Чтение онлайн

Рем медлил с выступлением, на 30 июня он не планировал никаких новых шагов. Утром 29 июня газета «Фолькишер беобахтер» напечатала заявление министра вооруженных сил фон Бломберга «О лояльности армии», начинавшееся словами: «Позиция вооруженных сил ясна и недвусмысленна. Мы служим государству, охраняя его от внутренних потрясений, и поддерживаем его руководителей, гарантирующих армии роль единственной вооруженной силы в стране, как и признание и доверие со стороны народа и государства». Это выступление послужило Гитлеру сигналом для начала решительных действий. 30 июня он предпринял активные меры в Баварии, а Геринг — в Берлине. Гиммлер и Гейдрих взяли на себя грязную работу по «ликвидации нежелательных элементов».

Первым делом Геринг отдал приказ отрядам полиции и СС оцепить район правительственных зданий в Берлине и сам, в сопровождении эскорта полицейских, направился в штаб-квартиру СА, находившуюся на Вильгельмштрассе. Штурмовики, застигнутые врасплох, не оказали сопротивления, и полицейские беспрепятственно произвели аресты и изъятие оружия, которого оказалось довольно много. После этого Геринг засел на своей правительственной вилле (на Штреземаннштрассе), откуда стал руководить дальнейшими действиями своих подчиненных.

Прежде всего он созвал «Исполнительный совет по подавлению мятежа», в который кроме него вошли Гиммлер, генерал фон Рейхенау и государственный секретарь Кернер (который вел протокол и все другие записи). На заседании совета присутствовал Мильх, прибывший с докладом о развертывании подразделений люфтваффе. По его словам, Гиммлер, сидя за столом, медленно читал вслух список арестованных, а Геринг и Рейхенау, услышав очередную фамилию, либо кивали в знак согласия, либо отрицательно качали головой; если оба соглашались, то Гиммлер диктовал фамилию Кернеру со словами: «Поступить согласно утвержденной инструкции!» Все это напоминало какую-то зловещую игру, но, судя по количеству важных персон, заполнивших кабинеты виллы, дело приняло самый серьезный оборот. В разгар заседания раздался телефонный звонок из Мюнхена: это был Гитлер, приказавший Герингу и Гиммлеру «закончить дело до утра».

В список приговоренных к смерти было включено 150 высших руководителей СА, обвиненных в измене; их отвезли в полицейские казармы в районе кадетской школы в Лихтерфельде (где когда-то учился Геринг) и посадили в угольный подвал, из которого стали выводить по четыре человека и расстреливать во внутреннем дворе. Многие, не зная, за что их арестовали, пытались протестовать; эсэсовцы срывали с них рубашки и, поставив к стене, стреляли в упор, залпами, потом подходил офицер и добивал раненых выстрелом в голову. Бойня продолжалась несколько часов, к утру все было закончено, все трупы вывезли за город в закрытых грузовиках.

Расправы происходили и в Мюнхене, где арестованных свозили в городскую тюрьму и там расстреливали. Казнью руководил Йозеф Дитрих, командир отряда личной охраны Гитлера. Среди арестованных было много его друзей по прежней службе в Добровольческом корпусе; когда один из них воскликнул: «Зепп, дружище, что происходит? Ведь мы ни в чем не виноваты!» — Дитрих ответил: «Вы приговорены к смерти фюрером! Огонь!»

Группенфюрер СА Карл Эрнст (который, как выяснилось после войны, руководил поджогом рейхстага) был схвачен по пути в Бремен (куда он отправился с невестой, чтобы совершить свадебное путешествие), избит, отправлен самолетом в Берлин и там расстрелян. Всего за несколько дней до этого Гитлер и Геринг присутствовали на его свадьбе и поздравляли молодых, желая им долгой жизни и здоровья.

Вместе со штурмовиками нашли свою смерть многие политические противники Гитлера, Геринга и Гиммлера: генерал фон Шлейхер (презиравший Рема и его «банду» и не имевший отношения к их заговору) был застрелен у себя дома вместе с женой во время завтрака, на глазах у дочери-подростка; Грегора Штрассера, руководителя левого крыла НСДАП, застрелили в тюрьме; так же, в тюрьме, убили Эдгара Юнга, написавшего знаменитую «Марбургскую речь» для Папена; Густава фон Кара, подавившего «Пивной путч» в 1923 г., забили прикладами до смерти (ему было уже 75 лет).

Создалась порядочная неразбериха: некоторые из палачей воспользовались возможностью и стали убивать не «по приказу фюрера», а чтобы свести личные счеты. Музыкальный критик Вилли Шмид был застрелен по ошибке, вместо штурмовика Вилли Шмидта, включенного в список смертников. Подобные случаи были названы в приказе Геринга «досадными ошибками, неизбежными в период чрезвычайных мер по подавлению путча». Лица, допустившие их, не подлежали наказанию согласно соответствующему декрету фюрера.

Эрнст Рем был застрелен в тюремной камере, после того как отказался покончить жизнь самоубийством. (Его убил Теодор Эйке, назначенный после этого главным инспектором концлагерей и командиром охранных подразделений СС.)

Точных сведений о количестве казненных не сохранилось, потому что все документы были сожжены по приказу Геринга и Гиммлера. По некоторым данным, всего погибло около 1000 человек.

2 июля 1934 г. Геринг получил телеграмму от президента Гинденбурга с поздравлением по поводу «успешно проведенной акции против изменников родины».

3 июля состоялось заседание правительства, на котором никто из присутствовавших, в том числе и министр юстиции Гюртнер (бывший личным другом многих казненных) не осудил расправы. Действия Гитлера были единодушно одобрены как «справедливые, направленные на защиту государства».

На заседании рейхстага, состоявшемся 13 июля, Гитлер обвинил штурмовиков в заговоре и попытке мятежа и сказал, что принятые им меры совершены «ради высшей справедливости». Депутаты рейхстага выразили фюреру свое полное одобрение.

Так был подавлен «путч», который, собственно говоря, и не был путчем. Гитлер совершил свою «вторую революцию». Геринг сохранил себе жизнь и привилегии, расправившись с политическими противниками. В душе он, наверное, понимал, что прошедшие события не прибавили ему чести, во всяком случае, с этого времени он перестал заявлять, что «проливал свою и чужую кровь только как солдат, воюя на фронте». Теперь, выполняя волю Гитлера, он всегда был готов скомандовать: «Так приказал фюрер! Огонь»!

Геринг сыграл одну из главных ролей в разгроме штурмовиков и снова подтвердил, что является ведущей фигурой в окружении Гитлера. В июле 1934 г. он энергично взялся за дела военной авиации, занимавшей важное место в планах перевооружения Германии. Он одобрил программу строительства военно-воздушных сил, предусматривавшую создание 4021 самолета к сентябрю 1935 г. Эта армада должна была включать 822 бомбардировщика (типов «юнкерс-52», «дорнье-11» и «дорнье-13»), а также истребители и учебные самолеты. Гитлера, однако, не удовлетворило и это количество: он хотел создать мощный «воздушный кулак», чтобы грозить западным державам, не давая им возможности помешать планам наращивания германских вооруженных сил.