уме и прикинула направление. Не с Росинки. И вообще не с миров Тигля. Передача велась из глубокого космоса, откуда-то из-за последней орбиты спутников Тигля.

Дальше лежали только звезды, миры ореола - и цик-леры. Элис задумалась, сняла шлем. Где-то под ложечкой у нее трепыхнулся страх.

Элис отнесла сообщение своему двоюродному брату, который служил в полиции. Он провел ее в свой кабинет и тепло улыбнулся. С тех пор как стали взрослыми, они не часто встречались, и он рассчитывал поболтать по-семейному.

Элис покачала головой:

–  Я принесла тебе кое-что странное, Сол. Вот это принял прошлой ночью один из моих роботов.
– И она проиграла ему сообщение, ожидая услышать успокоительный смешок и разумное объяснение.

Через полчаса их вели в кабинет шефа полиции, которая вместе с помощниками сидела за изогнутым дугой столом и хмурилась. Входя, Элис услышала слова сообщения, тихо звучащие из настольных динамиков двоих помощников, внимавших записи с очень серьезным видом.

–  Вы никому об этом не расскажете, - начала шеф - худощавая крепкая женщина с горящими глазами.
– Мы сперва должны все проверить.

Элис, помедлив, кивнула. Кузен Сол откашлялся:

–  Мэм, так вы, значит, думаете, что это послание может оказаться подлинным?

Начальница хмуро взглянула на него, но все же кивнула:

–  Это может оказаться правдой. Возможно, потому Тиара и исчезла из эфира.

Год назад, когда Тиара, мир, расположенный в половине светового года от родины Элис, вдруг замолчала, газеты сходили с ума. Ходили слухи о катастрофе, но доказательств не было, если не считать того, что лазер Тиары, постоянно передававший новости, вдруг выключился. Новостей больше не поступало, и Элис уже несколько месяцев ничего об этом не слышала.

–  Мы сверили полученные вами координаты, и они показывают, что передача действительно шла с «Чинука». А «Чинук» проводил курсовую коррекцию в районе Обсидиана как раз в то время, когда Тиара прекратила вещание.

Элис не верила своим ушам:

–  Но что они могли сделать?

Шеф постучала длинными пальцами по столу:

–  Вы, как космический инженер, вероятно, разбираетесь в этом лучше меня. «Чинук» идет на полусветовой скорости - при этом любой предмет, сброшенный с него на встречном с планетами Обсидиана курсе, грохнет не хуже бомбы. Многого и не надо, хватит карандаша или открытки.

Элис неохотно кивнула. Не считая лазерной связи, цик-леры были единственным средством сообщения между мирами гало и звездами. Они прибывали к Тиглю каждые несколько месяцев, но держались поодаль от планет, приближаясь ровно настолько, чтобы силы гравитации помогли им изменить курс по направлению к следующим мирам ореола. Грузы и пассажиров подбирали и высаживали с помощью лазерного паруса: огромные массивные циклеры не так легко затормозить и разогнать снова. Кинетическая энергия их была огромна, поэтому межзвездные поселения следили за ними по возможности пристально. Тем не менее от звезды к звезде они добирались годами, и лазерные передачи отставали на недели и месяцы. Пока циклер добирался к месту назначения, все новости с него оказывались устаревшими.

–  Прежде чем что-то предпринимать, надо проверить, - продолжала шеф.
– Мы знаем координаты и на какой частоте отвечать. С этого и начнем.

Элис задала вопрос, который ее мучил:

–  Почему никто, кроме меня, не принял передачу?

–  Может быть, ее недостаточно четко нацелили. Он мог не знать точно расположения цели. В пределах луча оказался только ваш старатель. Случайность.

–  Когда прибывает «Чинук»?
– спросил Сол.

–  Через полтора месяца, - отозвался помощник с жесткими чертами лица.
– Он должен быть сейчас примерно в трех световых неделях - дата передачи это, кажется, подтверждает.

–  Тогда ответ придет примерно к тому времени, как они доберутся до нас, - заметил Сол.
– А хорошо бы знать заранее, чтобы успеть принять меры.

Все тупо уставились друг на друга. Элис кое-что подсчитала в уме.

–  Есть время для четырех передач, прежде чем они окажутся в дне пути, - сказала она, - притом что каждая сторона будет дожидаться ответа другой. По четыре с каждой стороны.

–  Но действовать придется гораздо раньше, - вставил второй помощник.

–  Как?
– спросил третий.

Элис сама могла бы ответить на этот вопрос. Можно заминировать пространство перед циклером. Превратить его, хорошо бы вместе со всеми снарядами, в чистую энергию. Убить тысячу с чем-то человек, чтобы спасти Росинку.

–  Я свое дело сделала, - сказала она.
– Мне можно идти?

Шеф небрежно отмахнулась. Гул перебивающих друг друга голосов не умолкал, пока они с Солом шли к дверям.

Сол предлагал проводить ее до дому, но Элис отказалась. Она брела по знакомым коридорам города, по коридорам, в которых выросла. Только сегодня обычный маршрут от центра города перегородили рабочие бригады. Они заменяли непрозрачные потолочные панели стеклянными, пропускающими свет нового солнца. Яркое освещение изменило все вокруг, промыв знакомые цвета. Это напомнило Элис, что гигантские силы небес неподвластны ей. Она свернула и блуждала по затемненным боковым переходам как мрачный призрак, пряча глаза от взглядов прохожих.

На дорожках парка толпился народ, в основном дети. Кто-то был с одним из родителей, другие - с обоими. На парочки Элис поглядывала с завистью. Предполагалось, что дети сблизят их с Назимом. А вышло наоборот. В последнее время он, казалось, снова заинтересовался ею. «Не спеши, - уговаривала она себя.
– Дай ему время».

Если у них еще есть время.

Дома ее встретил тот же резкий свет, впущенный рабочей бригадой. Груда игрушек на полу гостиной вдруг показалась ей крошечной и хрупкой. Элис немножко посидела под новым окном, стараясь не замечать его, но в конце концов перерыла шкафы, откопала старое одеяло и занавесила стекло.

Назим в тот вечер пригласил ее поужинать. Элис от этого растерялась и засуетилась. Дети тоже хотели пойти, хотя он назначил слишком позднее для них время. Загонять их в постель оказалось мучением. Она затянула ужин допоздна и успела исчерпать все заготовленные темы для болтовни. Проще всего было бы говорить о детях, но это значило пойти по избитому пути, а ей хотелось, чтобы этот вечер стал необычным. Хуже всего было, что она решила не говорить ему о сообщении, потому что Назим, заметив, как она взволнована, мог, по своему обыкновению, просто встать и уйти.