Чтение онлайн

В мае 1936 г. была принята первая директива по тактике ведения воздушной войны, гласившая: «Бомбежки и обстрелы городов, имеющие целью запугивание и уничтожение мирного населения, должны быть отвергнуты в принципе». Увы, автор директивы, генерал Вефер, не смог проследить за ее претворением в жизнь, потому что погиб в авиационной катастрофе 3 июня 1936 г. под Дрезденом. Механик, готовивший его самолет к вылету, забыл освободить небольшой рычаг, запиравший рукоятку управления рулями поворота. Вефер, взлетев и обнаружив, что рули заблокированы, попытался переключить рычаг, но не успел: самолет задел за препятствие и рухнул на землю. «Из-за этого ничтожного рычага погиб великий человек, и изменилась вся судьба люфтваффе», — писал потом конструктор Эрнст Хейнкель. Случайно или нет погиб генерал Вефер, теперь сказать трудно, но очевидно то, что его идеи вошли в явное противоречие с намерениями и методами новых руководителей германской военной авиации. Четырехмоторный бомбардировщик так и не был принят на вооружение, а «бомбежки и обстрелы городов и уничтожение мирного населения» вошли в практику люфтваффе еще до Второй мировой войны, и потом, в годы войны, специально планировались германским политическим и военным руководством. Что же касается самих летчиков, то германские асы находили особое удовольствие спикировать под вой сирен (которыми предусмотрительно снабдили свои «штуки» знающие дело немецкие конструкторы) на беззащитную колонну беженцев или деморализованных отступающих войск, а потом пройтись над ними «на бреющем», бомбя и обстреливая из пулеметов.

Американский историк Эдвард Яблонски в книге «Воздушная война 1939—45 гг.» высказался так: «Исход «Битвы за Англию», а может быть, и результат всей войны в Западной Европе был предрешен 3 июня 1936 г. в результате катастрофы маленького курьерского самолета, разбившегося в окрестностях Дрездена. Позже (в конце войны) Дрезден стал местом гораздо более масштабной трагедии (город разбомбили американские «летающие крепости», о чем историк не говорит прямо), но оба названных события были связаны между собой. Со смертью генерала Вефера погибла и концепция создания немецкого дальнего бомбардировщика, которая могла бы (в случае ее осуществления) принести победу люфтваффе над британскими королевскими ВВС в 1940 г.».

Эти высокопарные слова можно посчитать преувеличением, но в них есть доля истины, и они не противоречат действительности. Генерал Кессельринг, назначенный Герингом вместо Вефера, отказался от программы строительства четырехмоторных бомбардировщиков, а Эрнст Удет, возглавивший техническое управление авиации, не сумел обеспечить комплектование люфтваффе современными самолетами. Германия осталась без стратегической авиации, которую зато успешно создали у себя ее противники — англичане и американцы.

И Кессельринг, и Удет выполняли волю Геринга, который придерживался идеи создания «авиации устрашения», исходя из своих собственных соображений: он совершенно не хотел, чтобы его люфтваффе участвовали в войне против Британии, которой он желал избежать во что бы то ни стало. Но в таком случае вероятными противниками оставались (по его мнению) только страны Центральной Европы, для войны с которыми как раз и было достаточно сил, созданных Кессельрингом и Удетом.

27 марта 1936 г. в Германии прошел референдум, на котором 98,5 % голосовавших одобрили меры фюрера по оккупации Рейнской области. Гитлер уверовал (и не без основания), что его намерения и действия выражают волю германского народа и что можно предпринять дальнейшие шаги в том же направлении.

Сложившаяся ситуация помогла тому, что Геринг обрел новое могущество, которое прежде он и представить себе не мог даже в самых смелых мечтах. Дело в том, что бурное развитие военной промышленности потребовало резкого увеличения поставок сырья, которого стало не хватать; дошло до того, что его пришлось распределять по нормам между отраслями, обеспечивавшими техникой и оружием разные рода войск, и каждый, конечно, требовал увеличить его долю. Гитлер пришел к мысли, что обычными методами эту проблему не решить и что нужно назначить, из числа самых доверенных лиц, ответственного руководителя, «экономического диктатора», который смог бы справиться с трудностями, регулируя объемы закупок и платежей и распределяя поставки. Вот такой ключевой и, можно сказать, — «сверхвыгодный» пост и достался Герингу, который заодно подсказал Гитлеру, что его племянник, Герберт Геринг, успешно работает в Рейхсбанке, и что вдвоем они сумеют справиться с делом, которое будет не по силам кому-то другому. Военный министр Бломберг и даже министр экономики Шахт (полномочия которого оказались урезанными) поддержали кандидатуру Геринга как «сильного человека с хорошими связями».

Назначение состоялось 27 апреля 1936 г. Преисполнившись сознанием важности своего нового поста, Геринг выступил в новой роли — «рачительного хозяина, умело распоряжающегося богатством нации». Немцы услышали от него наставления насчет того, «как надо жить»: смириться с возможными «непопулярными решениями» и быть готовыми потуже затянуть пояса, если придется делать выбор: «Пушки или масло?» «Пушки сделают нас сильными, — говорил Геринг, повторяя известный призыв милитаристов, — а от масла — только лишний вес, и никакого проку!» Многие приняли это за очередную шутку «толстяка Германа», не ведая, что дело принимает совсем нешуточный оборот.

Но пока судьба благоприятствовала Германии. В сентябре 1936 г. в Берлине состоялись Олимпийские игры, проведенные с большим размахом. Нацистское правительство выделило 25 млн марок на строительство спортивных объектов, но все затраты многократно окупились, принеся стране крупную выручку в валюте, которая пришлась весьма кстати, позволив укрепить бюджет, обремененный военными расходами.

На Олимпийские игры приехало много гостей из разных стран. В числе приглашенных был и Чарльз Линдберг, знаменитый американский летчик, совершивший в свое время первый в истории перелет через Атлантический океан. Геринг лично приветствовал Линдберга и пригласил его на церемонию открытия Игр в свою ложу.

Линдберг пришел в восторг от оказанного ему приема и от «новой Германии», поразившей его своей «энергией и духом мужества — в отличие от США и Англии, где воцарились всеобщее безразличие и равнодушие, и от Франции, переживавшей явный упадок». Он заявил, что у Германии — самая большая авиация в мире, способная нанести поражение любой стране, и что в будущем неизбежно произойдет столкновение между фашизмом и коммунизмом, исход которого определит позиция Британии: «Если Британия поддержит этих никчемных французов или красную Россию, то это принесет гибель европейской цивилизации!» Эти идеи много раз повторяла нацистская пропаганда, и Геринг, видимо, постарался внушить их своему гостю, чтобы он довел их до сведения общественности на Западе.